Олесь Бердник - Путешествие в антимир

- Пусть будет так. Только еще одно предупрежденье: такой взлет на вершину бытия не проходит даром. Израсходовав в мире синтеза всю свою энергию, вы не сумеете в нем удержаться, будете отброшены на низший уровень в антимир и можете опять очутиться во власти черных тиранов.

- Нас это не страшит, - уверенно заявил я. - Мы сумеем освободиться.

- Хорошо, я буду вас ждать. А теперь идите за мной.

Геон привел нас в небольшое, сферической формы, помещение, заполненное голубою мглой и, поставив рядом между мерцающими витками спиралей, отступил в сторону.

- Исполнитесь наивысшего стремления! - раздался его громовой голос.

Я обнял Лю и заглянул ей в глаза. Ее ответный взгляд наполнил меня силой и неутолимой жаждой исканий.

Люси прислонилась ко мне, наши мысли и воля слились. Больше не существовало двоих - был единый торжествующий разум, стремящийся в неизведанное...

...Страшный удар сбросил нас вниз. Ничтожный запас нашей энергии, не выдержав немыслимого напряжения перехода в третий мир, моментально истратился.

Мгновенный, сумасшедший вихрь зеленых и багром вых пятен... И плотная, почти ощутимая, тьма...

Ультиматум

Когда я пришел в себя, вокруг было темно, только где-то вверху виднелся кусочек мрачного фиолетового неба.

Предсказанье Геона сбылось - лишившись энергии, мы опять упали на дно антимира.

Голова у меня кружилась, тело было вялым и слабым.

- Лю! - позвал я.

- Я здесь, Генрих!

- Где мы?

- Кажется, в каком-то помещении. Мне страшно, Генрих!

Стало немного светлее. Я нащупал руку Люси и пожал ее. Люси повернула ко мне почерневшее, измученное лицо с глазами, утратившими обычный блеск.

- Генрих, смотри!

В сумерках неясно различались знакомые отвратительные черные фигуры. Они окружали нас с трех сторон, с четвертой цепь замыкало возвышение, на котором кто-то сидел. Лица и очертаний фигуры сидящего я рассмотреть не мог, но ясно "ощущал" исходившее от него впечатление дисгармонии, жестокости и силы. "Черный тиран" - догадался я.

- Вам не удалось от меня скрыться! - раздался его насмешливый голос. - Теперь вы в моих руках, люди Земли!

Мы промолчали.

- Почему вы молчите? - загораясь ненавистью, повысил голос сидящий. - Как вы опять попали сюда? Вас выбросило из Высшего мира?

- Молчи, Генрих, не надо! - умоляюще прошептала Люси.

- Только этого и можно ожидать от них, - гремел Черный тиран. - Они непостоянны, как стихии. Малейшее колебание уровня энергии лишает права оставаться в их сфере! Кому нужно такое шаткое, ненадежное существование?

Черный наклонился вперед и в его голосе зазвучали искусительные нотки:

- Только в моих владениях бытие неизменно и вечно. Мои подданные уверены в своем положении. Они не нуждаются в нелепом принципе совершенствования, главенствующем в других сферах. Мы признаем лишь принцип наслаждения. Это - единственный стимул жизни. Вы понимаете меня, люди Земли? Оставайтесь здесь, добровольно, и вы будете счастливы. Вместе с нами вы пойдете по упоительному пути разрушения. В уничтожении - чувство силы, дающее наслаждение, величайшее изо всех, существующих во Вселенных! Что выше силы, владычицы всего сущего? Вы побывали в других мирах, и это поможет вам быть там моими лазутчиками.

Меня душила бессильная злоба. Что мог я ответить после того, как моего сердца и разума коснулось дыхание неимоверно прекрасных миров, к которым во все времена стремились лучшие души человечества?

- Генрих, молчи! Он не может причинить нам вреда. Потерпи немного... Мы наберемся сил... и его свора нас не удержит!

Черный, очевидно, услышал слова Люси. Он выпрямился на своем троне, в голосе зазвучала беспощадность:

- Вам меня не перехитрить! Выбирайте: я или разлука! Я знаю, - обратился он ко мне, - вы любите друг друга. Если вы откажетесь мне служить - я отправлю тебя обратно в твой мир, а ее оставлю здесь навсегда!

- Генрих! Я не боюсь! Я знаю - мы встретимся, Что бы ни случилось - мы встретимся опять!

Я знал это и сам. Я никогда не мог бы даже подумать об измене таким, как Геон. Лучше сгореть в огненном вихре, лучше исчезнуть во тьме небытия, чем опуститься до позорного рабства!

Я бросил на Черного вызывающий взгляд. Он затрясся от гнева.

- Ты выбрал свою судьбу, пришелец! Ты вернешься на Землю и никогда больше не увидишь свою спутницу. Гей, слуги! Возьмите его и сделайте, как я сказал!

Меня схватили, силой оторвали от Люси. Я видел ее протянутые ко мне руки, затуманенные слезами глаза, но не мог сопротивляться. Я чувствовал, что меня бросают в тесный, как гроб, металлический ящик, закрывают тяжелой крышкой. Будто сквозь вату донеслось:

- Генрих! Я буду ждать... Я буду ждать тебя у Геона!

Крышка захлопнулась... Тьма... Тишина... И внезапное безразличие ко всему...

Мелькнула вялая мысль: а, может быть, надо бороться?

Нет... Силы иссякли... Пустота... Безнадежность...

Я протянул руки - меня окружала какая-то плотная среда, напоминавшая вязкую густую жидкость. Она охватывает мое тело неумолимыми объятиями .. Сжимает... Становится трудно дышать...

Где-то в глубине мозга засверкали фиолетовые звездочки... Вспыхнуло огненное пульсирующее пятно...

Громовой удар... Мощный поток неведомой энергии подхватил меня, закружил и швырнул в пространство. Глаза ослепил свет. Я увидел небо, солнце, море, берег какой-то земли. Тело мое с огромной быстротой неслось вниз, и в последнюю перед потерей сознания секунду я понял, что Черный тиран выполнил свою угрозу - выбросил меня в физический мир.

Что было дальше, вы знаете, Педро. Я упал в море, вы меня спасли... Вот и все...

На встречу с любимой

Уоллес в изнеможении закрыл глаза и умолк. За стенами ветхой хижины гремел шторм, волны, будто аккомпанируя поразительному повествованию, со стоном разбивались о Скалистый берег. В углу зашевелился старый рыбак.

- Вы уж извините, мистер... Как вас... Уоллес, что ли? Я слышал ваш рассказ. У меня даже сердце замерло. Неужели это правда? Или сказка?

- А правда и есть самая чудесная сказка, - тихо отозвался Уоллес. - Только некоторые ждут, когда она придет сама, а некоторые ее творят...

Педро, будто пробуждаясь от сна, встряхнул головой. Вскочив с кровати, быстро заходил взад и вперед по комнате, и рядом с ним заскользила его тревожная, колеблющаяся тень. Немного успокоясь, он энергичным движением взъерошил свои прямые черные волосы и с глазами, блестящими от возбуждения, остановился возле Генриха.

- Я верю вам... полностью!.. Это грандиозно!.. Но теперь о вас, о вашей судьбе. Что вы думаете делать?

- Не знаю, - слабо улыбнулся Уоллес. - Я еще не думал об этом. Сначала немного отдохну. Ведь всеми чувствами и помыслами я еще там, в антимире.