Монстры с Марса - Эдмонд Мур Гамильтон
Внезапно над ними появился свет, и Рэндалл крепче сжал рычаг. Они поднимались вверх по расширенному туннелю на максимальной скорости, и теперь, когда туннель изогнулся, тот стал ощутимее, и вот они оказались в тусклом солнечном свете марсианского дня.
По багровым джунглям возбуждённо сновали марсиане, и машины-сороконожки прокладывали себе путь по туннелям в мир червей внизу.
Рэндалл и Ланьё, затаив дыхание, низко пригнулись, сидя в рубке управления с прозрачными стенами, посылаясвой механизм мчаться через эту сцену бурной деятельности. Оба ахнули, когда одна из машин-сороконожек столкнулась с их машиной, проходя мимо, и её марсианский водитель повернулся, чтобы посмотреть им вслед. Но тревоги не последовало, и вскоре, выбравшись из роя марсиан и машин, они направились через джунгли в сторону города.
Они мчались сквозь странную красную растительность. Рэндалл держал максимальную скорость, и через несколько минут они выехали из джунглей и помчались по чистому пространству между ними и огромным каналом, за которым в слабом солнечном свете вырисовывались нагромождения конусов могучего марсианского города, где два возвышались над всеми остальными – конус Марсианского Владыки и другой конус, с передатчиком и приёмником материи.
Именно на последний и показал Ланьё.
– Направляйся прямо к нему, Рэндалл – у нас осталось всего несколько минут.
Они промчались вверх по огромной арке металлического моста через канал, а затем плавно съехали с него и понеслись по широкой металлической дороге, что миновали в темноте несколько часов назад. На ней в огромном количестве появлялись и исчезали марсиане и машины-сороконожки, но никто не заметил двух человеческих фигур, низко склонившихся в рубке управления.
Они устремились к маячащему конусу Марсианского Владыки. Когда они проносились мимо него, Рэндалл увидел, как изменилось лицо Ланьё, и понял желание, терзавшее того так же, как и его самого, – ворваться внутрь и выяснить, находится ли Милтон всё ещё в лаборатории, откуда они сбежали. Но они уже миновали этот конус и мчались через марсианский город на бешеной скорости к другому могучему конусу.
Казалось, что все в великом городе двигались в одном и том же направлении, и потоки марсиан-крокодилов и массы сверкающих машин-сороконожек заполнили все улицы. Приблизившись к могучему сооружению, с колотящимисясердцами, они увидели, что вокруг него собралась огромная масса марсиан – полчища, ожидающие, когда их с помощью передатчика материи выпустят на ничего не подозревающую Землю.
– Попробуй загнать машину внутрь, – напряжённо прошептал Ланьё.
– Если мы сможем разбить этот передатчик… – мрачно кивнул Рэндалл. – Держи наготове лучевую трубку.
Как можно незаметнее он направил длинный механизм сквозь огромную толпу машин и марсиан к вратам большого конуса. Стрелки их часов быстро приближались к двенадцати. Наконец им удалось пройти через мощные ворота внутрь.
Они медленно продвигались сквозь массу машин и крокодильих фигур, а затем остановились. В центре огромного зала был прочерчен чёткий круг диаметром в сотни футов, и когда Рэндалл посмотрел на него, его сердце, казалось, подпрыгнуло, а затем остановилось.
В круге возвышались две кубические металлические камеры передатчика и приёмника материи. Они увидели, что передающая камера была наполнена жужжащим звуком и изнутри лился белый свет. Она уже была приведена в действие, и массы марсиан в большом конусе только и ждали момента, когда она зазвенит и приёмник на Земле тоже заработает. Глаза всех присутствующих были обращены к циферблатному механизму, расположенному рядом с камерами, похожему на часы. Его звук ознаменовал бы момент, когда первый марсианин может войти в передающую камеру и вспыхнуть.
Немного поодаль от двух металлических камер на низком возвышении восседала отвратительная трехтуловищная фигура Марсианского Владыки. Вокруг него собрались члены его Совета, ожидая, как и он, начала их запланированного вторжения на Землю. А рядом с возвышением между двумя охранниками-крокодилами стояла знакомая фигура, при виде неё Рэндалл забыл обо всём остальном.
– Милтон! Боже мой, Ланьё, это Милтон! Они привели его сюда, чтобы пытать или убить, если обнаружат, что он солгал о том моменте, когда они могли бы перенестись на Землю!
При виде Милтона в голове Рэндалла что-то щёлкнуло.
Одним движением рычага он отправил машину-сороконожку в центр могучего конуса к возвышению, где восседал Марсианский Владыка. Дикий рёв и шипение вырвались из тысяч глоток. Он увидел, как крокодилоподобные фигуры разбежались в стороны, а затем, когда лучи его трубки, вырвавшись наружу, закружились и вонзились в безумные фигуры марсиан, увидел, что Милтон что-то ему кричит. Двое охранников, растерявшись, ослабили хватку.
По залу разнёсся громкий клич Марсианского Владыки, и в ответ раздался оглушительный рёв шипящих голосов, и марсиане и машины бешено устремились к ним. Рэндалл и Ланьё одним прыжком выскочили из машины – сороконожки и в одно мгновение схватили Милтона и потащили за собой к краю гудящей передающей камеры.
Милтон хрипло кричал им, перекрывая дикий шум: войти в передающую камеру до назначенного момента означало их уничтожение, они вспыхнули бы и исчезли, не принятые приёмником на Земле. Земляне, стоя перед камерой, повернулись и изо всех сил ударили по первым марсианам, бросившимся к ним. Те не стреляли, потому что выпущенный луч разрушил бы камеру, являвшуюся для них единственными воротами в мир, куда они намеревались вторгнуться. Но когда снова раздался высокий шипящий голос Марсианского Владыки, все бесчисленные крокодильи создания в огромном конусе устремились к землянам.
Стоя на самом краю гудящего, наполненного светом зала, Рэндалл, Ланьё и Милтон бешено отражали атаки марсиан, набросившихся на них. Рэндаллу казалось, что всё это происходит во сне. Сразу несколько когтистых лап вцепились в него, и их чешуйчатые тела падали под его жестокими ударами.
Весь огромный конус и надвигающиеся полчища рептилоидов, казалось, завращались вокруг него со всё возрастающей скоростью, удары его кулаков становились всё слабее. Он увидел крокодильи фигуры, роившиеся по обе стороны от него, увидел опустившегося на колени Ланьё, и тянущиеся к нему когтистые лапы. Милтон бился, как безумный. Ещё один миг – и всё закончилось бы: когти рептилоидов утащили бы его, но Милтон рывком поднял Ланьё на ноги. Прозвучал призыв Марсианского Владыки, раздался сильный грохот, марсианские полчища неподвижно застыли, и тут до Рэндалла донёсся голос Милтона:
– Рэндалл – передатчик!
В тот же миг Милтон отпрыгнул назад вместе с Ланьё, и когда Рэндалл из последних сил бросился вместе с ними в гудящий яркий свет передающей камеры, послышался последний исступлённый рёв и шипящие
