Евгений Коковин - Жили на свете ребята

Стал накрапывать дождь, рассыпая по реке множество серебристых, быстро исчезающих колечек. Мальчиков охватило полное уныние.

- Наверное, уже часов восемь есть, - сказал Кирилка. - Давай теперь настоящий шалаш строить. Может быть, дождь всю ночь будет.

Мальчики молча начали рубить ветки, то и дело с затаенной надеждой поглядывая на реку. А там, за рекой, в полукилометре заманчиво виднелся город - высокие дома, березовый бульвар, пароходы и слева - водная станция с четырехугольными башенками.

Шалаш вскоре был готов. Ребята забрались в него, но к этому времени дождь кончился.

Чтобы подбодрить Прохора, Кирилка сказал:

- Ничего. Небось капитану Безымянному хуже было.

Прохор невольно улыбнулся и согласился.

- Безымянному, ясно дело, хуже. Но и мне попадет. А тебе?

- Еще как! - признался Кирилка.

Мальчики сидели, жевали всухомятку булку и смотрели на притихшую реку.

- А что сейчас капитан Безымянный делает, как ты думаешь, Прохор? спросил Кирилка, стараясь отвлечь приятеля от горестных мыслей.

- Откуда я знаю, что он делает, - неохотно ответил Прохор.

- Безымянный охотится и рыбу ловит, - сказал Кирилка. - А у нас ни ружья, ни удочек нету. И лодки теперь нету. Вот если бы плот сколотить! Тогда и на ту сторону переправиться можно...

- А как его сколотить? - не очень уверенно, но не без надежды спросил Прохор.

- Скатить несколько бревен в воду и сколотить. Я читал книжку. Такой плот норвежцы сделали и через океан переплыли.

- А у нас гвоздей нету.

- Веревкой свяжем или прутьями, - сказал Кирилка. - Раньше даже лодки тонкими прутьями шили.

При этой мысли ребята воспрянули духом. Они начали отрывать из песка бревна. Долго и старательно работали они, пока отрыли одно толстое бревно. Но когда мальчики попытались скатить бревно по отлогому берегу к воде, то сразу же поняли, что это им не под силу. Прохор снова загрустил.

- Нужно поискать бревна потоньше, - сказал Кирилка, отирая со лба пот.

- А это бревно так и оставим? - спросил Прохор.

- Ты иди и поищи палку потолще. Палкой, как рычагом, может быть, и это бревно сдвинем. Оно устойчивое на воде будет. А по бокам к нему тонкие бревна привяжем.

Увлекшись сооружением плота, ребята совсем забыли о своем горе. А между тем уже наступила ночь. Она была светлая, как обычно летом на Севере. И только по розоватой полоске заката между тучами и горизонтом можно было догадаться об этом. Да и река притихла - не было видно на ней ни буксирных пароходов, ни катеров. Кирилка только подумал о наступлении ночи, но Прохору ничего не сказал.

Прохор где-то отыскал и с трудом притащил длинную жердь. Она была настолько велика, что ее пришлось перерубать. Из вершины жерди получился отличный аншпуг.

- Рычаг первого рода - сказал Кирилка подкладывая под жердь толстый обрубок дерева. Он вспомнил школу, уроки по физике Владимира Павловича. Сейчас, Прохор, мы проигрываем во времени, зато выигрываем в силе.

Но рычаг первого рода не помог. Бревно было тяжелое, и как мальчики ни старались, оно не сдвинулось с места.

Прохор опять приуныл.

- Никакой твой рычаг не помогает, - плаксиво сказал он, - а завтра в школу. Ох и попадет мне!

- Ладно, не хнычь! - рассердился Кирилка. - Сам виноват, оставил лодку и пошел чего-то исследовать. Давай спать, а завтра из других бревен плот свяжем.

Кирилка залез в шалаш и лег. Прохор посидел на бревне в одиночестве, потом тоже забрался в шалаш. Вскоре, утомленные, они уже крепко спали.

Первым проснулся Кирилка. Он не стал будить товарища, а вышел на берег и снова попробовал сдвинуть бревно. Но оно по-прежнему не поддавалось. Тогда Кирилка взял лопату и начал отрывать из песка бревна потоньше.

Когда поднялся Прохор, на воде уже плавали четыре бревна, связанные веревками.

Вдвоем они скатили с берега еще два бревна. Плот получился шаткий, ненадежный. Тогда Кирилка предложил два бревна положить сверху, вторым накатом. На верхних бревнах можно было даже сидеть, не рискуя вымокнуть в воде.

Тут ребята вспомнили о веслах. Надо же было чем-то грести. И они еще часа два обтесывали свой рычаг, превращая его в весло.

- Отплываем! - скомандовал Кирилка, отталкивая плот от берега. - А летом здесь можно бы долго прожить!

- А есть-то что бы мы стали? - возразил Прохор. - Сегодня еще школу пропустили. И лодку...

- Лодку поищем. Я тебе помогу, не бойся!

- Да, тебе хорошо говорить "не бойся". Лодка не наша, яхт-клубная, она дорогая.

Вода шла на прибыль. И, хотя течение было не сильным, плот заметно сносило вверх по реке.

- Это даже хорошо, - успокаивал Кирилка друга. - Мы пристанем не у водной станции, и никто нас не увидит.

Вдруг Кирилка вскочил. Плот качнулся, и Прохор, не удержавшись, беспомощно взмахнул руками и свалился в воду. Но он отлично плавал и быстро выбрался на плот. Он готов был броситься на Кирилку в драку, но тот не обращал на приятеля никакого внимания и только показывал на едва видимую песчаную отмель. Прохор взглянул в ту сторону, куда показывал Кирилка, и, к своему изумлению, увидел лодку, обмелевшую на песчаной косе. Это была их лодка!

Обрадованные ребята принялись усиленно грести, направляя плот к отмели. Они намучились, но когда подплыли к лодке, то нашли там и весла, и уключины. Прохор сразу подбодрился, хотя возвращение даже и без потери лодки ничего хорошего ему не предвещало.

Кирилка, конечно, тоже обрадовался лодке. Но в то же время ему жалко было бросать плот, на устройство которого они потратили столько трудов.

- Мы еще приедем сюда, сделаем плот и покатаемся! - сказал Кирилка, освобождая веревку от бревен. - А если бы лодку не нашли, то все равно переправились бы на ту сторону.

- На лодке лучше, - буркнул в ответ Прохор.

Не будем, описывать возвращение наших друзей домой. Подобные встречи провинившихся героев с родными, мы думаем, и без того хорошо знакомы читателям.

КАТЯ В БЕДЕ

Учебный год подходил к концу. Школьники с нетерпением ожидали каникул.

На улице было удивительно хорошо. Весеннее солнце и южные ветры высушили землю. Кое-где уже начинала проступать трава. На деревьях набухали почки. Воздух наполнялся свежими, волнующими и словно еще неведомыми запахами живительной весны.

Сидишь, сидишь за книгой и за тетрадкой, и вдруг нестерпимо захочется выбежать во двор, а еще лучше - на берег реки, посмотреть, как стремительное течение несет к морю обломки деревьев, щепу и клочья желтоватой ажурной пены.

После досадного происшествия на острове Кирилка больше не ездил на водную станцию и не встречался с Прохором. О найденной бутылке и о капитане Безымянном он уже начинал забывать. Сейчас Кирилка стоял на крыльце и размышлял: "Хорошо Андрейке, никаких забот, никаких уроков".