Конни Уиллис - Неразведанная территория

- Так и есть. Но мы отправляемся в неразведанные земли. А это подразумевает обвалы, молнии, дорожников, пропасти, сели. Можете ободрать руку о щетинник и заработать сепсис или забраться слишком далеко на север и замерзнуть насмерть.

- Или оказаться на пути спаниковавших багажников.

Про них-то он откуда знает? Наверное, выпрыгушки или как их там.

- Или забрести в такую глушь, где вас никто никогда не разыщет, как случилось с Сегура, напарником Стюарта, - сказала я. - И в вашу честь даже обрыва не назовут, а потому оставайтесь на месте, через двадцать четыре часа вызывайте КейДжей, и она прилетит за вами.

- Знаю. - Он кивнул.

Нет, надо выяснить, что такое эти выпрыгушки.

- Вызывайте КейДжей, - повторила я, - и предоставьте ей позаботиться о том, чтобы отыскать нас. Если получите травму и не сможете ее вызвать, она запеленгует вас по вашему мику.

Я помолчала, соображая, о чем еще его следует предупредить. Карсон снова разорался на Булта - я его даже тут слышала.

- Никаких подношений туземам, - сказала я. - Не учите их, как изготовить колесо или прялку. Если вы вычислите, к какому полу принадлежит Булт, никаких братаний. И не орать на туземов, - сказала я, глядя на Карсона.

Он шел к нам, и его усы снова подрагивали, но как будто не от смеха.

- Булт говорит, что тут мы переправиться не можем, что тут в Стене пролома нет.

- А когда мы сверялись по карте, он сказал, что есть, - заметила я.

- Он говорит, его заделали. Он говорит, что нам надо двинуться на юг к другому пролому. Сколько до него?

- Десять кмов, - ответила я.

- Дерьмо мое, на это все утро уйдет! - сказал он, щурясь на Стену. Когда мы составляли карту, он ни о каких починках не говорил. Свяжись с КейДжей. Может, она ее щелкнула.

- Нет, - сказала я. Повернув на север к сектору 248-76, снять начало нашего маршрута она никак не могла.

- Черт дери! - Он сдернул шляпу, словно намереваясь швырнуть ее наземь, но тут же передумал, а только поглядел на меня и затопал назад к Языку.

- Оставайтесь тут, - сказала я Эву, спешилась и нагнала Карсона. Думаешь, Булт сообразил, что к чему? - спросила я у Карсона, едва мы отошли от Эва на достаточное расстояние.

- Не исключено, - сказал он. - Что будем делать?

Я пожала плечами:

- Отправимся на юг к следующему пролому. Расстояние не больше, чем до северных притоков, а к тому времени выяснится, надо ли нам проверить двести сорок восемь семьдесят шесть. Я поручила КейДжей сделать снимки. Я взглянула на Булта, который все еще говорил в свой журнал. - Может, он ничего не сообразил, а просто на том пути наберется больше штрафов.

- Чего нам только и не хватает для полного счастья, - буркнул он.

И был прав. Штрафы отбытия достигли девятисот, и на их подсчет ушло полчаса. Затем Булт потратил еще полчаса, чтобы нагрузить своего пони, решить, что без зонтика ему никак не обойтись, все снять, разыскивая его, а затем вновь все навьючить. К тому моменту Карсон пустил в ход неуважительную манеру и тон, а также швырнул шляпу на землю, и нам пришлось подождать, пока Булт добавлял новые штрафы к общему итогу.

Было уже десять, когда мы наконец тронулись - Булт впереди под зонтиком с огоньками, который он привязал к лукокости, мы с Эвом, а в арьергарде Карсон, откуда ему было труднее поносить Булта.

КейДжей высадила нас в конце небольшой долины, и теперь мы направились по ней на юг, держась ближе к Языку.

- Отсюда много не увидишь, - сказала я Эву. - Но долинка кончится через км, и откроется вид на Стену. А через пять кмов Стена подходит к самому Языку.

- А почему река называется Языком? Перевод с бутери?

- У туземов для нее названия нет. Как и для половины всего, что имеется на планете. - Я указала на горы впереди. - Возьмите Кучипони. Самая большая естественная формация на всем материке, а у них для нее нет названия, да и для большей части ф-и-ф. А те названия, какие существуют, не имеют никакого смысла. Багажников они называют цсухлкахтты. В переводе "дохлый суп". А Старший Братец запрещает нам давать осмысленные, пристойные названия.

- Вроде Языка? - сказал он с ухмылкой.

- Он длинный, розовый и тянется, словно доктор хочет заглянуть в горло. Как же еще назвать такую реку? Да это и не название, а обозначение для нас самих. На карте она значится как река Конгломерат в честь пород, между которыми она течет в том месте, где мы ей дали название.

- Неофициальное название... - задумчиво произнес Эв.

- Этот номер не пройдет, - сказала я. - Мы уж назвали Жопка-Каньон в честь КейДжей. Она хочет, чтобы в ее честь было дано официальное название. Принятое, одобренное, нанесенное на карту.

- А! - сказал он разочарованно.

- Ну, а если так? - сказала я. - Самцы других биологических видов, кроме гомо сап, вырезают женское имя на дереве, чтобы тарарахнуться?

- Нет, - ответил он. - На Чооме есть водяная птица... Самцы сооружают гипсовые плотины вокруг самок, похожие на Стену.

Кстати, вид на Стену уже открылся. Долина, уходя вверх, расширялась. Мы поднялись на гребень - и вот, пожалуйста, - на другом берегу словно один из аэроснимков КейДжей.

До самых Кучипоней простиралась равнина, и Язык прорезал ее, точно граница на карте. Окислов железа на Буте не меньше, чем на Марсе, хватает и киновари, а потому равнины там розовые. На западе виднелись столовые холмы и парочка пепловых конусов, выглядевшие в голубой дали нежно-зелеными. А вокруг них и через холмы, спускаясь к Языку, вновь уходя от него, изгибалась Стена, белая, сверкающая на солнце. Во всяком случае, о проломе Булт не соврал - на всем своем видимом протяжении она казалась целой.

- Вот Стена, - сказала я и оглянулась на Эва.

У него отвисла челюсть.

- Не верится, что ее построили бутери, правда?

Эв кивнул, так и не закрыв рта.

- У нас с Карсоном есть теория, что они к ней касательства не имели, сказала я. - Мы полагаем, что ее воздвигли какие-то иные несчастные туземы, обитавшие тут прежде. А затем Булт со товарищи заштрафовал их до полного исчезновения.

- Какая красота, - сказал Эв, не слушая меня. - Я понятия не имел, что она такая длинная!

- Шестьсот кмов, - отозвалась я. - И продолжает удлиняться. В среднем на две новые камеры в год, согласно снимкам КейДжей, не считая заделанных проломов.

Из чего следовало, что нашу теорию можно сбросить со счетов, однако идея, что всю эту работу проделывают туземы, тоже ни в какие ворота не лезла.

- Она даже красивее, чем в выпрыгушках, - пробормотал Эв, и я чуть было не спросила его, что это, собственно, такое, но поняла, что он меня не услышит.

Мне вспомнилось, как я сама впервые увидела Стену. На Буте я провела всего неделю. И все это время мы пробирались вверх по долине под проливным дождем, и я не переставала удивляться, как это я позволила Карсону втянуть меня в подобное. Затем мы поднялись на столовый холм, заметно более высокий, чем место, где мы находились сейчас, и Карсон сказал: "Вот она! Вся твоя!"