Марионетки - Татьяна Владимировна Корсакова

– Я понимаю! – Маркуша отправил в рот ухо шоколадного пса, отхлебнул какао. – Мой дядька такой же! «Марк, никогда не звони мне без лишней надобности! Только если по делу!» – Очевидно, что копировал он в этот момент Командора. – А у меня и есть надобность. Я его нашел!

– Кого? – спросила Стеша, присаживаясь напротив.

– Того, кто его кота обижал! Я провел расследование и нашел! Как думаешь, это важное сообщение или нет?! – Маркуша уставился на Стешу своими рыжими глазами.

– Очень важное. – Стеша кивнула.

– Мы ему передадим, – пообещала Вероника. – Скажем, что ты провел расследование.

– Только я не за просто так! – Маркуша хитро сощурился. – Пусть готовит кэш! Такая инфа стоит денег!

– Весь в дядюшку, – пробормотала Вероника рассеянно.

– А вот из-за дядьки я как раз к тебе и пришел. – Маркуша посерьезнел, даже цвет волос его потускнел от этой серьезности. – Он помирает. Кажется.

– В смысле, помирает? – Вероника посмотрела сначала на мальчика, потом на Стешу.

Стеша пожала плечами и сказала:

– Он решил, что заразился бешенством от Братана.

– От вот этого! – Маркуша кивнул на кота. – У него температура и нога распухла, а там какой-то заказ суперсрочный и ему нужно быть на участке, а он не может!

– Так. И что дальше? – Вероника придвинула к Маркуше остатки шоколадной собаки и попыталась погладить по ладошке. Маркуша дернулся, ладошку убрал, сунул в рот кусочек шоколада. – Стеша ему зачем?

– Он сказал, что ты ведьма! – На Стешу Маркуша посмотрел с благоговейным ужасом и восторгом. – Он сказал, что только ты можешь ему помочь!

– Так и сказал? – удивилась Вероника.

– Еще про сорок уколов в живот и про то, что он живым не дастся, а будет отстреливаться до последнего патрона, и что ему срочно надо на участок. Я его запер! – закончил Маркуша решительно. – А сам на велик и к тебе!

– Зачем? – спросила Стеша растерянно.

– Запер, чтобы пошел не на работу, а к тебе за помощью! Что здесь непонятного?

– Мы можем отвезти его в больницу. – Стеша посмотрела на Веронику. Та сидела, подперев кулаком щеку.

– А можем полечить травками и заговорами. – Вероника, отправила в рот последний кусочек шоколадки, можно сказать, увела прямо из-под Маркушиного носа. – Заодно посмотрим на этого вашего Командора.

– А откуда вы знаете его погоняло? – спросил Маркуша.

– Погоняло! – Вероника вздохнула. – Что за жаргон, молодой человек?

– Нормальный жаргон! Пацанский!

– Мы будем лечить его антибиотиками! – сказала Стеша и решительно встала из-за стола.

Антибиотики, шприцы и все необходимое купили по пути в поселковой аптеке. До Соснового добиралась на Стешином внедорожнике. Маркуша запрыгнул на переднее сиденье и всю дорогу ерзал, то и дело оглядывался на сидящих сзади Веронику, Зверёныша и Братана. Как сказала Вероника, весь контактный зоопарк они прихватили с собой. Стеша считала, что Братан в этом мероприятии явно лишний. Хотя бы потому, что именно он стал виновником Командоровых страданий, но оставаться дома кот категорически отказался, первым запрыгнул в машину, приготовился ехать.

Командор с Маркушей жили в дурацком доме с не менее дурацкой горгульей.

– Мой дом – моя крепость, – пробормотала Вероника, выбираясь из машины.

– Красивый, правда? – Маркуша окинул дом полным восхищения и гордости взглядом. – Ни у кого такой красоты нет!

– Оригинальный. – Вероника хотела было погладить Маркушу по рыжей голове, но передумала, оглянулась, наблюдая за тем, как неспешно из внедорожника выбирается Братан.

– А где ты его запер? – спросила Стеша.

– В кладовке! Он пошел в кладовку за ботами, а я запер. – Щеки Маркуши запылали, следом вспыхнули и уши. – Ох, попадет мне, – сказал он шепотом.

– Бьет? – спросила Вероника так же шепотом.

– Ты что?! – Маркуша возмутился и от возмущения тут же побледнел. – Дядька у меня – мировой мужик! Только характер у него суровый. И вы это… Вы не слушайте, что он станет на вас орать. Это он от боли. И вперед меня не суйтесь! А то мало ли что!

– Мне уже страшно, – сказала Вероника, наблюдая, как Маркуша возится с дверным замком.

– А кота тут оставьте! Не надо, чтоб он кота видел! – Маркуша обернулся, строго посмотрел на Братана. Братан в раздражении дернул хвостом и первым юркнул в приоткрывшийся проход.

Изнутри дом Командора был похож на лабиринт из коридоров и комнат. Не дом, а кошмар архитектора! Судя по доносящимся сверху воплям и стуку, кладовка находилась на втором этаже.

– Все хорошо, – сказал Маркуша, успокаивая больше себя, чем остальных, и решительным шагом направился к лестнице.

К содрогающейся от ударов двери кладовой они подошли не без опаски.

– Марк, это ты? – донесся с той стороны сиплый рев. – Марк, открой эту чертову дверь!

– Открываю! – Крикнул Маркуша, отодвинул засов и тут же отскочил в сторону, выпуская на волю своего разбушевавшегося дядюшку.

Вид у дядюшки был одновременно страшный и жалкий. Из одежды на нем были только трусы и носки. Лицо покраснело то ли от натуги, то ли от жара. Глаза налились кровью. Борода топорщилась, а покусанная нога покраснела и распухла, кожа на ней натянулась и лоснилась, готовая в любой момент лопнуть. Быть такого не могло! Никакой укус не мог так быстро привести к таким удручающим последствиям.

– Да что б меня! – Завидев Стешу и Веронику, Командор шарахнулся обратно в кладовку и уже оттуда заревел: – Марк, кого ты ко мне притащил?!

– Скорую помощь вызывали? – Вероника постучала в дверной косяк.

– Никого я не вызывал! Свалили отсюда! Свалили, я сказал!

– Мы-то свалим, а вот ты сдохнешь до заката, – сказала Вероника ласково, а потом добавила: – Дитё сиротой оставишь.

– Да что ж вы за люди такие?! – взвыл Командор из недр кладовой. – Всё угрожаете! Всё пугаете!

Что-то загремело и покатилось. Маркуша сунулся было в кладовку, но благоразумно замер.

– Лавр, выходите, – позвала Стеша, вытаскивая из рюкзака аптечку. – Давайте я вас осмотрю.

– Сестра милосердия выискалась! – рявкнул Командор, однако вышел из кладовки. Теперь на нем был видавший виды банный халат, из-под которого торчали голые ноги: одна худая, вторая распухшая, как колода. – Вискарь принесла, сестричка? – прохрипел он и, кряхтя и постанывая, поковылял к стоящему у окошка дивану. – А кто это с тобой? – Он покосился на Веронику. – Я двух медсестер сегодня не потяну.

– А я из похоронной конторы, – сказала Вероника без тени иронии. – Если не дашь ей тебе помочь, будем составлять договор.

– Какой договор? – спросил Командор растерянно.

– На погребение и прочие сопроводительные услуги.

– Охренеть, какая у вас скорость! – восхитился Командор. – Человек ещё не помер, а они уже договоры подписывают! Марк! Слышишь, малой, ты не бойся! Тетя так шутит.

– Тетя шутит. – Вероника бросила быстрый взгляд на Маркушу. – Но, если дядя не проявит благоразумие, дяде будет не до шуток.

Наверное, у Вероники был особый дар убеждения, потому что Командор вдруг сдался, рухнул на диван, помогая себе руками, уложил покусанную ногу. Пока Стеша осматривала и промывала рану, он всю дорогу стонал и вспоминал про сорок уколов в живот. А Стеша утверждалась в мысли, что ему необходима госпитализация.

– Сделай как вчера, сестричка, – попросил Командор. – Голова раскалывается!

Стеша сунула ему под мышку принесенный Маркушей градусник, присела на диван, положила ладонь ему на лоб. Командор застонал, закрыл глаза.

У него был жар. Навскидку, градусов сорок. У него был жар и инфицированная рана, нуждающаяся в хирургической обработке. Только стационар – никаких других вариантов. Осталось как-то уговорить этого упрямца на госпитализацию.

Стеша уже приготовилась уговаривать