Шиша. Изгоняющие бесов - Полина Луговцова

раскинулись зеленые просторы. Илья и Лукерья отправились прогуляться вместе с Громом, чтобы навсегда отпустить душу деда Ерофея.

Стас и Роман заговорили между собой о каких-то автомобильных проблемах, а затем вышли из машины и зачем-то полезли под капот. Аглая с Диной остались одни в салоне, и Аглая, воспользовавшись моментом, набрала побольше воздуха в легкие, чтобы на одном дыхании выпалить слова, которые давно держала наготове. Ей казалось, что они, невысказанные, душили ее. Она хотела сказать: «Я все наврала тебе насчет Стаса, он не приставал ко мне никогда, а подвезти предложил, чтобы поговорить о тебе. Не знаю, что на меня нашло. Это все бес, который в меня вселился». Но эти слова так и не прозвучали. Аглая вдруг поняла, что ложь насчет Стаса была сказана гораздо раньше, чем бес обрел над ней полную власть. Едва начав говорить, Аглая запнулась и произнесла совсем другое:

– В Дивноречье случилось все то, что люди долгие годы носили в своих мыслях. Бесы пришли туда, где их ждали.

– Главное, что теперь уже все позади. – Дина взяла Аглаю за руку. – И главное, чтобы люди не забыли об этом.

– Это невозможно забыть.

Аглая посмотрела в окно. По зеленому травяному ковру с белыми вкраплениями полевых цветов шли, держась за руки, Илья и Лукерья. Они возвращались назад, а Гром резвился, бегая вокруг них, и в его взгляде больше не было ничего человеческого.

На миг Аглае показалось, что вдали, у самого горизонта, в лучах вечернего солнца проступили очертания древнего славянского города: крутобокие макушки теремов, похожие на луковицы, молочно-белые воздушные бревенчатые срубы, полупрозрачные от кружевной резьбы изгороди. Но через мгновение все смешалось, и стало ясно, что это лишь облака, сложившиеся причудливым образом по воле безмятежного ветра.