Иэн Бэнкс - Безатказнае арудие

Ознакомительный фрагмент

Утром побывала на строительстве кислородного завода, а днем опробую их будущий продукт, подумала она. Она кивком поблагодарила помощницу и возвратила цилиндр.

– Пожалуй, нам лучше вернуться, главный ученый, – сказала женщина.

– Сейчас. – Гадфий подняла козырек с глаз и снова уставилась в бинокль.

Соленая пыль и песок кружились вихрями, образуя перед ней завесу, а от холодного ветра слезились глаза. Серо-черные камни вблизи обсерватории были похожи на гигантские хоккейные шайбы. Каждый камень имел в диаметре около двух метров, в высоту – полметра и предположительно был из чистого гранита. Они двигались но этой долине уже в течение тысячелетия, скользя по местами отполированной до блеска поверхности соленой чаши, – случалось это каждый раз при выпадении снега и последующем ветре. Снег и лед, образующиеся здесь, превращались в воду с помощью системы трубопроводов, протянутых под долиной, и солнечного света, отраженного зеркалами на двадцатом уровне крепость-башни, – сверкающей громады в трех километрах к северу.

Долина Скользящих Камней являла собой плоскую крышу комплекса гигантских комнат на восьмом уровне крепости; эти огромные, почти пустые и практически необитаемые пространства располагались словно по окружности огромной втулки; внешняя стена постройки с юго-юго-востока до запада была прорезана километровой высоты окнами. Всегда считалось, что мощная система углубленных трубопроводов и зеркал башни не допустит накопления в долине льда такой толщины, что крыша обрушится, хотя никто так и не знал, зачем крышу сделали горизонтальной. Неизвестно было также назначение камней и то, почему схема их движения отличается (хотя и незначительно, но совершенно очевидно) от той, по которой они должны были бы двигаться в соответствии с расчетами, проведенными на точнейших компьютерных программах и реальных моделях, доподлинно воспроизводящих среду их нахождения.

Мобильная обсерватория (трехэтажная сфера на восьми длинных ногах-опорах, оснащенных двигателями и колесами, напоминающая громадного паука) вот уже сотни лет следовала за этими таинственными камнями по долине, собирая данные в колоссальных объемах, но не внося ничего существенного в понемногу стихающие споры о происхождении и назначении камней. Кое-что удалось узнать, когда несколько столетий назад был проведен частичный анализ одного из камней, хотя новая информация и сводилась главным образом к тому, что при откалывании кусочков камня крепость-башня с двадцатого уровня посылает луч (причем как днем, так и ночью), так четко сфокусированный, что исследователь мгновенно испаряется. Естественно, что новоприобретенная информация вела в тупик.

Гадфий посмотрела туда, где Долина Скользящих Камней переходила в темно-багровое небо. По лицу ей, словно бритвой, резанул ледяной порыв ветра, и пришлось закрыть глаза. Соль, как песок, набивалась под веки. Она ощущала вкус соли, нос изнутри обжигало.

– Ну, ладно, – сказала она, с трудом вдыхая сухой воздух. Затем повернулась спиной к перилам, и ассистентке пришлось поддерживать ее по пути в шлюз.

– Круг начал образовываться в шесть тринадцать сегодня утром, – сообщила им старший наблюдатель. – Его формирование завершилось в шесть сорок две. Задействованы все тридцать два камня. Расстояния между камнями ровно по два метра, что равно их диаметру. Они образовали идеальный круг с точностью выше десятых долей миллиметра. Коэффициент отклонения от прогнозировавшегося движения на период образования нынешней конфигурации составил шестьдесят процентов. В прошлом он никогда не превышал двенадцати и трех десятых процента, а за прошедшие десять лет не выходил за пределы пяти процентов.

В столовой обсерватории сидели Гадфий, ее адъютант Расфлин и помощница Госкил, старший наблюдатель мобильной обсерватории Клиспейр и трое из четверых младших наблюдателей.

– И мы находимся точно в центре долины? – спросила Гадфий.

– Да. И опять с точностью до десятых долей миллиметра, – ответила Клиспейр – хрупкого вида преждевременно состарившаяся женщина с клочковатыми белыми волосами. Сорока годами раньше Гадфий знала ее по университету. И тем не менее, несмотря на возраст, она, как и другие наблюдатели, могла работать без дополнительного кислорода и подкачки, тогда как Гадфий это было не по силам. Она, Расфлин и Госкил могли сейчас дышать свободно только потому, что в обсерватории для их удобства чуть повысили давление. К тому же, говорила она себе, они всего за два часа поднялись с высоты около тысячи метров до восьми километров над уровнем моря, и обычные человеческие существа страдали бы тут от высотной болезни, к которой у нее был генетический иммунитет, – маленькое утешение.

– Но эта фигура все же образовалась не вокруг лаборатории.

– Нет, мадам. Мы стояли приблизительно в четверти километра отсюда почти строго на север и ждали ветра после вчерашних осадков и таяния. Камни начали двигаться в четыре сорок одну по модели «тэ-восемь», с коэффициентом отклонения один. Они изменили направление…

– Может быть, визуальная демонстрация будет… нагляднее, – прервала ее Госкил.

Сидевшие за столом наблюдатели обменялись смущенными взглядами.

– К сожалению, – сказала Клиспейр, откашлявшись, – эта конфигурация образовалась во время профилактики системы слежения. – Она извиняющимся взглядом посмотрела на Гадфий. – Мы, конечно же, очень маленькое и, возможно, незначительное исследовательское подразделение, и я не знаю, в курсе ли вы моих отчетов за последние несколько лет. Я сообщала об учащении поломок оборудования и просила увеличить финансирование, но…

– Понятно, – нетерпеливо сказал Расфлин. – У вас явно нет имплантов, мадам, но я полагаю, кто-нибудь из ваших сотрудников зафиксировал происходящее на свой инструментарий.

– К сожалению, нет, – со смущенным видом сказала Клиспейр. – Как оказалось, все наши сотрудники из Привилегированных.

Расфлин был потрясен. Рот у Госкил слегка приоткрылся.

Клиспейр, виновато улыбнувшись, развела руками.

– Ничего не поделаешь – таковы реалии.

– Значит, визуальной записи у вас нет, – сказал Расфлин, вкладывая в свою интонацию недоумение и раздражение.

Госкил, дунув, отбросила прядь волос с лица, вид у нее был мученический.

– Положение неприемлемое, – согласилась Клиспейр. – Наблюдатель Койр, – она кивнула в сторону одного из двух молодых мужчин, который застенчиво улыбнулся, – отснял кое-что на свою камеру, но…

– Можно посмотреть? – спросил Расфлин, постукивая пальцами по столешнице.

– Конечно, только…