Джастин Ричардс - Воскрешающая гробница

- Старый Боб, вот кто, - ответил Бонни. - МакКавити оказался вполне доволен, чтобы поверить, что они из трофеев Глинта, пока Боб его не просветил. Тот-то сразу понял - он знает этого Глинта.

- Верно, - подтвердил Эдд. - МакКавити не в теме. Он достал нас вопросами, откуда это у нас, есть ли там ещё что-нибудь, и откуда оно вообще взялось. Нельзя же было рассказать ему, что в основном всё это нашлось здесь в старом упаковочном ящике, когда мы прибирались? Не рассказали, и клиент остался счастлив. Хочет он проклятое сокровище, сделаем ему проклятое сокровище.

- Проклятое, вот смех-то, а? - сказал Бонни. - Бедный старина Каспар. А теперь ещё и Родд. Думаю, пора опять сниматься с места. Кому-то мы не нравимся.

- МакКавити? - предположила Роза.

Эдд пожал плечами. - Возможно. Он славится вспыльчивостью. Но мы вернули ему его деньги.

- Может быть кто угодно, - с несчастным видом произнёс Бонни. - Мы ограбили так много людей за прошедшие пятнадцать лет, что я уж и забыл.

- О, очаровательно, - сказала себе Роза.

Шестая витрина была пуста. А может она шла седьмой. Доктор подавил зевок и указал на пустоту. - Не говорите мне, плащ-невидимка Гамлека Глинта, верно? Или она зарезервирована для потерянных сокровищ?

- Очень забавно, Доктор,- сказал МакКавити без тени улыбки.- Судя по всему, сокровище туда бы не поместилось.

- А плащ-невидимка?

- Едва ли он существует.

- Ну, во всём этом столько романтики и вымысла, разве нет?

- Вы имеете в виду Воскрешающую Гробницу?

Доктор кивнул, задумавшись, чем это может оказаться. - А что же еще? Да, именно её я и имел в виду. Конечно.

- Нет, Доктор, здесь находились кое-какие замечательные артефакты, которые недавно стали моей собственностью. И которые, как оказалось совсем недавно, вообще не являлись подлинными реликвиями из сокровищ Глинта. Несмотря на полученные мной гарантии.

- А, - понял Доктор, - вы говорите о Родде и его дружках. Случай "caveat emptor"? Покупатель действует на свой риск?

- Разумеется. Что, похоже, возвращает нас обратно к тому, с чего мы начали. Я благодарен за вашу заботу о моём благополучии и безопасности, но я не могу поверить, что смерть бедного человека...

- Смерти бедных людей, - холодно поправил его Доктор.

- Я не могу поверить, что они имеют что-либо общее с отношениями, которые у меня были с этими мерзавцами.

- Не можете?

- Не могу, - настойчиво повторил МакКавити. - Они продали мне мусор. Возможно, с честными намерениями, хотя я сомневаюсь. Когда дело дошло до конфликта, они с радостью вернули мои деньги. Ну... - лёгкая улыбка скользнула по лицу МакКавити. - Может быть, "с радостью" не совсем подходящее определение.

- И никто не обиделся?

- Я их не убивал, если вы это имеете в виду.

Так как Доктор подумал именно об этом, он улыбнулся в ответ. - Даже близко в мыслях такого не было. А вот у того, кто сделал это с тем бедным парнем, было, не так ли? - он показал на следующую витрину, только теперь поняв, что находится внутри.

Там стоял кричащий мужчина. Или вернее, стилизованная металлическая скульптура мужчины. Его, казалось, покрывала какая-то вязкая жидкость, вылившаяся на него сверху и теперь стекающая вниз по его телу. Черты лица размыты и искажены, но рот открыт, и глаза широко распахнуты в явном ужасе.

- Работа Катманна, - сказал МакКавити, словно это всё объясняло. - Изображает смерть капитана Локхардта. Его корабль, "Восходящая Луна", до конца держался против Глинта - почти семнадцать часов. И вот так его наградили, как рассказывают. Облили кипящим свинцом, когда он попытался прорваться к аварийным спасательным капсулам.

- Отвратительно, - тихо сказал Доктор.

- Вы так думаете? - МакКавити наклонился вперед, улыбаясь. - Он думает, что это отвратительно, любовь моя, - пробормотал МакКавити так тихо, что даже тонкий слух Доктора едва уловил звук. МакКавити продолжал смотреть на гротескную скульптуру. - А мне, пожалуй, нравится, - сказал он громко.

- Я имел в виду, отвратительно то, что случилось с Локхардтом, - пояснил Доктор. - Скульптура... незаурядная, - согласился он. - Хотя, не думаю, что когда-нибудь смогу сказать, что она мне нравится.

- Какая жалость. Но всё искусство, в конце концов, дело вкуса, не так ли? А сейчас, позвольте мне проводить вас, - МакКавити повёл Доктора к двери.

Доктор напряженно оглянулся через плечо по всей длине по-прежнему неисследованной галереи. - Но там ещё столько всего, - запротестовал он, задавшись вопросом, что именно не хочет ему показывать МакКавити.

- Возможно, в другой раз. У меня много дел.

Они вновь вышли в холл. - Подождете здесь минутку? - спросил МакКавити.

- Зачем?

МакКавити нахмурился, всего на мгновение, потом улыбка вернулась. - Позвольте мне дать вам мою визитку. Вы можете позвонить мне, чтобы назначить встречу, и я покажу вам оставшуюся часть моей коллекции.

- О, я почти всегда свободен, - крикнул Доктор ему вслед, когда МакКавити направился к двери, которая, как Доктор знал, вела в рабочий кабинет.

- Позвоните мне, - повторил он, когда вернулся. Он протянул Доктору отпечатанную карточку - имя и адрес, больше ничего.

- Спасибо, - сказал Доктор, запихивая карточку в карман брюк. - Она мне действительно очень пригодится. Хотя я знаю, где вы живете.

МакКавити обнял Доктора за плечи, провожая его к двери. - Он вернётся, любимая, - опять пробормотал МакКавити, как будто не замечая, что Доктор слышит. - Ну, до следующего раза, Доктор, - добавил он громче.

- С ума сойти, - сказал Доктор, счастливо кивая. - О, один вопрос...

- Да? - нетерпение явно сквозило в тоне МакКавити.

- Значит, вы не рассердились на Родда и других?

- Рассердился?

- Ну, знаете - обиделись. Расстроились. Вспылили, взбесились, разъярились. Вы не потеряли из-за них самообладания?

- Я никогда не теряю самообладания, - спокойно сказал МакКавити.

Дверь открылась, когда они подошли, один из охранников толкнул её с другой стороны.

- Ну, и хорошо, - сказал Доктор. Он улыбнулся, а МакКавити повернулся, чтобы уйти. Он замер, как вкопанный, когда Доктор произнёс: - Знаете, мне очень жаль вашу жену.

Рука охранника, ближайшего к Доктору, дернулась к кобуре.

МакКавити медленно повернулся к Доктору. Его лицо побелело. Его трясло. Его глаза горели от ярости. Когда он заговорил, его голос тоже дрожал, хотя он изо всех сил старался контролировать себя.

- Она вернется ко мне, - сказал он. Он сделал шаг вперед, и его лицо приблизилось к лицу Доктора, их тела почти соприкасались. - Будьте уверены. Она не ушла от меня, это неправда. Она вернется. Увидите.

- О, да, - ответил Доктор тихо и грустно. - Поверьте, я увижу.