Алексей Дуров - Часть 2 и 3

  Кроме того, какой уважающий себя телре согласится изображать раба, пусть даже беглого? А ведь в море лезть придется, что для телре тоже немыслимо. Разве что готовить шпионов и диверсантов из настоящих рабов, но это крайне ненадежно. Шпион-диверсант - существо независимое, а у рабов не та психология. Можно найти парочку рабов с той психологией, но едва такой, с позволения сказать, раб окажется далеко от телре и близко к островитянам - немедленно переметнется.

  В общем, у островитян нет особых причин не доверять беглым рабам. Вот если на каком-либо острове неизвестно откуда появляется чужак, тогда действительно можно заподозрить в нем "длинную руку телре". А точнее - диверсанта, засланного колодцы травить или дороги минировать. Этого чужака просто необходимо обезвредить, пока не выполнил задание. Выстрелом в спину, телре ведь очень хорошие воины, один стоит сотни островитян, как Рянц говорила, брать чужака живым - зря рисковать людьми.

  Эти рассуждения казались очень логичными, а контраргументы - неубедительными. Чутье, все-таки, советует всплывать? Однако впечатление от рассказа Рянц про запуганно-обозленных островитян тоже не желало притупляться.

  Перенапрягать чутье моделированием разных ситуаций не хотелось, да и непонятно, что представлять по поводу экипажа корабля. Ведь даже неизвестно, сколько на корабле людей.

  Михаил принял решение вынырнуть потихоньку, осмотреться, а там видно будет - непосредственная опасность при таком поведении явно не грозила.

  Выплюнул зачем-то висюльку яасена и осторожно всплыл к поверхности.

  Однако, едва Михаил высунулся из воды, не успел проморгаться - раздался крик. Нечто вроде: "Тага-а!!!". Интонация крика была не испуганной, не командной, а вроде как просто сигнал.

  Кто-то из героев О. Генри, помнится, уразумел приказание убираться на классическом китайском языке, потому что оно сопровождалось наставленным мушкетом. Вот и Михаил умудрился понять, что кричали: "Человек за бортом!!!" - вот, что означает "тага-а".

  Чувство опасности молчало, как жираф, потому Михаил не стал сразу нырять. Решил, что нырнуть еще успеет.

  Глянул вверх, над планширом уже показался с десяток весьма заинтересованных лиц, а перед Михаилом плюхнулся в воду спасательный круг на веревке. С корабля доброжелательно закричали, вероятно, инструктировали, как пользоваться кругом. Один вообще полез через планшир, хотел прыгнуть в воду, чтобы помочь человеку за бортом. Но Михаил уже вдел себя в круг, который оказался мягким, гнулся.

  Плавным рывком выдернули из воды, подхватили, поставили на палубу. Загомонили, радостно улыбаясь, на лицах - доброжелательное любопытство. Никаких следов запуганности с обозленностью, Рянц явно что-то напутала.

  Кто-то подал сухою одежду и полотенце. И что теперь, на глазах у всех переодеваться? Придется, а то еще обидятся, что не ценит гостеприимство. Предрассудки насчет голого тела есть далеко не у каждого народа, у этих, наверное, отсутствуют, так что стыдиться нет смысла.

  Моряки наперебой что-то спрашивали, и Михаил ответил: "Не понимаю", - на языке телре. Вспомнил таки эту фразу. Все моряки сразу понимающе кивнули, и двое из них сами заговорили на языке телре. Пришлось повторить, что не понимает. У моряков завязалась дискуссия на пониженных тонах. Действительно, что это такое они из моря выудили - ни языка островитян не понимает, ни языка их врагов.

  Михаил тем временем переодевался в сухой комбинезон и осматривался.

  Вокруг столпились девять человек - восемь мужчин и одна женщина средних лет. Большинство похожи на полинезийцев, но есть один белокурый и сероглазый, и есть другой, с внешностью араба. Почему-то бросилось в глаза, что моряки босые. Все "полинезийцы" одеты в комбинезоны, но разного цвета и покроя, у женщины лоб повязан белой ленточкой с изображением глаза над переносицей. Белокурый моряк - в шортах и майке со смешным карманом на животе. А вот "араб" вырядился пиратом: зеленые шаровары, ярко-синяя свободная рубаха, широченный красный кушак, за который заткнут большой кривой нож в ножнах, на голове - пестрая бандана. Есть даже шкиперская бородка и кольцо в ухе. Вот только "пиратское" впечатление портили очки в тонкой оправе на носу. Не просто портили - отметали. Очки - неравноценная замена черной повязке на глазу, очень неравноценная.

  Разная одежда и внешность моряков должны что-то значить. Скорее всего - команда корабля состоит из представителей разных народов. "Полинезийцы" относятся к одному народу, "араб" - к другому, белокурый - к третьему. Стало быть, расизм у островитян не приветствуется. Это хорошо.

  Моряки, хоть и собрались рядом, проявляли любопытство не только к Михаилу, поглядывали на утесы и на воду. Предпочитают не терять бдительности, а может - чего-то ждут, знака какого-то.

  Ну а корабль выглядел... обыкновенно. Обтекаемые надстройки с круглыми окнами-иллюминаторами, гладкая палуба, какие-то загадочные механизмы, некоторые из них похожи на пушки или крупнокалиберные пулеметы. Мачта подозрительно высокая, и внизу - свернутый парус. Вернее, не свернутый, а как бы собранный в гармошку. Ну что ж, если корабль достаточно легкий, то можно и парус поставить. У парусников тоже есть преимущества - экономичность, бесшумность. А двигателем можно пользоваться в штиль, или в шторм, или чтобы уйти от погони.

  Подошел один из "полинезийцев", шкипер, судя по уверенной манере держаться, что-то спросил. Михаил повторил на языке телре, что не понимает. Капитан опять что-то спросил, но уже на другом языке - произношение другое, квакающе-мяукающее. Потом капитан попробовал третий язык, мелодичный. Потом - четвертый, звонко-разрывистый.

  На этом языковой запас капитана закончился. Впрочем, не каждый знает шесть языков.

  Весьма озадаченно пожав плечами, шкипер обратился к остальной команде. Мол, есть еще полиглоты?

  Капитана сменила женщина, тоже начала пробовать разные языки. Пять штук перебрала, естественно - без толку. Один показался очень похожим на испанский или итальянский, однако толку чуть - все равно Михаил ни итальянского, ни испанского не знал.

  И вдруг, совершенно неожиданно, можно сказать - внезапно для Михаила, который совсем настроился общаться картинками и пантомимами, женщина произнесла: "Ги цефан?"

  От удивления Михаил не сразу среагировал и закричал: "Да, да, я знаю цефан! Еще как знаю!" - когда женщина уже говорила не еще коком-то языке.

  Цефан распространен не только в Обитаемом Пространстве. Но о том, что его могут знать в мире Ду Рянц не рассказывала. Мало в этот мир ходят, непривлекателен он. А кто ходят - не рискуют здесь селиться, либо обратно возвращаются, либо пролазят в какой-нибудь другой мир. И таятся здесь пролазники, соответственно нет у путешественников по параллельным мирам времени, чтобы обучить местное население цефану.