Владимир Савченко - Время больших отрицаний

По крупному все произошло в 347-й День Шара, между 881-м и 960-м Шторм-Циклами Меняющейся Вселенной над ними в 599-м миллионе 179-й тысяче их от Таращанской беды.

Теперь Миша и Аля иными глазами смотрели на числа на табло времен, сопутствовашие им всюду. Особенно на дни за знаком «+». На нижних уровнях к каждому земному прибавлялись единицы, на средних десятки, на верхних к вечеру до полуторы сотен; пять месяцев.

…Конечно, наиболее полно они добавлялись к времени служения материалов и оборудования в башне. Оставленные невыключенными лампы или приборы могли сгореть. В испортившемся холодильнике пропадал весь запас. И так далее.

Что же до людей, то дни, недели и месяцы за знаком «+» для них оставались, как правило, в категории возможности. Можно было провести наверху в календарные сутки столько времени, исполнить сложные исследования или большую работу — и, как на блюдечке, назавтра поднести коллегам могучий результат. Но жить, конечно, все предпочитали в «нулевом времени», на родимой Земле. В Катагани.

И вот теперь супругам Панкратовым и их детям предстояло жить эти «+» дни, недели, месяцы всерьез. Наравне с материалами и оборудованием. Как на космическом корабле.

В 18.03 Земли Виктор Буров достиг уровня 7,5, взломал щит регулятора натяжения канатов, повернул пакетники — и все успокоилось. Рев перекачки сменился тишиной; оседала пыль.

На этом уровне (старом координаторном) было 16+5 сентября 15 часов 11 минут.

Наверху, в гостинице пришло условное утро 16+108 сентября, 7 часов. Новорожденые, впервые покормленные мамой, спали. Намаявшиеся Миша и Аля тоже — и не восприняли, что снизу перестал доноситься гул, прекратились скрипы и пошатывания стен.

Стоит заметить, что в сравнении с тем, что творилось внизу, воздействие Шаротряса здесь было очень умеренным. Колыхания пространства растягивались в К раз и во столько же ослаблялись. Разрушений не было. Даже освещение не мигало.

Но Миша решил осмотреть, все ли в порядке. Начал с мастерской на 146-м уровне. Прихватил там цилиндрик НПВ-концентратора, прибор для него. Поднялся на крышу, сел в пилотное кресло от кабины ГиМ — обдумать положение.

В этом кресле сутки назад сидел и размышлял Пец — для Миши он был еще живой.

Глава четвертая. Рождение Ловушек

Вечный вопрос: что лучше — быть непризнанным гением, или признанной посредственностью?

День текущий 15.7545 сент ИЛИ

16 сентября 18 ч 6 мин 35 сек

16+113 сент 4 ч на уровне К150

Жизнь была ежечасным чудом — и она была жизнь

Вверху, над головой, неспешно накалялся, проходя оттенки от буро-сиреневого до бело-голубого, Вселенский Шторм; он казался близким — да до недавних пор и был таким. Миша сам не раз поднимался в МВ. Но сейчас мысли и чувства его были далеко не горние, не вселенские — самые что ни на есть земные. Состояние, как у молодого волка: его самка принесла детенышей, теперь надо бегать, искать, добывать и приносить им пищу, защищать их, свое логово. Ноги и клыки, клыки и ноги; пощады никому.

Только усилием воли Панкратов сдерживал себя, чтоб тотчас не броситься что-то искать и делать. Надо было все хорошенько обдумать.

Лампочка на шесте осветила какой-то темный предмет неподалеку. Он присмотрелся: дохлая ласточка. Жертва НПВ.

…Немало их устраивали себе гнезда в стенах башни — повыше, повинуясь инстинкту. Высиживали птенцов при К100-150, очень быстро. А далее ускоренное время столь же быстро все завершало. Пищу-то надо искать внизу, в зоне (К2) или на пустыре (К1). В однородном мире время поиска + доставки в гнездо соизмеримо с временем питания и переваривания пищи птенцами. А здесь — нет. Выбивающиеся из сил родители не успевают находить, приносить, кормить; птенцы дохли. Затем дохли надорвавшиеся ласточка-папа и ласточка-мама.

«И со мной так выйдет, если стану суетиться по животному отцовскому инстинкту. Затем и с выводком моим тоже, с Алей… Нет, надо иначе».

Но вот что: побоку это все. Громада материала подпирает, нависает и давит. Прочтите, пожалуйста, о подобных переживаниях персонажей в других книгах: как выжить в неблагоприятных условиях, выкормить детей и тд., и тп. Об этом много пишут. Мы же здесь сосредоточимся на том, о чем в других книгах не пишут.

…Если без обиняков, то последовавшему вскоре созданию Ловушек и развитию соответствующего направления Институт обязан (и будет обязан, как говорят в простом социуме, по гроб жизни) не столько Мише Панкратову, сколько родившимся близнецам. А еще, вероятно, квартирохозяйке Александре Владимировне. А вдобавок и общей ситуации: развалу великой страны, краху социализма с его, что ни говори, заботой о трудящихся — и заменившему все это повальному шкурничеству.

И может быть, даже той же дохлой ласточке.

Но главное, конечно: двойня родилась. На одного-то все было рассчитано на самом пределе. А тут на тебе…

Сам Панкратов как автор НПВ-концентраторов что — ну, ему нравилось незримыми лучиками К-пространства бесшумно дырявить куски бетона, доски, пластмассу. Что-то вроде гиперболоида инженера Гарина для непроводящих тел. Все и могло пойти по такому направлению, для строительных работ (выемки, тоннели), даже для ваяния; удалять лишнее, чтобы выделить скульптуру.

Созидательное, словом, направле.

А вышло — в духе обстоятельств и времени — хватательное.

День текущий 15.7552 сент ИЛИ

16 сентября 18 ч 7 мин 15 сек

16+113 сент 6 часов на уровне К150

Вверху были свет и быстрота, внизу медленность и сумрак

Началось оно на крыше с того, что Миша взял один свой цилиндрик, в котором, он знал, еще сохранился НПВ-заряд, присоединил регулирующий прибор, задумчиво повернул рукоятку. Из цилиндрика выпустился незримый лучик, только и заметный тем, что шест с лампой за ним изломился да часть бетонного поля собралась линзой. «Хорошо бы с Хрычом обстоятельнее потолковать об этом… заодно и о всем прочем». Он не знал, что Пец уже мертв.

Потом так же бездумно он направил цилиндр на трупик ласточки — и она будто встрепенулась. Что такое?.. Чуть крутнул рукояткой напряжение: трупик с раскинутыми крыльями уменьшился, сместился ближе… Миша еще чуть повернул регулятор. Трупик птицы еще съежился, чуть засветился малиново — и таким малиновым крестиком пополз к нему, когда он повел цилиндриком чуть вниз.

Суть предельно проста, вдруг понял Панкратов. Она даже не физическая — геометрическая. Да, НПВ в форме шара — маленького шарика, упрятанного в цилиндрик, — может содержать большие физические объемы с высокими К, но толку от этого чуть. Вон и над головой Шар — со вселенными. Но если шарик сей… да и любой — полями или как-то еще вытянуть в веретено (по ученому, в эллипсоид вращения), то он черт знает как далеко может протянуться. Если даже обыкновенный надувной взять, с молекулами воздуха, да расположить эти молекулы веретеном, в линию — и то хоть до Луны.