Там, на той стороне - Стэнли Дж. Гриммс

в котором она пряталась, не выдержал, его разнесло в щепки. Эмоции поглотили Сашу и посчитав ни на что не годной, выплюнули как отработанный материал. Все остальное, уже будто происходило не с ней.

Наоми дождалась приезда скорой, затем полиции. Им пришлось что-то отвечать, человек в форме попросил Сашу расписаться. Она сделала это со второго раза. Затем темные переходы, туннели, кажется, она несколько раз открывала глаза и видела за окном светофоры. Опять темнота. Незнакомый голос. Он говорил о нервном срыве. Чьи-то сильные руки, аккуратно уложили ее в мягкую кровать, где она заснула так, словно не спала целую жизнь.

III

Народу явилось столько, что не смотря на сильный дождь, кому-то точно не доставалось каплей. Серая дымка, стянувшая небо, застыла в воздухе, притаившись среди толпы. Она провожала Микки О ‘Брайана, как полагается провожать усопшего-с бледным безмолвием. Строгая вереница самых близких лиц, которых Саша видел впервые, исполняли свою роль крайне дрянно.

Женщина, что стояла ближе всех, пыталась между делом вытирать невидимые слезы, а другой, скользить пальцем по экрану телефона.

Кто-то из любопытства, а кто-то из чувства долга, у каждого своя причина прийти на похороны Микки.

Были здесь и папарацци. Эти люди сновали туда-сюда по кладбищу в поиске хорошего кадра. Один даже пытался заглянуть внутрь гроба. Но охрана вынесла бедолагу за ворота. Все это произошло без единого слова. Словно сцена из немого кино.

Хоронили в закрытом гробу. Саша услышала, как личный врач Микки О ‘Брайана сказал кому-то:

— Это больше не Микки, а скорее мясная нарезка к пиву.

Ужаснее слов она не слышала в своей жизни.

Саша стояла поодаль, скрестив руки и опершись о ствол дерева. Листья защищали ее от дождя, как козырек.

Ей хотелось плакать. Снова. Но не из-за смерти человека, что был по-своему близок, а скорее ей жалко себя. Ей и в голову не могло прийти, что невинная поездка, раскроит ее жизнь вдоль и поперек, и вывернет наизнанку.

На прокуренном диване, в состоянии наркотрипа, она думала что хочет этого. Уснуть навсегда. И это будет тихо. И только барыга Стив вспомнит лишь пару раз, обозвав мелкой сукой, потому что она задолжала ему денег с прошлой дозы. Хотя их у нее достаточно. Где-то все-таки все еще крутят песни «Блейз Липс». Она узнавала это только тогда, когда на ее счет поступали гонорары.

Теперь, когда ее жизни угрожала опасность, когда от страха ее тело немело и она смеялась просто потому, что ей, черт возьми, смешно, она вдруг осознала, что чувствует себя живой. Настоящей. Ей не приходится кривляться и скакать на сцене, выпрашивая то, что она называла славой. Она злилась, когда хотела и радовалась, когда считала нужным. Также она чувствовала себя, оставаясь наедине с Натаном. Этого человека ей не хватало больше всего в жизни.

Саша взглянула на гроб. Это слишком просто…

Ветер донес до нее обрывки фраз:

— Дорогие друзья и семья, мы собрались здесь сегодня…, — взгляд священника обращен к стоящим в первых рядах.

Хотят получить лакомый кусочек от огромного торта под названием:

ХРЕНОВА ТУЧА ДЕНЕГ.

Кого-то из присутствующих Саша узнала. Здесь было немало людей с Голливуда. С кем-то ей удалось поработать, а кого-то видела по телику. Все они скрывались под черными зонтами, сливаясь в одну общую массу.

Ее удивило, что Микки оказался верующим. Ведь он никогда не говорил об этом. Его религией был он сам. Так ей казалось. Так говорил и Натан.

С небольшого холма, на котором стояла Саша, просматривалась парковка. Она то и дело поглядывала в ее сторону. Отвернув голову от фотографии улыбающегося Микки, ей и вправду понравилось фото, она еще раз оглянулась и на сей раз ей повезло.

У самого входа остановился черный джип. За рулем сидела Наоми. Она помахала в ответ и заглушила мотор.

Так и есть, она оставила машину прямо перед входом.

Направляясь к Саше, она двигалась робко, словно ступала по тонкому льду, стараясь прикрыть голову пиджаком как щитом, в надежде, что дождь не попадет на лицо.

Сотни пар глаз устремились в ее сторону. Для них, она была спасательным кругом с этого скучного места. Они с интересом следили за каждым ее шагом. Не хватало попкорна. Даже священник отвлекся на секунду, провожая ее взглядом.

— Вставай сюда, — проговорила Саша и прижалась сильнее к дереву. — Похоже мы с тобой единственные, кто не смотрит погоду.

— Это все его знакомые?

Наоми с диким любопытством осматривала людей, как человек, посетивший впервые зоопарк.

Ее губы были накрашены красной помадой, а в своем новом черном брючном костюме, который ей выбирала Саша, ей не хватало только одного, хорошего мужчины. Даже широкие плечи не портили всей картины. Напротив, она выглядела властной и независимой. Бедра слегка прикрывал пиджак, но ему все же не удалось спрятать две аппетитных округлости.

— Думаю, это лишь маленькая часть тех, кого он знал.

— Знать бы кто сотворил такое.

Саша поморщилась, точно ее кольнуло в бок, как случается от быстрой ходьбы.

— Хотела бы и я это знать.

Но это было неправда. Она боялась даже допустить той мысли, чтобы хотя бы краем глаза увидит монстра, что устроил адскую бойню. Она подумала о Натане.

— Все это очень странно. Будто кто-то играет в игру. Очень серьезную. И, кажется, мы стали ее участниками.

— Хреново, — произнесла Саша. Это слово описало сразу все. И происходящее, и внутреннее.

— Ты как, держишься? — поинтересовалась Наоми.

Саша задумалась. Она не смогла бы сказать точно. Тело болело, а в голове все вывернуто наизнанку. Она стала слишком много думать. И это убивало ее. Но было кое-что еще… она боялась произносить это даже про себя.

— Я в норме, — ответила она и почувствовала острую тягу покурить. — Ты арендовала джип? Любишь большие тачки?

— Да, в нем полно место, как раз то, что нужно для долгой поездки.

— Главное, чтобы это не стало нашей могилой, — сказала Саша и отвернувшись от Наоми, поняла, что произнесенные ею слова были не к месту. Все это чертово желание покурить, заставляло ее нести чушь, убеждала она себя.