Константин Борисов - Идол темного мира

— Доктор, а почему вы… ну, как бы это… почему вы такого роста?

Доктор засмеялся.

— Видите ли, многие люди пугаются совершенства, — сказал он. — Я понял это, еще тогда когда был студентом. А если пациенты видят, что доктор, в общем, вполне хорош, но обладает каким-то недостатком — их доверие возрастает. Не любят у нас богов, вот в чем дело. Врач с безупречной внешностью большинству кажется шарлатаном. Поэтому я и не стал прибавлять себе роста, хотя, как вы понимаете, это дело несложное.

— Но ваши медицинские сестры безупречны… — начал было лорд Энтони.

— Женщины — совсем другое дело! — тут же перебил его доктор Жвачко — Большинство моих пациентов — именно дамы, и они сразу видят, чего могут ожидать в моей клинике. А ко мне они начинают испытывать легкую жалость… и это тоже помогает в работе. Понимаете, они думают, что я настолько поглощен счастьем других людей, что о собственной внешности мне просто некогда заботиться.

— Неплохо придумано, — одобрил рассуждения доктора лорд Энтони. — Вы хорошо разбираетесь в людях.

— Иначе я не был бы врачом, — пожал плечами доктор Жвачко.

В аэротакси на пути к отелю Клям болтал без умолку. Его распирало от счастья, и он не в состоянии был держать рот закрытым.

— Ты же просто не представляешь, Тони, какая это была для меня трагедия, когда пять лет назад я начал терять волосы! Мне ведь приходилось носить накладку, приклеивать ее к голове! А теперь! О, как все прекрасно! И, кстати, мои собственные волосы были далеко не такого красивого цвета. У меня был оттенок попроще, такой знаешь, в моховую зелень. А сейчас — ты только посмотри! Изумруд! Чистый изумруд! Да все мои родичи просто лопнут от зависти!

Лорд Энтони лишь молча улыбался в ответ на восторженные речи бывшего третьего помощника, внезапно вернувшего себе внешность подлинно благородного джентльмена планеты Храпуньи.

— Что ж, — произнес наконец сэр Макдональд, — теперь мне тем более интересно взглянуть на вашего чудодейственного идола. Сейчас заберем свои вещички в гостинице — и на космодром! Летим в твою звездную систему. Надеюсь, ты не передумал?

— Конечно, нет, — серьезно ответил Клям. — Я должен вернуть себе честь и славу, иначе как я посмотрю в глаза прекрасной леди Кате?

Лорд Энтони фыркнул, но ничего не сказал.

Но вот они наконец добрались до своего номера, и лорд принялся оглядываться по сторонам в поисках своей спортивной сумки и тех немногих вещей, которые в ней находились. Но сумка куда-то запропастилась. Не успел лорд Энтони осмыслить этот факт, как…

Дверца стенного шкафа бесшумно отъехала в сторону. В гостиную ступил дворецкий лорда Энтони Лорримэр, одетый в безупречную серую тройку. В руке Лорримэр держал трубку космического телефона.

— С вами желает поговорить ваша матушка, милорд…

Глава шестая

— Черт побери, Лорримэр! — яростно заорал сэр Макдональд. — Что ты делал в моем шкафу?!

— Чистил ваш дорожный костюм, милорд, — невозмутимо ответил дворецкий, протягивая трубку лорду Энтони.

Тот со вздохом приложил ее к уху.

— Да, мама, я тебя слушаю.

— Ты снова забыл поздороваться! — мгновенно вспылила леди Моника. — Куда девалось все твое воспитание?

— Добрый день, мама. Я тебя слушаю, мама. Как твое здоровье, мама? Что нового дома, мама? — на одном дыхании выпалил лорд Энтони.

Клям захихикал, но тут же умолк под суровым взглядом Лорримэра.

— Ты просто хулиган! — ответила леди Моника. — Но, заметь, я дала тебе время одуматься и отдохнуть несколько дней! Однако теперь пора говорить серьезно. Твой день рождения — через неделю, послезавтра начнут прибывать гости, и что я им скажу?

— Скажи, что меня нет дома, — посоветовал лорд Энтони. — Что я вышел погулять. Что я заболел бубонной чумой. Что я умер и похоронен в безымянной могиле в созвездии Фигус.

— О! — прорыдала леди Моника. — И это мой сын! В кого ты только таким уродился, негодяй! А как же леди Катя? Ты заставил бедную девушку страдать!

— Не думаю, — возразил лорд Энтони. — Если леди Катя и исстрадалась от чего-то, то только не от моего отсутствия.

Услышав имя далекой возлюбленной, Клям мгновенно насторожился и подкрался поближе к сэру Макдональду, не обращая внимания на угрожающие жесты Лорримэра.

— Леди Катя питает к тебе самые нежные чувства! — твердо заявила леди Моника.

— Вряд ли, — усмехнулся лорд Энтони. — Скорее это ты питаешь нежные чувства к ее состоянию. Как будто тебе мало нашего собственного!

— Да, кстати о состоянии, — мгновенно сменила тему леди Моника. — Мне не хватает денег, чтобы расплатиться с пиротехниками. Ты снова забыл перевести средства!

— Мама! — застонал сэр Макдональд. — Когда я уезжал, на хозяйственном счету было двадцать восемь миллионов кредитов! Куда ты их подевала?!

— Истратила на хозяйство, — твердо ответила леди Моника. — Можешь проверить, если подозреваешь родную мать в бессмысленном мотовстве.

— О! — только и смог выговорить лорд Энтони, и тут же отключил связь.

Поспешно схватившись за наручный комп он связался с Общегалактическим банком и быстро перевел на хозяйственный счет фамильного замка сразу пятьдесят миллионов кредитов. Затем нервно воскликнул:

— Все! Бежим отсюда, Клям! Скорее! — потом, словно вспомнив, окинул дворецкого мрачным взглядом: — Лорримэр, ты вернешься домой! Это приказ!

И, не желая выслушивать кучу возражений, схватил сумку, уже уложенную дворецким, и бегом умчался из номера. Обновленный Клям последовал за ним, спотыкаясь от торопливости.

Бурей они ворвались в звездолет, и лорд Энтони, еще даже не добежав до рубки, уже кричал во все горло:

— Удираем отсюда к чертовой бабушке! Я больше не желаю оставаться на этой планете! Ни единой минуты! Они меня достали!

Пилот, невесть когда успевший занять свое место, небрежно оглянулся через плечо, собираясь что-то сказать, но замер с открытым ртом, уставясь на Кляма, украшенного жесткой зеленой щеткой посреди сверкающей лысины.

— А… а… — только и смог произнести пилот.

Штурман, занимавшийся какими-то своими делами, уловил некую странность в голосе напарника, и тоже оглянулся. Но он опомнился куда быстрее и высказался от души:

— Ни хрена себе! Клям, бедняга! Кто тебя так отделал?

Клям с довольным видом выступил вперед и провел ладонью по зеленой щетке.

— Неплохо, да? — важно произнес он. — Дома все просто обалдеют!

— И не только дома, — кивнул пилот, снова отворачиваясь к пульту управления. — Думаю, тебе лучше не слишком светиться в других мирах. Можешь ослепить кого-нибудь своей изумрудной красотой.