Анамнез - Мария Карташева

– Вы не против? Я распорядился, чтобы они ехали. Происшествий не было, а устали ребята сильно, двое суток здесь сидели.

– Конечно. – покивал Ши Дза. – Вы тоже можете ехать, а когда нас нужно будет забрать, я сообщу.

– Нет. Начальство обязало меня вас ждать. – сказал водитель.

– Это совершенно бессмысленная трата времени. – пожал плечами Ши Дза и пошёл к багажнику, чтобы забрать свой рюкзак.

Лилинг с Костей рассматривали окрестности и весело болтали. Вскоре все трое, взяв свой багаж, направились по тропинке за холм, где располагалась лаборатория. И хотя ребята не знали, куда идти, им специально для этого выдали навигатор с точными координатами. Когда же учёные добрались до места, то увидели перед собой небольшой домик, который скорее смахивал на деревенскую лачугу, чем на лабораторию.

– Это чё? – спросил Костя.

– Судя по навигатору это и есть наша лаборатория.

– А, ну тогда у моей бабушки в деревне тоже лаборатория. Ну хотя да, она ж там забористый самогон варит. – заметил Костя со скептическим выражением на лице.

– Столько рассказов про этот самогон! – нелепо всплеснул руками Ши Дза. – Хоть бы раз привёз попробовать!

– Ага, чтобы меня потом ваша компартия подвесила за причинные места и сказала, что я провёз биологическое оружие на просторы вашей любимой страны. Шиза поехали к нам в деревню, там отведёшь душу. – проникновенно закончил свой монолог Костя.

– Куда отведу душу? – Ши Дза нахмурил брови.

– Ну, это смотря сколько сможешь осилить бабкиного нектара. Но судя по тому, что в отношении самогона ты девственник, то максимум куда ты сможешь отвести душу – это к туалету! – развёл руками Костя.

У Кости с самого утра было какое-то нехорошее предчувствие и ему не хотелось никуда ехать. Не нравилось молодому человеку, что его вот так в один момент выдернули из привычного ритма. Но что поделаешь, отказать он не мог, его бы просто не поняли. Да и Лилинг отпускать одну он тоже не хотел, тем более что всё-таки поездка на море теперь ему точно улыбалась. Костя усмехнулся и подумал, что выражение «поездка на море улыбалась», точно бы поставила Шизу в тупик.

– Надо надеть защиту. – сказал Ши Дза.

– Думаешь? – Костя подумал, что совсем не хочет влезать в этот жаркий презерватив, как он называл специальный защитный костюм.

– Я в этом уверен. Генерал Веньянь, по словам отца, очень нервничал, хотя до этого дня папа был уверен, что у генерала напрочь отсутствует любая эмоциональность. Не говоря о нервозности.

Облачившись в надёжный барьер, предохраняющий от не видимых взгляду монстров, небольшая экспедиция вошла внутрь.

Изнутри дом был похож на дом. В спальне, ванной и туалете был образцовый порядок. Смущала только небольшая кухня, где на плите стояло покрывшееся плесенью варево, а на дощечке рядом валялись высохшие остатки овощей.

Ши Дза открыл стенной шкаф, нажал несколько кнопок и в сторону отъехала дверца, включилось освещение, и ребята увидели лестницу вниз. Спустившись по ней, они обнаружили довольно большое помещение. Здесь стояло самое современное оборудование, которому могла бы позавидовать даже их лаборатория, считавшаяся одной из лучших в Пекине.

Лилинг оглянулась и увидела, что сбоку есть ещё одна дверь.

– Ши Дза, смотри! – она указала на находку.

– Здесь нужно ввести код. – мужчина глянул на экран смартфона и быстро нажал несколько цифр.

Лампочки в коридоре за этой дверью загорелись не сразу. Свет нервно икнул, погас, завертелись расположенные на стенах жёлтые круги сигнальных огней, и оглушительно завыла сирена. Ши Дза осел назад, быстро захлопнул дверь и обернулся на Костю и Лилинг, смотря на них расширенными от ужаса глазами.

Санкт-Петербург, 04 декабря 2019 года

Декабрь пробовал хрустеть ночными морозами, грозно тряс ветви деревьев ветрами и лил холодную воду дождей с неба. Никита вышел из дома, постоял несколько секунд в подъезде и вздохнув вышел на улицу.

Такое привычное мрачное утро, медленно перетекающее в тягучий день, после которого всегда наступает постылый вечер. Примерно так видел свою жизнь Никита. К тридцати годам он был не более чем участковый врач, ночами подрабатывал на «скорой» и делал всё, чтобы как можно меньше находиться дома. Потому что с раннего утра на его нервах играла жена, днём радости не добавляли звонки недовольной и тяжелобольной сестры, а вечером наступало время тёщи.

В куртке тонко запищал телефон, прервав цепь тяжёлых переживаний мужчины.

– Да.

– Подольников, привет! – послышался густой бас заведующего станцией «скорой» помощи. – У меня ставка освободилась, ты просил сказать.

– Супер! Ну что, возьмёте меня на полную смену? – Никите даже показалось, что на улице стало светлее и теплее.

Он давно хотел перейти в «скорую» на постоянку. В первую очередь потому что тогда он мог официально появляться дома как можно реже.

Никита быстро дошёл до поликлиники, поздоровался с усталой санитаркой и побежал к начальству.

– Здравствуйте, Милена Павловна. – он вошёл в кабинет, который занимала дама обширных размеров.

Здесь с самого утра витал аромат хорошего кофе и крепкого табака.

– Чего тебе Никита? – спросила женщина, не отрывая взгляда от монитора. – Кофе налей себе, только заварила.

– Спасибо. Да я, собственно, хотел заявление на увольнение написать. – Помялся с ноги на ногу Никита.

Милена вздохнула, оторвалась наконец от своих дел и задумчиво почесала бровь.

– То есть без ножа меня режешь? – она вперила в него тяжёлый взгляд. – У меня и так в ставках дыры зияют. Я что, плохие условия вам всем создала?

Монолог Милены о собственной значимости продолжался минут пять, а Никита пока думал о том, что это последняя преграда перед тем, как он наконец уйдёт и навсегда закроет дверь кабинета, который уже ненавидел.

Никита родился и вырос в городе на Неве. Родители умерли достаточно рано, сестре к тому времени было уже за тридцать, а Никита только окончил школу. Не зная, как устроен мир, молодой человек вдруг резко стал предоставлен самому себе. Раньше мама с папой объясняли ему что-то про жизнь, но он больше был увлечён приключенческими романами, а здесь сразу пришлось думать. Сначала о том, как поддержать мать, которая тяжело заболела после смерти отца. А потом и сестру, которая, в свою очередь, слегла после смерти матери. Последние десять лет Никиты прошли в каком-то зловонии постоянных неприятностей, и мужчина порой даже сам недоумевал, когда он успел жениться.

На очередной приём к нему пришла хохочущая девушка, и буквально через месяц он вместе с ней уже жил в квартире своей бабушки в качестве молодожёнов. Потом из деревни переехала мама Наташи, чтобы помогать по хозяйству и с тех пор стало как-то особенно тошно.

– Подольников, ты вообще меня слушал? – вдруг прорезался в его воспоминания голос начальницы.

– Нет. – честно признался он и положил заявление на стол.

Никите стало немного