Айзек Азимов - Фонд и Империя

— Мне лучше было бы знать об этом, — Лэзэн Деверс уставился глазами в потолок. — А… Эта отполированная громадина, что захватила мою тачку… Ни у одного королевства Периферии таких нет. — Он нахмурил брови. — Начальник, что происходит? Или мне надо называть вас «Генерал»?

— Это война.

— Империя против Фонда, так?

— Все верно.

— Зачем?

— Я думаю, ты знаешь, зачем.

Торговец внимательно на них посмотрел и покачал головой. Риоз дал ему время подумать, а потом негромко повторил:

— Я уверен, что ты знаешь, зачем.

Лэзэн Деверс пробормотал:

— Ну и жара, и жара. — Встал и снял куртку. Потом снова сел и вытянул ноги. — Знаете, — сказал он успокаивающе, — мне кажется, вы думаете, что я должен прыгнуть и навалиться на вас. Я мог бы уложить вас на обе лопатки, вы бы не успели и глазом моргнуть. И этот старикан, что сидит здесь, как истукан, не помог бы вам.

— Но ты не сделаешь этого, — сказал Риоз уверенно.

— Не сделаю, — согласился дружелюбно Деверс. — Я ведь не остановлю войну, если вас убью. Там, откуда вы пришли, еще, должно быть, полно генералов.

— Все правильно рассчитано.

— Кроме того, меня бы тотчас же схватили, если бы я напал на вас. И быстро бы убили, а может быть, медленно. Но меня могли бы убить, а мне не нравится, когда появляется такая возможность. Это никогда не окупается.

— Я же сказал, что ты благоразумен.

— Но я хотел бы узнать одну вещь, начальник. Я хочу, чтобы вы сказали мне, что имеете в виду, когда говорите, что я знаю, почему вы нападаете на нас. Я не знаю. А играть в догадки меня бесконечно утомляет.

— Да? Ты никогда не слышал о Хэри Селдоне?

— Нет. Я сказал, что не люблю загадки.

Риоз искоса взглянул на Дасема Барра. Тот любезно улыбнулся в ответ и снова погрузился в задумчивость.

Риоз сказал с гримасой:

— Это ты не играй в игры, Деверс. О вашем Фонде ходят истории или басни, или сказки, мне все равно, — что вы собираетесь установить Вторую Империю. Я знаком со всей этой психоисторической болтовней Хэри Селдона и знаю ваши планы агрессии против Империи.

— Что? — Деверс задумчиво покачал головой. — И кто вам сказал все это?

— Какая разница? — сказал Риоз с опасным спокойствием. — Ты здесь не для того, чтобы задавать вопросы. Расскажи, что ты знаешь о баснях Селдона.

— Но если это всего лишь басни…

— Не играй словами, Деверс.

— Я не играю. Я, правда, ничего не скрываю. Вы знаете все, что и я знаю об этом. Это глупости. В каждом мире свои небылицы, и от людей их не скрыть. Да, я слышал такие разговоры: Селдон, Вторая Империя и тому подобное. Но это колыбельные сказки для детей. Детвора бредит триллерами Селдона. Это — не для взрослых. — Торговец снова покачал головой.

Глаза Генерала Империи потемнели от гнева:

— Что ты плетешь? Ты уже запутался в своей лжи! Я был на Терминусе и уж знаю твой Фонд. Я смотрел ему в глаза.

— Тогда зачем меня спрашивать? Я там не задерживался больше чем на два месяца последние десять лет. Вы только теряете время. Но можете продолжать свою войну, если вы руководствуетесь баснями.

Вдруг Барр внезапно прервал свое молчание и мягко спросил:

— Значит, вы уверены, что Фонд победит?

Торговец повернулся к нему. Он слегка покраснел, а его старый шрам на виске побледнел:

— Хм… молчаливый собеседник. Из чего это вы сделали такой вывод?

Риоз незаметно кивнул Барру, и Патриций продолжил глухим голосом:

— Если бы вы думали, что ваш мир проиграет войну и будет в роли поверженного, вы бы беспокоились больше. Я знаю, потому что мой мир уже однажды проиграл.

Лэзэн Деверс почесал бороду, перевел взгляд с одного оппонента на другого и коротко рассмеялся:

— Он всегда так разговаривает, начальник? Послушайте, — сказал он уже серьезно, — какое поражение? Я видел войны и видел поражения. Ну и что, если кто-то побеждает? Кому какое дело? Что мне толку от этого? Или таким, как я?.. — Он насмешливо покачал головой.

— Слушайте. — Торговец заговорил громко и, казалось, искренне: — Если пять-шесть жлобов с какой-угодно планеты получают пинок под зад, мне нечего терять присутствие духа из-за этого. Поймите! Обычным людям до этого нет никакого дела. Некоторых убивают, другие платят дополнительные налоги какое-то время, но потом все входит в свое русло. Потом это все может повториться, но уже с другими пятью-шестью.

Дасем Барр раздул ноздри, сухожилия на его руках заиграли, но он ничего не ответил.

Глаза Лэзэна упрямо смотрели на Патриция. Он продолжал:

— Я провожу свою жизнь в космосе и получаю за это пятицентовый кренделек с пивом от Синдиката. А дома сидят толстяки, — он показал большим пальцем назад, — и протирают штаны, но их ежеминутный заработок больше, чем мой годовой. Такие как я нужны любому, кто бы этим Фондом не управлял. Хоть бы и вы. Вы нуждались бы в нас больше, чем даже Синдикат. Потому что мы знаем, как все делается, и умеем зарабатывать деньги. Мы бы лучше заключили сделку с Империей. Мы — люди деловые. Если это улучшит ситуацию, я — за.

Он воинственно посмотрел на своих пленителей. Несколько минут стояла тишина. Затем снова информационная пластинка, вложенная в цилиндр, зашуршала на устройстве. Генерал открыл его, посмотрел на аккуратный шрифт и вставил в аппарат перфокарту с ответом: «Подготовьте карту с указанием местонахождения каждого корабля. Ждите дальнейших распоряжений по организации обороны».

Он потянулся за своим плащом. Набросил его на плечи и, застегнув, прошептал Барру:

— Я оставляю этого человека на вашу ответственность. Я буду ждать результатов. Это война, и я могу быть жестоким. Помните. — Он вышел, отдав честь обоим.

Лэзэн Деверс посмотрел ему вслед:

— Да, что-то задело его за живое. Что же происходит?

— Битва, конечно, — сказал Барр угрюмо. — Силы Фонда вступают в первый бой. Лучше уйти отсюда.

В комнату вошли вооруженные солдаты. Они держались почтительно, но лица их были твердыми. Гордый сайвеннский старик встал и пошел к выходу. Деверс последовал за ним.

Комната, куда их привели, была маленькой. В ней стояли две кровати, монитор, еще были душ и санузел. Солдаты вышли, и дверь глухо захлопнулась за ними.

— Хм! — Деверс неодобрительно посмотрел вокруг. — Выглядит весьма основательно.

— Да, — коротко ответил Барр и повернулся спиной.

Торговец раздраженно спросил:

— Что за игры?

— Это не игры. Ты оставлен на мое попечение, вот и все.

Торговец встал и подошел к неподвижному Патрицию:

— Да? Но тебя привели в этот склеп точно так, как меня — под ружьем. Послушай, ведь ты просто закипал, когда слушал мою болтовню о войне и мире.