Космос многолик или Несущие удачу - Svetlana

ключом каюту в которой было свалено изъятое у аборигенов оружие. — Где среди этого дерьма, имменс?

— А ты угадай, — ухмыльнулся Летински.

Фабио скользнул взглядом по груде допотопного железного «оружия»: кривые мечи, лук, копья, огромные и какие-то неровно сделанные кинжалы, широкие лезвия напоминающие ножи мясника. Всё это было обильно сдобрено уже засохшей кровью.

— Почистить не могли? — брезгливо осведомился бывший командир десантного отряда пристально рассматривая кучу изъятого у дружественных аборигенов.

Летински начал насвистывать песню бравых космопроходчиков.

Фабио продолжал всматриваться в грубые, изготовленные в некой допотопной кузнице колюще-режущие инструменты.

Ножи, мечи, кинжалы были выполнены не слишком ровно, криво и столь убого, как это бывает обычно в самом начале зарождения кузнечного дела.

В железной куче мелькнул голубоватый оттенок другого сплава.

Фабио хмыкнул и отбросив в сторону парочку загораживающих проход железяк извлёк искомое.

— Мачете! Как ты догадался?

— Еще когда размахивал им в чёртовом тумане, — пожал широкими плечами капитан. — Сообразить легко, когда движешься и рубишь. Мачете могли изготовить только на Земле.

— Угу. — Фабио разглядывал широкую рукоятку, несколько увеличенную по сравнению с обычной и крошечную почти незаметную глазу шкалу с цифрами и скользящей стрелкой. — Стилизовано под местное оружие. В случае пропажи, туземцы не уничтожат его, как нечто непонятное, а будут беречь. Ну разумеется. Сколько он там стоит? Два миллиона галлактических баксов? Даже ты капитан не устоял. Что знают твои орлы?

— Ничего. После продажи я бы выдал им премиальные от руководства патрульной службы. За то, что парни рисковали своими шкурами ради груды костей и прибора, стоимость, которого выше ценности человеческой жизни.

— Вот только давай без этой патетики. Сделаем так. Ты нашёл этот прибор. Оторвал меня от дел и торжественно вручил находку. Так будет в отчёте. Завтра ты спишь и приходишь в себя. Даю пару дней отгула. Отложим визит в комиссию по контактам. А то еще ляпнешь там не то. Черт. Ну как же хорошо спрятал-то. Обыскивали всё, что могли. Только эту кучу не рассматривали пристально. Прячь дерево в лесу. Как-то так, а?

— Просто они не знали, что прибор стилизован под оружие.

— Кроме меробианцев, — подсказал Фабио. — Поэтому ты и не стал останавливаться для досмотра. А на Земле… На что ты надеялся Летински? Что два миллиона баксов хватит не только на премиальные, но и на подкуп нужных людей?

— Не знаю, — усмехнулся капитан. — На шальную удачу. Наверное.

— В этот раз, она тебя подвела, — заметил Фабио тщательно упаковывая мачете в непроницаемую тару.

— Ну, это с какой стороны посмотреть. Может удача как раз в том, что ты вовремя изъял этот чертов прибор. Кто знает, какие проблемы он мог создать в дальнейшем.

— Да ты, философ Летински.

— Сорок часов работы. И ледяные поля.

Они уже вышли из патрульного крейсера и теперь стояли рядом с ним.

Над головой скользнула тень корабля идущего на посадку.

— Я верю в свою удачу, — неожиданно произнёс капитан. — Это… знаешь ли, для меня, вроде как богиня. А богиня всегда права. Подбросишь до отеля, Фабио?

* * *

Сигнал фона прозвучал когда Летински уже был в номере. Звонил бывший однокурсник Эд Стенли. Можно даже сказать — почти друг. Эд не одобрял клубы в которых частенько бывал капитан и его ночной образ жизни. Летински же общаяясь с интеллигентным мечтателем чувствовал как сам становился лучше. Как-то чище — что ли.

— Тэн, — жалко и потерянно произнёс Эдуард. — Допустимо ли одеть на первое свидание костюм-тройку?

— Вы идёте в театр? — капитан растелил кровать и мечтал сейчас только об одном — притулить тяжёлую голову на подушку.

— Мы идем в кафе, — гордо провозгласил Эд.

— Одень что-нибудь попроще. Например, рубашку и джинсы.

— У меня нет подходящих, — вздохнул Эд. — Ничего нет. Абсолютно.

Летински тоскливо посмотрел на манящую, уютную кровать.

— Ладно, разберёмся. Сейчас буду.

От его отеля до квартала в котором проживал приятель было десять минут полёта на маршрутном флайере.

* * *

— Ты рехнулся? — Летински достал из груды вещей футболку с рисунком известного комикса. — Вполне приличная вещь.

— Что? Эта детская картинка?

— Нормальный лейбл. — Летински устал разбирать вещи и опустился на софу. — Опиши мне свою даму. Что она любит, во что одета. Как выглядит.

— Она? — Эд вздохнул и произнес. — Обворожительна.

— А подробнее?

Его друг пожал плечами. — Это мадонна.

— Ясно. Тогда посуди сам, зачем ей встреча с тобой?

Эд задумался. — А ведь действительно. Зачем?

В конечном итоге капитану удалось его убедить в том, что раз девица не обращала на него внимания на курсе, а теперь сама назначила встречу, то это не романтичное свидание, а деловое. Поэтому с выбором одежды можно особо не заморачиваться.

— А книга? — вдруг вспомнил Эдуард. — Мне дают единственный, уникальный экземпляр. Только сегодня. И я уже не успеваю.

* * *

Имменс(*) — очень ценный прибор предназначенный для измерения частот планеты.

Гип296(**) — гипердвигатель последнего поколения.

«Отпуск на Плутоне»(***) — Плутон был известен своей тюрьмой и жесткими условиями для заключённых.

* * *

Книга и джин

25 век. Земля. Институт изучения хронодинамики космоса.

* * *

Эдуард сделал еще один завиток на последнем числовом коэффициенте и вновь с удовольствием взглянул на листок бумаги. Надпись была красивой. Даже не так. Она выглядела изящно.

— Ну, и что тут у нас, — в лабораторию, важно и неторопливо вошёл заведующий отделом квантовых исследований хронодинамики пространства.

Недавно в обширный отдел занимающий пять зданий из комплекса академгородка приняли молодого специалиста. Приняли его пока на должность младшего лаборанта пообещав блестящую карьеру на поприще науки и не менее блестящее будущее препоручили для началв несложные расчеты имеющие отношение к новому проекту.

На взгляд самого сотрудника начинание было провальным. Несмотря на название.

А название виднеющегося впереди очередного «рубикона» который еще только предстояло покорить, выглядело глубокомысленным и многообещающим. «Результаты исследования многовариантной линии жизни квантовой дисклюзии».

— Что это? — потерянно пролепетал Влад Игоревич, обозревая пространство лаборатории.

Еще вчера заставленное суперсовременным оборудованием и приборами помещение теперь имело поистине странный вид.

Все компьютеры и аппаратура были сдвинуты,