Ками Гарсия - Прекрасная тьма

Я попытался припомнить, одно за другим, исчезновения Люсиль. Первый раз я увидел Джона и Ридли, посмотрев в зеркало в ванной. На следующее утро Люсиль сидела на крыльце, хотя мы никогда не оставляли ее на ночь на улице.

Второй раз Люсиль сбежала от нас в парке Форсайтов, когда мы добрались до Саванны, и вернулась, лишь когда мы ушли из Бонавентуры — то есть после того, как я наблюдал за Леной и Джоном из дома тети Кэролайн. На этот раз Линк заметил, что Люсиль пропала, когда мы вернулись в тоннели, и вот она уже здесь, сидит прямо перед нами, как раз после того, как я видел Лену.

Лену видел не я, а Люсиль.

Она шла по ее следу точно так же, как мы шли по карте, арклайту или показаниям селенометра. Я наблюдал за Леной глазами кошки. Наверно, так же Мэкон смотрел на мир глазами Страшилы.

Но как такое возможно? Ведь Люсиль — не чародейская кошка, да и я не чародей!

Или Люсиль все-таки не простая кошка?

— Люсиль, ты кто?

Кошка посмотрела мне в глаза, слегка склонив голову набок.

— Итан? — окликнула меня Лив. — Ты в порядке?

— Да. — Я многозначительно взглянул на Люсиль, но она проигнорировала меня, изящно вильнув хвостом.

— Ты понимаешь, что разговариваешь с кошкой? — с любопытством поинтересовалась Лив.

— Понимаю.

— Нет-нет, ничего. Я просто на всякий случай.

Отлично. Я не только разговариваю с кошкой, но и еще обсуждаю то, как я это делаю!

— Надо идти.

— Да, кстати, — Лив сделала глубокий вдох, — боюсь, ничего из этого не выйдет.

— Это еще почему?

Лив сделала мне знак подойти поближе и разложила перед нами карты бабушки Пру.

— Видишь эту пометку? Это ближайшая дверь-колодец. Я не сразу, но все-таки разобралась в этих картах. Твоя бабушка сказала правду, она, наверно, потратила много лет, составляя их.

— На них отмечены двери-колодцы?

— Видишь красные буквы «Д», обведенные в кружок? Их много. А эти тонкие красные линии? Думаю, это тоннели, расположенные ближе к поверхности. Чем темнее цвет, тем глубже под землей находится тоннель.

— То есть вот эти — самые глубокие? — спросил я, показав на скопление черных линий.

— А может быть, и самые темные, — кивнула Лив. — Это же потрясающее научное открытие: под землей существуют темные и светлые территории! Уверена, об этом мало кто знает!

— Так в чем проблема?

— В этом.

Лив показала два слова, нацарапанные на южном крае самой большой карты. LOCA SILENTIA.

Второе слово я узнал, оно было похоже на то, что сказала Лена, когда наложила на меня заклятие, помешав мне рассказать ее семье, что она решила сбежать из Гэтлина.

— То есть — карта слишком тихая?

— Не совсем. В этом месте карта умолкает, потому что мы дошли до конца. Мы достигли южного побережья, которого на карте уже нет. Terra incognita. Ну знаешь, как говорят «Hic dracones sunt».

— Конечно, ну кто же этого не знает, — с издевкой ответил я.

— «Здесь быть драконам». Пятьсот лет назад моряки писали эту фразу там, где карта заканчивалась, а океан продолжался.

— Пожалуй, я предпочту драконов Сэрафине, — улыбнулся я, взглянув на то место на карте, куда показывала Лив. Сеть тоннелей, из которой мы вышли, была сложнее любой системы магистралей. — И что теперь?

— Понятия не имею. Все это время я только и делаю, что смотрю на карты, но так и не поняла, как добраться до Великого барьера. Кажется, я вообще не очень-то верю в его существование, — печально призналась Лив, уставившись в карту. — Простите. Я знаю, что подвела вас.

Я провел пальцем по прибрежной линии, пока не добрался до Саванны. Арклайт перестал работать именно там. Красный значок, обозначавший дверь-колодец Саванны, находился как раз под первой буквой фразы LOCA SILENTIA. Я смотрел на буквы и соответствующие им красные значки, постепенно восстанавливая недостающую информацию. Получившаяся кривая напоминала что-то вроде Бермудского треугольника, загадочной пустоты, где все чудесным образом исчезает.

— «Loca silentia» означает совсем не «карта замолкает».

— А что?

— Думаю, для чародеев это что-то вроде радиомолчания. Сама подумай: когда арклайт впервые перестал работать?

— В Саванне, — ответила Лив, а потом вдруг покраснела, — как раз после того, как мы… ну, нашли дневник твоей мамы на чердаке.

— Вот именно! Как только мы вошли на территорию, обозначенную как Loca silentia, арклайт перестал вести нас. Как будто мы попали в чародейскую мертвую зону, что-то вроде Бермудского треугольника.

Лив медленно подняла взгляд от карты и посмотрела на меня, пытаясь осознать услышанное. Когда она наконец заговорила, в ее голосе слышался неподдельный восторг:

— Стык! Мы находимся на стыке! Это и есть Великий барьер!

— На каком стыке?!

— Стык — место встречи двух Вселенных, — ответила Лив, глядя на показания селенометра. — Арклайт все это время мог испытывать перегрузки.

— Спорим, бабушка Пру появилась очень вовремя? Она знала, что нам потребуются карты, и принесла их, как только мы вошли в Loca silentia.

— Но здесь карта обрывается, и Великого барьера на ней нет! Так как же мы его найдем?

— Мама знала. Знала, как найти его без звезды.

Как бы я хотел, чтобы она оказалась здесь — пусть даже в виде призрака, созданного из дыма, кладбищенской пыли и куриных костей.

— Она писала об этом?

— Нет, Джон сказал это Лене, — со скрипом признался я, хоть и понимал, что это может быть важно. — Так, еще раз, где мы находимся?

— Вот здесь, — показала на карты Лив.

Мы подошли к длинной неровной линии южного побережья. Чародейские тоннели сплетались и расплетались, а потом уходили в воду, словно нервные окончания в мышцу.

— А что это за пятна? Острова?

— Морские острова, — ответила Лив, грызя ручку, и наклонилась ко мне.

— Очертания почему-то знакомые…

— Мне тоже так показалось… но я решила, что просто слишком долго смотрела на эту карту.

Я задумался. Где я мог видеть эти странные пятна, напоминающие криво нарисованные облака? Я достал из заднего кармана пачку бумаг моей матери. Точно, вот он! Листок пергамента, покрытый чародейскими рисунками, напоминающими что-то вроде облаков.

«Она знала, как найти его без звезды».

— Смотри!

Я наложил пергамент на карту. Он был не толще луковой шелухи и просвечивал. Очертания странных форм на пергаменте идеально совпадали с обозначениями на карте. Все, кроме одной: одно пятно появлялось только тогда, когда линии карты в одном месте заканчивались и продолжались линиями на пергаменте. Это пятно можно было увидеть только при наличии и карты, и пергамента, иначе линии казались бессмысленными. Но при правильном наложении появлялись отчетливые очертания острова.

Словно две половинки чародейского ключа, две Вселенные, сшитые вместе для того, чтобы послужить общей цели.

Великий барьер таился в центре архипелага, расположенного недалеко от побережья в мире смертных. Ну конечно!

Я посмотрел на чернильный рисунок на пергаменте, а потом под него.

Вот оно: самое могущественное место чародейского мира появилось из ниоткуда, будто под воздействием магии!

И все это время оно было спрятано прямо у нас под носом!

6.20

НЕТ ОТЦА

С виду — самая обычная дверь.

Не похожая ни на дверь-колодец, по которому мы поднимались, ни на извилистые коридоры, приведшие нас сюда. Мы долго шли по пыли и древесной крошке, по бесконечным коридорам из осыпающегося камня, минуя поворот за поворотом. Чаще всего тоннели именно такие — сырые, темные и тесные. Мне вспомнилось, как однажды мы с Линком пытались догнать бродячую собаку в старых шахтах Саммервилля.

Думаю, больше всего нас удивляло, что все выглядело абсолютно обычным, особенно теперь, когда мы разобрались с картой и поняли устройство тоннелей.

До сих пор идти по карте не составляло особого труда.

— Вот, наверно, это оно. — Лив оторвалась от карты.

За ее спиной вверх уходила деревянная лестница, в конце которой в темноте светились контуры двери.

— Уверена? — спросил я.

— Да.

— Тогда давайте посмотрим, что там, — предложил я и пошел по ступенькам.

— Не так быстро, Короткая Соломинка! Как вы думаете, что скрывается за дверью? — остановилась Ридли, она нервничала не меньше моего.

— Предания говорят, что там скрыта древняя магия, которая не является ни темной, ни светлой, — ответила Лив, внимательно изучая дверь.

— Ты не знаешь, о чем говоришь, хранительница, — покачала головой Ридли. — Древняя магия сметает все на своем пути. Ее сила бесконечна, это хаос в чистом виде. Это вовсе не гарантия счастливого окончания вашего маленького крестового похода.

Я сделал еще несколько шагов по направлению к двери; Лив и Линк шли следом. Линк обернулся и крикнул: