Лин Картер - Пираты Каллисто

И как нечестивое позорное пятно, как огненная яма, на южном полушарии виднелся ужасный зияющий алый глаз.

И я понял, где нахожусь.

Это не планета неизвестной далекой звезды.

Нельзя было не узнать этот гигант с яркими поясами и горящим Красным Пятном.

Загадочный силовой луч перенес меня на поверхность одного из спутников Юпитера.

Неожиданно мое внимание привлек свистящий рев. Звериный рев доносился с края джунглей. Хотя я по-прежнему видел только изогнутые черные стволы с алой листвой, я понял, что в них скрывается какой-то хищник. Я чувствовал на себе его невидимый горящий взгляд.

И понял, что нахожусь в смертельной опасности. Я действовал глупо — бродил по этому невероятному ландшафту, как полный благоговения мечтатель, вместо того чтобы попытаться немедленно вернуться к себе в родной мир.

Этот дискообразный камень в кольце колонн, похожий на большой алтарь, разве он не из того же гладкого прозрачного гагата, как и устье таинственного колодца в далеком Арангкоре? Должно быть, луч-транспортер связывает этот чужой мир с затерянным в джунглях Камбоджи городом. Если я встану в центре этого круга монолитов, может, я сумею вернуться?

Я повернулся и побежал к Воротам Между Мирами, но было уже поздно.

Снова послышался ужасный свистящий крик, и прямо из джунглей навстречу мне устремился фантастический кошмарный зверь.

Представьте себе помесь колоссального саблезубого тигра с огромным доисторическим ящером, и вы поймете, какой зверь с горящими желтым пламенем глазами устремился ко мне из джунглей. У него было гибкое кошачье тело, наделенное невероятной силой. Но вместо полосатой шерсти тело этого чудовища покрыто змеиной чешуей. Яркая, изумрудно-зеленая чешуя, переходящая в желтое брюхо. Лапы вооружены изогнутыми когтями, а по спине и хвосту тянется цепь колючек с острыми концами.

Голова чудовища — маска клыкастого ужаса. Яростные холодные глаза, горящие желтым пламенем, сосредоточены на моей бегущей фигуре. Испустив еще один свистящий рев, чудовище неслось за мной. А я бежал изо всех сил.

Странные, невероятные мысли приходят в голову человеку на краю гибели. Я думал о том, что природа позаботилась и о защите меньших своих созданий в этом странном и необычном мире, потому что эта блестящая чешуйчатая кожа, эта изумрудная кольчуга не может скрываться в джунглях: слишком она выделяется на фоне алой листвы. Каждому был дан шанс на выживание.

Позже я узнал, что это страшный ятриб, драконья кошка танаторских джунглей, более опасная, чем саблезубый тигр на моей доисторической родине.

Я мчался как ветер, но ятриб почти догнал меня, прежде чем я покрыл половину расстояния до кольца каменных столбов и гагатового диска Ворот. Я чувствовал за собой его горячее дыхание. Еще несколько ярдов, и мои приключения в этом удивительном мире придут к внезапному кровавому концу…

И тут на склоне холма, к вершине которого, к убежищу каменных Ворот я устремился, появилось несколько еще более невероятных созданий!

События развивались так быстро, что вначале я не сумел даже разглядеть их. Я мельком заметил странные, тощие, бледные фигуры, одетые в сверкающие доспехи и восседающие на животных, похожих на гигантских бескрылых птиц. И тут передний из этих тощих всадников остановил свое животное прямо передо мной и выпустил стрелу из большого боевого лука, который держал в тонких блестящих руках.

За мной послышалось клокочущее рычание. Я свернул, чтобы не столкнуться с всадником, запнулся о какой-то корень и упал лицом вниз в алую траву. Я ожидал в любое мгновение смерти от острых когтей хищника. Однако ничего не происходило.

Я перевернулся, встал и увидел, что ятриб извивается и дергается в траве, пытаясь задними лапами извлечь черную стрелу, которая торчит у него в горле.

Бледный тощий всадник убил чудовище в тот момент, когда оно встало на дыбы, чтобы обрушиться на меня.

Стрела в ярд длиной, вырезанная, несомненно, из того же черного дерева, которые в изобилии росли в окружающих джунглях. Позже я узнал, что всадник с невероятным мастерством поразил ятриба в единственное уязвимое место — мягкие ткани у основания горла, где жесткая изумрудная кольчуга не защищает жизненно важные органы.

И в этот момент драконья кошка испустила из пасти поток черной крови, один или два раза дернулась и застыла.

Я, потрясенный, повернулся, чтобы поблагодарить своих спасителей. И в это мгновение что-то похожее на лассо опустилось мне на плечи, скользнуло на руки и резко затянулось. Предводитель всадников выбросил его из тонкой трубки. Он затянул петлю и потянул на себя. Я беспомощно упал в траву, руки мои были прочно прижаты к бокам.

Мрачная ирония: я спасся от убийственных челюстей ятриба, чтобы попасть в рабство к своему спасителю!

Спешившись, он склонился надо мной, испуская резкие металлические звуки какого-то неведомого мне языка. Я смутно разглядел нечеловеческую внешность — лишенную всякого выражения маску блестящего серебристо-серого рогового вещества, похожего на кожуру гигантского краба, большие глаза, словно горящие черные драгоценные камни, уловил странный резкий запах медикаментов, знакомый мне.

Казалось, всадника поразил цвет моих волос и глаз; хоть я и не понимал его щелкающей гортанной речи, он все время роговой рукой касался моих волос, а однажды роговым пальцем легко прикоснулся к глазу.

В следующее мгновение я взлетел на воздух и шлепнулся лицом вниз поперек седла, ткнувшись в перья странного верхового птицеобразного животного. Всадник вскочил в седло, дернул узду, и весь отряд поскакал.

Я бросил отчаянный взгляд на гагатовый диск и кольцо столбов, которые представляли для меня единственную надежду вернуться в мой собственный мир. Они удалялись и вскоре пропали из виду.

Глава четвертая

Коджа из племени ятунов

Так начался первый период моего рабства на Танаторе. Два месяца я провел в плену у странных существ, которые спасли меня, от нападения ятриба. Дни проходили медленно и без происшествий, и я постепенно осваивался с обычаями мира джунглей. Рассказ о моей повседневной жизни занял бы слишком много места, поэтому я расскажу только об открытиях, которые совершил в племени ятунов.

Присмотревшись поближе к пленившим меня странным существам, я понял, что они совсем не похожи на людей. Своими высокими тощими фигурами и прыгучей походкой на конечностях из многих сочленений они напоминают гигантских насекомых типа богомолов. Пусть ученые, которые, возможно, будут когда-нибудь изучать мою рукопись, решат, были ли они истинными насекомыми в терминологическом смысле этого слова. Достаточно сказать, что из всех знакомых мне форм жизни они больше всего напоминают насекомых.