Артур Конан-Дойль - Маракотова бездна – 2 (Властелин Темного Лика)

— Может быть, и нет. Но слушайте, док, вы прямо в точку попали. Вы ведь влепили в этого черномазого, как в десятку. Тут уж никакого возврата не будет. Вы его просто спихнули. Не знаю, на какой географической карте он теперь обосновался, но там уж точно не место для Билла Сканлэна.

— Я расскажу вам, что произошло, — сказал доктор. — Вы помните, что я покинул вас и ушел к себе в лабораторию. У меня почти не было надежды, но я в разное время много читал о черной магии и оккультных искусствах. Я хорошо знал, что белое всегда может победить черное, если только сумеет оказаться с ним на одном уровне. Он находился на гораздо более сильном — не будем говорить высоком — уровне, чем я. Это был роковой факт.

Я не видел способа преодолеть это. Тогда я улегся на кушетку и стал молить о помощи. Когда находишься на пределе человеческих возможностей, что еще можно сделать, кроме как протянуть в мольбе руки во вьющуюся вокруг нас дымку? Я молился и чудесным образом получил ответ.

Внезапно я почувствовал, что нахожусь в комнате не один. Передо мной стояла высокая фигура мужчины, такая же темная, как и дух зла, с которым мы боролись, но с добрым бородатым лицом, сиявшим благожелательностью и любовью. Он посмотрел на меня добрыми глазами, и я сел, в изумленном молчании, глядя на него. Что-то, некое вдохновение или интуиция, говорило мне, что это дух великого и мудрого атланта, который боролся со злом во время жизни и который, не имея сил предотвратить уничтожение своей страны, принял меры, чтобы выжили самые достойные, хотя и они должны были погрузиться в океанические глубины. Это удивительное существо теперь вмешалось, чтобы помешать разрушению результатов его труда и уничтожению его детей. С появившейся внезапно надеждой я понял все это так же ясно, как будто он это мне сказал. Тогда, улыбаясь, он придвинулся и положил руки мне на голову. Он, без сомнения, передавал мне свою собственную добродетель и силу. Я почувствовал, как они, словно огонь, разливаются по моим венам. У меня были воля и сила, чтобы творить чудеса. В то же мгновение я услышал звон колокола и понял, что настал переломный момент. Когда я поднялся с кушетки, дух с улыбкой на лице пропал.

Затем я присоединился к вам, а остальное вы знаете.

— Что же, сэр, — сказал я, — думаю, что у вас теперь есть репутация. Если вы хотите обосноваться здесь в качестве бога, наверное, это будет нетрудно.

— Вам больше подфартило, чем мне, док, — сказал Сканлэн грустным голосом. — Как это получилось, что парень не знал, что вы делаете? Меня-то он быстро обуздал, когда я схватил пушку. А вас он так и не расколол.

— Я думаю, что вы были на уровне материи, а мы какое-то время находились на уровне духа, — сказал доктор задумчиво. — Такие вещи учат смирению. Только когда прикасаешься к высшим сферам, понимаешь, на какой низкой ступени в этом мире мы находимся. Я выучил свой урок, и пусть мое будущее это покажет.

Так окончилась эта история. Некоторое время спустя у нас возникла идея послать известие о себе на поверхность, и с помощью стеклянных шаров, наполненных левигеном, мы поднялись наверх, как было описано выше.

Доктор Маракот подумывает о том, чтобы вернуться назад. Ему нужны точные сведения из какого-то раздела ихтиологии. Сканлэн, я слышал, женился на своей голубке в Филадельфии и был назначен управляющим делами фирмы, так что он больше не ищет приключений, в то время как я — что ж, море подарило мне драгоценную жемчужину, и больше я ни о чем не прошу.