Мария Симонова - Азартные игры высшего порядка

Было уже очевидно, что ее падение замедлилось и продолжает замедляться. Но, падая так и дальше, она в конце концов окажется довольно далеко от моста. Необходимо было срочно что-то предпринять, чтобы превратить свое падение в полет и направить этот полет в нужном направлении.

Стало быть, предстоит еще поэкспериментировать с пультом.

Понажимав наугад разные кнопки и получив много новой информации о состоянии скафандра внутри и снаружи, а также о составе воздуха, наличии в нем вредных бактерий и о климате данной «планеты» (резюме — «полностью пригодна для жизни»), Чарли решилась наконец просто вновь включить двигатель. Она не представляла, чем это может кончиться, поскольку знала из курса физики, что законы движения в атмосфере «планеты» должны быть несколько иными, чем в космосе. Однако электроника скафандра сделала, должно быть, необходимые скидки и поправки на атмосферу и на гравитацию, поскольку ничего плохого при включении двигателя не случилось, а даже совсем наоборот: ее движение не то чтобы стало горизонтальным, но приобрело в падении некоторую горизонтальную направленность. Отчаявшаяся было Чарли вновь воспряла духом и с помощью верного рычажка подкорректировала эту направленность в сторону спасительного моста. Ее так и подмывало сделать еще что-нибудь — может быть, еще попытать пульт, чтобы совсем остановить падение или усилить горизонтальный момент, но теперь самым разумным было расслабиться — насколько это получится — и просто ждать.

Океан приближался. Он уже не казался простыней — углы сгладились горизонтом. Мост тоже приближался — стальная полоса становилась все шире, теперь Чарли ясно различала здания, выстроенные по обеим его сторонам. Мост был огромен: по сути, каждый такой мост представлял собой своеобразный город, вытянутый в длину через океан и состоящий из одной лишь улицы. Чарли видела сверху, как по этой улице ползут редкие машины. Земля, конечно же, была в полном порядке, здесь шла своим чередом обычная жизнь, которой дела не было до сумасшедших галлюцинаций шальной девчонки, чудом выжившей в катастрофе, потерявшей родных и прилетевшей в одиночку из космоса, чтобы свалиться в довершение всех бед в земной океан.

Постепенно Чарли стало ясно, что до моста ей не дотянуть: хотя снижалась она теперь гораздо медленней, но воды, судя по всему, должна была достичь прежде, чем долетит до моста. И теперь ей не мешало бы подумать, как до него добираться. То есть, что добираться придется вплавь, — это очевидно, а вот как, к примеру, вплавь — в скафандре или без?.. Скользя стремительно над самой поверхностью воды, уже ложась плашмя на мелкие волны, Чарли еще не знала, как ей быть, а вернее, как ей плыть — в скафандре или без. Но при погружении сразу стало ясно, что в скафандре, каким бы легким он ни казался, она может только пойти на дно, причем весьма скоропостижно. Едва попав в воду, Чарли моментально затонула и уже не могла вынырнуть: скафандр, как выяснилось, не умел плавать, он предпочитал погружаться — где-то со скоростью топора, а то и быстрее. При этом ни удушья, ни каких-либо других неудобств Чарли не ощущала — космический скафандр, оказывается, с успехом заменял водолазный, не исключено, что в нем можно было бы какое-то время прожить и на дне морском. Вот только Чарли об этом вовсе не мечтала. Вдохнув поглубже и задержав дыхание, она нажала на клавиатуре приказ о снятии скафандра и подтвердила его, как оно и требовалось, тройным нажатием.

Нечего и говорить, что процесс снятия верного скафандра на глубине десятка метров оказался процедурой не из приятных. Но пережить эти неприятности было делом нескольких секунд, после чего Чарли, свободная и легкая, устремилась к поверхности воды, а скафандр, столь же свободный, но тяжелый, продолжил свой исследовательский путь вниз, в таинственные пучины океана.

Вынырнув и отдышавшись, Чарли нашла глазами мост — мощную стальную конструкцию, подвешенную изощренным человеческим гением безо всяких опор на сотни метров над океанской гладью. Решительно вздохнув, Чарли поплыла к мосту. Ломая по пути голову: как же ей теперь на него взбираться?..

Она плыла, и с каждым гребком в душе ее все более формировалось ледяное подрагивающее желе, очень смахивающее на отчаяние. Но ее все-таки еще согревала надежда на тот же самый человеческий гений, что подвесил конструкцию: этот гений просто обязан был снабдить свое детище по всей длине системой обнаружения человека, оказавшегося «за бортом», то есть в воде под мостом. И разработать комплекс мер по его спасению.

Утешаясь такими мыслями, Чарли медленно приближалась к мосту. Поначалу она старалась плыть быстрее, но вскоре выдохлась и стала экономить силы. Временами — хочешь не хочешь — ей пришлось отдыхать, лежа на воде. Во время очередного такого отдыха она и ощутила впервые этот запах — в солоноватом морском воздухе появилась слабая тошнотворная струя. Чарли принюхалась, неприятно удивленная. Поразмыслив, она решила, что запах свидетельствует о близости моста: очевидно, так пахли отходы человеческой жизнедеятельности, которые сбрасывали или сливали оттуда в океан.

Она поплыла дальше, готовясь к нарастанию вони. Запах то появлялся, то исчезал, потом вдруг резко усилился, и, повернувшись по ветру, Чарли наконец увидела его источник: впереди и сильно левее качалась на волнах бесформенная раздутая груда. Подплывать и выяснять, что это такое, у Чарли не возникло ни малейшего желания; она собиралась плыть своей дорогой, но мгновенно изменила это решение, когда, невольно вглядевшись, с ужасом поняла, что безобразная груда не что иное, как человеческий труп.

Чарли, забыв о мосте, отчаянно заработала руками и ногами, стараясь только отплыть подальше от неожиданной находки. Она не хотела оборачиваться, но ей все казалось, что труп не отстает, что он по-прежнему близко, и она несколько раз оглянулась через плечо. Лишь убедившись, что мертвец остался далеко позади, Чарли немного отдышалась, раскинувшись на воде и уставясь невидящими глазами в небо. Потом вновь поплыла к мосту.

До чего же он страшный… Весь раздут… И глаз — водянистый, выпученный, как у глубоководной рыбы… Наверное, упал с моста. И… давно. И никто его с воды на мост не поднял. Потому что он был все равно мертвый — сразу разбился о воду. Но все-таки… А почему же тогда его не… М-мамочки!..

Подувший в лицо теплый ветерок нес с собой новый поток зловония. Одновременно Чарли увидела еще трупы: громада моста, загородившая собою уже добрую четверть неба, отбрасывала на воду гигантскую длинную тень, и в этой тени покачивались острова разбухших тел.

Чарли завертелась в воде, в ужасе оглядываясь. На сей раз ужас ее был вызван не только появлением новых трупов: за секунду до того ей пришла мысль куда более пугающая, чем соседство мертвецов. Теперь она повторилась с клацающей отчетливостью: «Почему же их всех не съели акулы?..» Чарли и не заметила, что клацает вовсе не мысль, а ее зубы.