Александр Рибенек - Перевал - мир иллюзий

Я знал тип таких людей. Им никогда не сиделось на месте, они вечно ввязывались в разные истории. Сколько их было разбросано по всей стране! - Зря ты, Леха влез в это дело! - сказал я ему. - Может, вы и знаете коечто о том, что происходит здесь, но представить даже не можете, что это такое! Хорошо, если мы выпутаемся живыми. Там, на войне, все было проще это ты верно сказал... - Так что же ты занялся этим промыслом? - поинтересовался Леха, осторожно заглядывая в очередной ход. - Я - другое дело! - ответил я, проскальзывая с девушками мимо, пока сержант держал боковой коридор под прицелом. - Во-первых, у меня были причины, чтобы покинуть мир и уединиться в горах. А во-вторых, это наше семейное дело. Все мои предки были проводниками, и я тоже решил. Наследственность... К тому же я знаю, за что рискую, и чем все это может кончиться для меня. Это моя жизнь! Можешь назвать это зовом крови, если хочешь.

Мы на некоторое время замолчали, а потом я сказал, переходя на шепот: - Знаешь, Леха, я удивлен. Будь я на твоем месте, подыскал бы себе другую компанию для такого рискованного дела. Я не знаю, в каких ты с ними отношениях, но, по-моему, женщины как-то не очень хорошо подходят для подобных мероприятий. Тебе должно быть это известно. Никто из них не умеет правильно обращаться с оружием, а Ольга так совсем еще девочка. Сколько ей? Пятнадцать? - Двадцать, - последовал ответ.

Я был удивлен. Не подумайте, я редко ошибаюсь в оценке женщин. Но она никак не тянула на свой возраст. И если по Алисе было видно, что она - уже вполне зрелая женщина, повидавшая на своем веку многих мужиков, то Ольга... Нет, не тянула она на двадцать лет. - Я не мог оставить их, - продолжил Леха. - И на то были веские причины. Сикорский ведь охотится за всеми нами... А если ты считаешь, что я главный в нашей компании, то глубоко заблуждаешься.

У меня на этот счет было уже сложившееся мнение, но все же я поинтересовался: - А кто?

Но он не успел мне ответить. Верный вдруг резко остановился и заскулил. Я знал, что мой пес так себя не вел без особых причин. Значит, впереди там что-то было... А тем временем пес грозно зарычал, шерсть встала дыбом, но вперед он не шел. - Что случилось? - с тревогой в голосе поинтересовалась Ольга.

Я скинул с плеча карабин и взял его наизготовку. - Все назад! - стараясь говорить тише и спокойнее, сделал знак рукой.

Пока ничего не было видно, но поведение Верного указывало на то, что где-то впереди скрывалась неведомая опасность. - Может, кинуть туда термическую гранату? - предложил Леха. - У меня есть парочка. - Давай, - согласился я. - Попробуй. Только, знаешь, мне кажется, что годы мирной жизни основательно почистили тебе мозги. Это же пещера! Хочешь изжариться тут живьем? Или, может, хочешь испытать ощущения заваленного заживо? - Ой, ребята, смотрите, что это?! - оборвала нас Ольга.

Я хотел еще что-то сказать, но язык вдруг отказался мне повиноваться. На нас стремительно надвигалась тьма! Это было особенно невероятно, если знать свойства прибора ночного видения. Он ведь улавливает излучение предметов, и отсутствие видимости означало, что это нечто, надвигающееся на нас, наоборот, поглощает. Или еще что-то, непонятное и ужасное...

Тьма поглотила нас, а я не мог почему-то двинуть ни рукой, ни ногой. Леденящий душу ужас перехватил дыхание. Совсем, как в детском кошмаре, когда хочешь убежать от собственного страха и не можешь...

Но ведь это был не сон, когда можно проснуться и тем самым спастись! Надо было что-то делать, и я попытался заставить палец на спусковом крючке нажать его. Бесполезно! Палец, казалось, больше не принадлежал мне. Но я не прекращал попыток, одновременно подавляя в себе дикие приступы ужаса, что не очень-то хорошо получалось у меня.

Вдруг мой взгляд наткнулся на какой-то силуэт у самой стенки. Это был участок еще более черный, чем тьма, обступившая нас. И мне показалось, что этот неопределенный силуэт чуть-чуть двинулся. Я закрыл глаза, потом снова открыл (на это я еще был способен). Интересующий меня объект был неподвижен, но я готов был поклясться, что он находился на несколько шагов ближе к нам, чем до того. И, казалось, это нечто чувствовало, что за ним наблюдают, и опасалось.

Теперь, когда я видел противника, дело пошло легче. Нечто рванулось вперед, и в этот момент я сумел-таки надавить на спусковой крючок. В тот момент, когда грохнул выстрел, я почувствовал, как оцепенение пропало. Тень откачнулась назад, остановившись, а я уже не останавливался, как автомат, паля из своего карабина. Неважно куда - лишь бы стрелять. А нечто вдруг пропало из поля зрения, и тьма стала стремительно отступать. Одновременно с этим я снова обрел возможность видеть коридор пещеры в обычных красках. - Он убегает! - услышал я голос Алисы. - Стреляй, черт возьми! - закричал с азартом охотника Леха (хотя было непонятно, почему он не воспользовался своим автоматом).

А у меня было такое ощущение, будто я сдавал десять километров на время. Руки и ноги тряслись противной мелкой дрожью, воздуха не хватало, и легкие работали, словно кузнечные меха. - Он удрал! - возбужденно сообщил Леха. - Кто? - не понял я. - Огромный черный паук! А ты разве его не видел? - удивился парень.

Это вывело меня из себя. - Черт возьми! - возмутился я. - Мне только до того и было, чтобы рассматривать это проклятое создание!

Я привалился к стене, чтобы успокоиться. А Леха осматривал пол пещеры. - Смотри-ка, Саня, что я нашел!

Я подошел к нему. На полу были хорошо заметны пятна тьмы, цепочкой уходящие дальше по коридору. Опустившись на корточки, я дотронулся до одного из них пальцем (хотя с моей стороны было большой глупостью трогать незнакомое вещество, но мозги после такого напряга, видимо, плохо варили). Возникло хорошо знакомое ощущение. - Леха, я, кажется, подстрелил его! - сообщил я ему.

Мы осторожно двинулись вперед, держа наготове оружие. Капли черноты привели нас к одному из ходов, куда, если судить по следам, и скрылась эта тварь.

Мы осторожно заглянули туда. Нашим глазам предстала целая куча костей. - Здесь, видимо, его логово, где он поджидает свои жертвы, - заметил я, изучая их. - Год назад здесь ничего подобного не было. - Вот и объяснение гибели твоего Цыгана, - сказал Леха, вглядываясь в глубину хода. - Может быть, - согласился я. - Это был просто ужасный, черный, огромный паук! - вмешалась Алиса, не отходившая от нас ни на шаг. - Бр-р-р, мерзость!

Их слова о черном пауке воспринимались мной с большим недоверием. Это можно было отнести впечатлительности Алисы. С другой стороны и Леха говорил об этом. А уж его никак нельзя было отнести к впечатлительным людям. Но таких больших пауков в природе не встречается. Не встречалось, я хотел сказать, до этого момента... - Это не он, - вдруг заявила Ольга, не вмешивавшаяся до этого момента в наш разговор. - Характеры разрушений костей у статуи и здесь различаются. Если здесь они практически целые, то там их как будто сначала пережевали, а потом выплюнули.