Кристофер Раули - Боевая форма

– Видите ли, мы не могли допустить убийства, – тихо, но высокопарно сказал один из незнакомцев. Он изучал Карни пронзительным взглядом и, казалось, видел его насквозь. – Но как бы то ни было, мы не собираемся позволить вам транспортировать ваш груз дальше. Поэтому, если вы окажете нам содействие и скажете, где его спрятали, мы всего лишь уничтожим его и отпустим вас на все четыре стороны.

Карни закашлялся, а потом вдруг вспылил:

– Ну да, конечно. Говори-говори, парень. Уничтожить! Да он тебе самому нужен! Признайся! Вор у вора дубинку украл!

Пожилой с отметинами продленной жизни снова улыбнулся:

– Боюсь, Себастьян, наш друг не особенно жаждет помочь нам.

Юноша, до этого занятый осмотром «ходунка», обернулся.

Лицо его выражало крайнее недружелюбие.

– Вам известно, что нахождение такой машины здесь, в планетарной лесной зоне, противозаконно?

– Что? – переспросил Карни.

– Наша прямая обязанность – немедленно убедиться в том, что эта машина деактивирована. Довольно наносить урон экосистеме. Поэтому я сейчас сотру все файлы, перепишу информацию на диск, а вездеход пусть себе остается здесь. Надеюсь, проводники-рейнджеры придумают, что с ней сделать.

У Карни вырвался стон:

– Нет, дружище, только не это! Вы меня погубите. Мне ведь нужно добраться до Болдовера.

– Неужели до Болдовера? Смотрите-ка, еще один наркочеловек из Болдовера. Нет, ребята, вы совсем распоясались.

– А где нам еще заработать себе на жизнь? – проговорил в свою защиту Карни.

Стоящая рядом девушка брезгливо поморщилась:

– И это вы называете жизнью – уколоться и вырубиться?

– А ты, подруга, молчи, видать, сама никогда не пробовала. Вот разок попробуешь сама – посмотрим, как ты тогда запоешь.

– Нет уж, спасибо, – отрезала девушка. – Мой брат занимается этим на всю катушку, можно сказать, выполняет план за двоих. Видели бы вы, в кого он превратился, – не человек, а сплошное гнилье.

Карни пренебрежительно фыркнул и отвернулся. Слишком много развелось спасителей человечества – а кто их сюда звал? Тот, кого звали Себастьян, и второй, китаец, как раз собирались стереть управляющие программы «ходунка». А без них бесполезно и пытаться преодолеть десять километров горной лесной чащобы, не говоря уже о двухстах с хвостиком километрах, оставшихся до Болдовера.

– Погодите! А если я вам скажу, где тайник? Себастьян обернулся, широко улыбаясь:

– Ну, тогда другое дело. Готовый к сотрудничеству сталкер-коробейник... В этом случае нам будет проще забыть о своем намерении оставить здесь эту машину.

Через несколько минут, охваченный невыразимым отчаянием, Карни наблюдал за тем, как проклятые спасители открыли тайники в стенках «ходунка» и вытащили наружу несколько толстых пластиковых пакетиков – шестидесятипроцентный раствор жидкого «тропика-45».

Тем временем девушка вместе с «моложавым старичком» готовили хворост для костра. Полив его какой-то легковоспламеняющейся жидкостью, они положили на него пластиковые мешочки и подожгли хворост.

Потухшим взором Карни смотрел, как на ветках заплясали огоньки. Несколько мгновений – и костер ярко запылал. Пакетики расплавились, и из них брызнула жидкость, на которую с жадностью набросились языки пламени. От горящего наркотика шел противный запах, от него першило в горле и тянуло на рвоту. Что он скажет Крутым Братцам в свое оправдание? От костра повалили клубы дыма. Компания экологов отстала и занялась Ягу. Его привели в чувство и тоже отпустили на все четыре стороны.

– На вашем месте, – сказал Уоксу «моложавый», – я бы немедленно уносил отсюда ноги и постарался никогда больше не попадаться нам на глаза.

Светловолосый юноша, к удивлению Карни, даже вернул ему «магнум» – правда, предварительно вынул из него патроны.

Затем «коричневые» растворились в гуще леса, оставив за спиной неудачливого сталкера, потухший костер и «ходунок» с полными баками горючего.

6

Результаты обследования небольшого образца, взятого с поверхности серебристой тыквы, имевшей около двух метров в поперечнике, были выведены на главный дисплей компьютера. Перед ним в полном составе собрались и Ксермины, и Бешваны. Всем хотелось узнать, что представляет собой предмет, который медленно проплывал на фоне усыпанной звездами бездны.

Материал поверхности оказался удивительно твердым и прочным. Роботу-«ползунку» удалось добыть буквально несколько молекул, хотя он и работал самым твердым резцом.

На основании этих крохотных вещественных доказательств искусственный интеллект компьютера сделал вывод, что поверхность находки представляет собой неизвестный вид керамики, возможно, поликерамики с двенадцатиугольной матрицей. Молекулы образовывали идеальную решетку, но под давлением как бы наезжали друг на друга. Поэтому-то на поверхность тыквы (как – уже привычно – называли они неизвестный предмет) невозможно было нанести даже царапину.

Роджер Ксермин пожал плечами:

– Мне кажется, еще рано делать окончательные выводы. Мы пока располагаем слишком скудной информацией, поэтому трудно сказать, что нам дальше делать с находкой.

Старшие Бешваны были перепуганы до смерти. В блеске таинственной находки им чудилось что-то зловещее.

– Но как этот предмет оказался здесь? – удивилась Панди. – Каким чудом его занесло сюда, в пояс астероидов? Ведь эта тыква явно искусственного происхождения, в здешней звездной системе, насколько мне известно, никогда не было технически развитой цивилизации.

– А он не из этой системы, Панди. Он явно откуда-то извне, – ответила ее мать, еще крепче обхватив себя за плечи.

– Тогда ему пришлось как следует потрудиться, чтобы добраться сюда, – хихикнула Салли Ксермин.

Прамод Бешван продолжал озабоченно хмуриться. Его сердце чуяло недоброе.

– Неужели, Роджер, ты никак не поймешь, что это тот самый случай, о которых говорится в Запретительном кодексе. Кто знает, может, это что-то вроде бомбы, ведь у той штуки нет ни дверей, ни каких бы то ни было отверстий. А вдруг, если нам вздумается проникнуть внутрь, она возьмет и взорвется!

Ксермин пожал плечами:

– Мне пока не совсем ясно, как нам вообще удастся вскрыть эту штуковину. Может, это монолит. Тебе не приходила в голову такая мысль?

Бешван промолчал.

– Ну, вообще-то, вряд ли это монолит, – продолжал Роджер. – Нет, скорее всего, это и не бомба – уж слишком она симпатичная.

– Слишком симпатичная? – возмутился Прамод. Авантюра была ему явно не по душе. Он нутром чуял, что эта чертова штуковина сулит им одни неприятности. – Роджер, мы обязаны сообщить властям о нашей находке. Этого, между прочим, требует кодекс.