Элеонора Мандалян - Сфинкс

- Словами "хоть завтра" я хотел подчеркнуть, что все зависит от тебя. Само собой разумеется, меня должна оперировать моя законная супруга. Тебе приятнее, и мне спокойнее...

...Шаги Гроссе гулко резонировали под сводами пустынного коридора, вплетаясь в удручающе-монотонное жужжание установок для кондиционирования воздуха.

Гроссе сдержал слово. Мэрия по всем правилам зарегистрировала их брак с Кларой. Свадебная "канитель" отняла несколько дней. За это время в Нижнюю клинику неожиданно доставили нового клиента, что было крайне некстати, так как грозило затянуть осуществление его собственных планов.

Новый больной лежал в постели. У его изголовья дремала сиделка. При появлении Гроссе она вскочила, вытянулась, повоенному четко доложила ситуацию:

- Состояние крайне тяжелое. Поддерживаем обезболивающими инъекциями и транквилизаторами. Только что уснул.

Гроссе подошел к постели, вгляделся в одутловатое желтосерое лицо спящего... и вдруг отпрянул.

- Прикажете разбудить? - осведомилась сиделка.

Гроссе ответил - Нет-нет! Ни в коем случае! Не сейчас.

...Стремительно влетел в кабинет. Крикнул в селектор: - Джека ко мне! Немедленно!

Сотрудник явился почти мгновенно.

- Что-нибудь случилось, шеф?

- Кто занимался вербовкой поступившего клиента? - ссе едва сдерживал гнев.

- Маклер за номером два, - не задумываясь, Джек.

- Привести его ко мне! - заорал Гроссе так, что Джек съежился и тенью скользнул за дверь.

Несколько минут спустя на пороге возник бледный перепуганный маклер № 2 - человек средних лет, среднего роста и неопределенной внешности.

- Садитесь, - холодно приказал Гроссе. - Рассказывайте о всех подробностях: где, как и когда вы заполучили вашего клиента?

Маклер затравленно молчал, собирался с мыслями, пытаясь понять, что ему угрожает.

- Я работаю, шеф, на отведенном мне участке в городе...

- Дальше!

- Два дня назад в мою контору обратился незнакомый человек с просьбой помочь тяжелобольному...

- Иными словами, не вы нашли клиента, как у нас положено, а клиент нашел вас. Поинтересовались ли вы, как он попал в вашу контору?

Вкрадчивый тон Гроссе не обманул маклера. Стараясь унять дрожь, он промямлил:

- Конечно, сэр. Он назвал фамилию одного из наших бывших клиентов.

- И что вы предприняли?

- Он умолял оказать помощь за любое вознаграждение. Больной был при смерти.

- Я спросил: что вы предприняли?

- Но, сэр... - маклер задыхался. - Если бы я выгнал его, он наверняка разгласил бы тайну, которую в случае оказания помощи обещал сохранить.

- Сколько?

- Что - сколько? - не понял тот.

- Я спрашиваю, сколько вам заплатили за предательство?

- Сэр?! Я никого не предавал! - Маклер чувствовал: Гроссе видит его насквозь. Возможно, даже читает в его бегающих глазах цифру полученного гонорара.

- И кто он, этот джентльмен?

- Крупный нефтепромышленник из Бразилии. Некто Борнель Олвуд.

Гроссе пододвинул маклеру чистый лист бумаги:

- Пишите: имя, фамилию, адрес, род деятельности человека, рекомендовавшего вас Олвуду.

Дрожащей рукой маклер взялся за ручку.

- Благодарю. Вы свободны.

Гроссе пробежал глазами корявые строки. Разгласителем тайны оказался... недавний клиент Р. О. Вспомнив их беседу, накануне операции, Гроссе скривил губы в зловещей усмешке, пробормотав не то с сожалением, не то с угрозой: "Идиот". Снова вызвал Джека.

- Слушайте меня внимательно. - Гроссе был мрачен, спокоен, уверен в себе. - Этого человека найти и ликвидировать. - Он протянул листок с координатами Р. О. - Срок - три дня.

Джек заглянул в листок, удивленно уставился на Гроссе.

- Это же наш клиент.

- Совершенно верно. Клиент, который нарушил договор... Повторяю: срок три дня. Маклера номер два убрать немедленно. Пусть окажет последнюю услугу клинике - пополнит наши запасы консервантов. Из-за его преступной халатности кое-кому удалось напасть на наш след... больше того, проникнуть в клинику. Да-да, я говорю о только что поступившем клиенте... Такой работник не может больше пользоваться моим доверием. А просто выгнать его, отпустить на все четыре стороны я, как вы понимаете, не могу. Ясно?

- Да, шеф.

- Ровно через... - Гроссе бросил взгляд на часы, - двадцать пять минут вам надлежит явиться в палату Олвуда. Пригласите сюда мисс... миссис Клару.

Гроссе метался по кабинету, нахмурив лоб, кусая губы. Обстоятельства сами диктовали единственно правильный выход из опасной ситуации. И все же его мучили сомнения... Судьба маклера его не тревожила, вовсе. С болтливым клиентом Р. О. потруднее - фигура заметная, влиятельная. Но и это не вывело бы Гроссе из равновесия. Как быть с тем, кто остался в лалате, - вот что терзало его.

...Клара давно стояла в дверях. Наконец он заметил ее.

- Надо приготовить аппарат для электрокардиограммы. Тот, что хранится у меня в сейфе. Войдешь в палату поступившего клиента через десять-пятнадцать минут после меня. "Кардиограмму" будешь снимать сама.

Вернувшись в палату Олвуда, Гроссе отпустил сиделку и занял ее место у изголовья больного. Мрачно вгляделся в сомкнутые набрякшие веки. Помедлил... тихо позвал:

- Эдмонд... Эдмонд!..

Больной открыл глаза. Его поначалу бессмысленный взгляд отразил удивление и... радость.

- Эрих?! Какими судьбами? А я так ждал тебя дома, когда валялся с приступами.

- Бывает и так: не я, так ты пожаловал ко мне.

- К тебе?! - Больной удивился еще больше. - Но насколько мне известно, мы находимся в другом городе, правда, не знаю, в каком именно. Столько всяких нелепых предосторожностей. Они бесконечно долго везли в закрытой санитарной машине. Думал, не выдержу, отдам богу душу.

- Да, мы действительно далеко от дома. Сюда я приезжаю два раза в месяц как консультант...

Лицо Брауна перекосила болезненная гримаса.

- Что такое? - В тоне Гроссе беспокойство, участие.

- Болит, проклятая. Сил моих нет.

- Потерпи еще денек. Я сам сделаю тебе операцию, выкарабкаешься.

- Ох, скорей бы...

- Кто привез тебя в нашу контору? - как бы между прочим осведомился Гроссе.

- Мой домашний врач.

- По чьей рекомендации?

- Одного старого приятеля. Он избавился здесь от болезни, признанной врачами неисцелимой.

- Кто такой? Не мой ли пациент?

- Извини, не могу назвать его имени. Он подписал какой-то контракт о соблюдении тайны.

- Понятно. Ну а Долли? Она в курсе?

- Нет, что ты! Разве можно женщинам доверять тайны?

- Отлично.

- Что "отлично"? - не понял Браун.

- Хочу сказать: что все будет отлично. Одного не могу понять: почему ты записан у нас под чужой фамилией?

- Мой друг посоветовал не называть себя. Заведение уж больно сомнительное, хоть и работают на совесть.