Кит Ломер - Мирный посредник

- Вы послушайте! Только послушайте, что он говорит! - вскричала победно Клемми и обернулась на толпу слушателей. - Смотрите, как просто и спокойно он говорит о геноциде или как там еще называется это, когда вырезают сразу целую кучу несчастных!

Она резко развернулась к смущенному дипломату, который выставил перед собой растопыренные ладони, словно плохой артист, увертывающийся от летящих в него гнилых помидоров.

- Что вы тут такое говорите, мэм? Сдается мне, вы неверно уловили суть тех осложнений, которые неожиданно обнаружились на наших границах!

- Насколько мне известно, трагедия зашла уже слишком далеко. Нам следует вернуть земных колонистов изо всех мест, куда они улетали когда-либо и поселились.

- Ваше предложение, мэм, само по себе очень интересно, но едва ли практически выполнимо. Подумайте сами: где нам взять одновременно целую армаду большегрузных транспортов для такой массовой переброски колонистов? Где мы возьмем полное материально-техническое обеспечение всей этой невероятной по масштабам операции? Кроме того не забывайте, что сама Земля с трудом уже носит на себе коренное восьмимиллиардное население и совершенно не располагает территориями, где бы могли разместиться эмигранты из более чем пятидесяти колонизированных миров.

- Ха! Отговорки! Есть такое понятие, как неотъемлемые права человека!

- Отлично. Но скажите, какие конкретно права человека вы тут защищаете, уважаемая Клемми?

- Судите сами. Бедняги колонисты поверили обещаниям банды безответственных бюрократов, которая назвала себя правительством. Отправились черт знает куда, поставив на кон все, что у них было. Решили строить дома посреди дикой первобытной природы. А теперь получается, что мы просто выпихнули их с Земли, где они родились. Получается, что мы не можем выделить им местечка на их родине, потому что видите ли, нам самим тесно, так что ли?! О, это великодушно по отношению к ним!

- Мм... Похоже, вы сами не заметили, как полностью изменили свою позицию, Клемми. Минуту назад вы охарактеризовали этих достойных колонистов как эксплуататоров и чуть ли не как угнетателей и вершителей геноцида.

- Ха! Вы мне, пожалуйста, не указывайте, на какой позиции мне следует стоять. Я и сама прекрасно знаю. Я стою на позиции права и достоинства, вот где!

- Это конечно! Жаль только, что мы порой расходимся с вами в определении мест, где искать право и достоинство. А также доброту и снисхождение.

- Я ни с кем не расхожусь, как вас там! Может быть, вы просто хотите скрыть от нас неудачу, которую потерпели вместе с вашими бюрократами из правительства. И заговариваете нам зубы!

- Ну что ж, Клемми, я поднимаю руки, признаю себя дураком и смиренно прошу у вас совета: как бы вы разрешили проблему Фезерона?

- Я здесь вовсе не для того, чтобы выполнять за кого-нибудь его грязную работу! Вам придется попотеть самому.

- Предположим, что для того, чтобы охранить права колонистов, - тех самых колонистов, которых вы минуту назад столь пламенно защищали, - нам придется предпринять некоторые меры, скажем так, военного характера, с помощью которых мы оградим свободу землян от назойливых притязаний со стороны любых внешних агрессоров, например, базуранцев, а?

- Вот куда вы заехали! Делает вид, что готовит вечеринку, мило заговаривает нам зубы, а на самом деле замышляет развязать войну!

- Я так понял, что вы выступаете за то, чтобы мы стояли в стороне и спокойно наблюдали за тем, как наших людей грабят и лишают их собственности?

- Смотрите, он поймал меня на слове и, прикрываясь этим, хочет, чтобы Земля устранилась от фезеронских дел. А то, что там лишают собственности и грабят наших людей, это его не волнует!

Кранкхэндл обернулся к Маньяну и печально взглянул на него.

- Видите, Бэн, как все повернулось? Виноваты, если не вступились, и все равно виноваты, если вступились. Дьявол!

- Вы опустились до того, что ругаетесь в присутствии леди! - звонко крикнула, упиваясь победой, Клемми.

- В самом деле, неловко, сэр, - поморщился Маньян. - Что мы будем делать?

- Наступило время принятия твердых и жестких мер. Похоже, теперь мне нужно действовать лично.

- Вы, сэр? Лично?! - открыл от изумления рот Маньян.

- Совершенно верно. Я всегда готов занять свое место на передовой. Что же касается данного случая, то я лично собираюсь снарядить на Фезерон посыльного, который бы провел на месте дипломатическое расследование и доложил бы о результатах опять же мне лично.

- О, достойное решение, сэр! А... Позвольте полюбопытствовать, кто из нашего персонала будет удостоен чести выполнить столь важное поручение? Я, разумеется, выдвинул бы первым свою кандидатуру, но в последнее время что-то беспокоит здоровье...

- У меня и мысли не было быть отрывать вас, Бэн, от исполнения ваших прямых обязанностей. Кроме того, вы ведь очень загружены сейчас работой в качестве офицера связи в Межпланетном Трибунале?

- В самом деле. Нет, в самом деле, сэр, что там здоровье! Работа, работа...

- А как насчет того парня, который любит с вами поболтать во время ответственнейших совещаний? Припоминаю, он помогал вам в выполнении ряда необычных поручений... Никак не удержу в памяти его имя...

- Должно быть, вы имеете в виду Ретифа, сэр. Что ж, прекрасный выбор! Как вы совершенно справедливо изволили заметить, его методы бывают порой не совсем традиционны и, я бы даже сказал, выходят за рамки инструкций, но эффект всегда налицо.

- Мм... Если уж честно, даже не представляю, что он может сделать на этот раз. По-моему, дело - труба. Бесполезно. Эти негодяи уже почти полностью захватили планету и установили свое правление. Но по крайней мере он своими глазами ознакомится с обстановкой и встретится с пострадавшими. Это избавит нас от нежелательной перспективы принимать у себя делегации оставшихся в живых фермеров, которые будут требовать компенсации за отнятые земли и разграбленные земли, а то, чего доброго, еще будут настаивать на том, чтобы Корпус послал на Фезерон флотилию кораблей из состава сил поддержания мира, чтобы вышибить базуранцев домой силой и с большей скоростью, чем была та, с которой они обрушились на несчастную планету.

- Да, сэр, именно так. Так мне сказать ему?

- Скажите, не будем же мы скрывать от него вечно, что ему оказана столь высокая честь и доверие.

- А, так вот вы где, Ретиф, - весело окликнул Маньян молодого дипломата, выхватив его взглядом из толпы, вытекающей из служебного входа в порт.

Ретиф заметил коллегу и пошел к нему навстречу.

- Да, я здесь, - подтвердил он. - А что побудило вас, господин Маньян, выйти на улицу в столь ранний и ветреный час?

- Да, видите ли, вчера вечером мне довелось немного поболтать с заместителем министра, - небрежно ответил Маньян, - и он упомянул э-э... Словом, он наделил меня полномочиями... То есть приказал мне... Вернее, попросил меня... Разумеется, очень вежливо... Но, постойте, Ретиф, а что это вы здесь делаете?