Бриллиантовый берег - Альбина Равилевна Нурисламова

лифта. Катарина посмотрела на меня, и я узнал этот взгляд. Прямой, без слащавости и тупого любопытства. Порой люди глазеют исподтишка, разглядывают потихоньку, будто я диковинное животное. Те, кто поглупее, пялятся открыто, чуть пальцем не показывают. Катарина смотрела, как Сара: с уважением, интересом, без пренебрежительной жалости.

Мне в первый момент показалось, что это Сара и есть, только старше и не такая ослепительно красивая. У Катарины спокойная красота, тихая. На нее можно смотреть, не боясь ослепнуть, понимаете, что я хочу сказать?

Разумеется, я быстро сообразил, что это другой человек, но ничуть не удивился, что они сестры. Фамильное сходство (можно же так сказать?)

А еще понял: Катарина явилась сюда неспроста. Позже, много позже я узнал, зачем. Хотелось бы придерживаться хронологии событий, чтобы никого не запутать. Путаницы и загадок без того много. Если еще и перескакивать с одного на другое, когда о них рассказываешь, рискуешь окончательно впасть в хаос.

Я обрадовался Катарине. Мне думалось, что она талисман, защита. Свет, который погас, когда уехала Сара.

Потом мы столкнулись в коридоре, когда Боб вез меня на процедуры. И я понял, насколько Катарина необычная, насколько мы похожи! Понятное дело, никто не захочет быть похожим на такого, как я, но речь не о внешнем сходстве.

Катарина тоже видела даму в зеленом платье, с заколкой-бабочкой в волосах (помните, я называл ее Снежной Королевой)! Это меня поразило. Я был уверен, что жуткая красавица явилась за мной (потом стало ясно, что не ошибся), но Катарина отпугнула ее. Женщина в зеленом исчезла.

Я был несказанно рад, когда Катарина пожелала пообщаться со мной: всегда здорово беседовать, находиться рядом с теми, кто с тобой на одной волне. Мы договорились о встрече, от счастья я позабыл о Снежной Королеве.

Но она обо мне не забыла. Стоило нам с Бобом после процедур появиться в коридоре, как Снежная Королева снова показалась.

Что-то случилось с коляской, ее заело. Боб склонился над колесом, был поглощен технической проблемой; незнакомку, конечно, не замечал. Я смотрел на женщину. Как и говорил, временами мне трудно фокусировать взгляд, но в тот раз было иначе: я глядел во все глаза, не мог оторваться, приклеился к ее лицу.

Снежная Королева подошла вплотную. Я подумал, она выбралась из мертвой, сырой тьмы, надвигаясь на меня, как огромный айсберг приближался к «Титанику» (это один из любимых моих фильмов).

Женщина была мертва и несла с собой смерть. Холод сочился из нее, стелился вокруг, как туман над водой. Мне показалось, я очутился в ледяном коконе. Тело мое не чувствительно, но эту безжизненную стылость я ощущал явственно, она была одновременно снаружи и внутри.

Кровь моя превращалась в алый лед — вот какое было ощущение. Только представьте, по вашему телу текут горячие живительные потоки, мелкие ручьи и широкие реки. Органы, клетки, ткани омываются этими потомками — и потому вы живы, мыслите и чувствуете, сердце ваше бьется.

И вдруг — полный стоп всех систем! Жидкость превращается в лед. Снежная Королева делает льдину из мальчика в коляске.

Я не мог дышать, все вокруг темнело, накатывала вязкая, липкая тьма, и сквозь нее прорывался женский голос: «Убирайся прочь, маленькое ничтожество! Вон отсюда, мерзкий калека!»

Кипящий злобой голос принадлежал Снежной Королеве. Мыслимое ли дело, что когда-то, когда она еще была жива, голос этот звучал весело, нежно, взволнованно? Что она признавалась в любви, смеялась, делилась секретами?..

А потом умерла. Отель убил ее, я это понял. А теперь «Бриллиантовый берег» стремится убить меня, только не может. Почему я так решил, сам не знаю, но стоило мысли оформиться в голове, как все прекратилось, исчезло.

Боб сказал потом, я бился в судорогах и хрипел, а после потерял сознание. Ничего этого я не помню. Помню лишь голос, холод, близкую смерть — и взявшуюся не пойми откуда уверенность, что убить меня Снежная Королева не может. Хотя, наверное, и хочет.

Очнулся в номере. Боб глядел встревоженно, и, присмотревшись к нему внимательнее, я понял (с удивлением, не скрою), что он испытывает ко мне добрые чувства не только как к объекту ухода. Я ощутил его беспокойство, продиктованное человеческой привязанностью, симпатией, теплотой. Это обрадовало. Признаюсь, очень обрадовало! Ведь у меня не так много близких, каждый — на вес золота.

— Ух и напугал, дружище! — говорил он. — «Ничего, иной раз полезно встряхнуть старину Боба», — так рассудил, а?

Жаль, я не мог выказать своих чувств, своей признательности. Боб ничего не заметил. Я узнал, что, пока валялся в беспамятстве, пришла и ушла Катарина, но выразить грусти, что мы не встретились, не сумел тоже.

Мне хотелось рассказать им обоим, что я узнал, что мне открылось, поэтому, когда Катарина навестила нас с Бобом во второй раз, обрадовался возможности получить свой айтрекер. В тот момент я еще не знал, что они не дадут нам сделать это.

«Что еще за они?» — спросите вы.

Под словом «они» я подразумеваю таких, как Снежная Королева.

Некоторое время назад я понял, что не одна лишь незнакомка в зеленом бродит по отелю, оставаясь невидимой или же показываясь время от времени тем, кто по разным причинам способен ее приметить.

Я видел ночью мужчину в своем номере, уже говорил вам об этом.

Видел колоссально толстого человека в ресторане. Сразу не понял, что он мертвец. Рядом сидел другой мужчина, тоже полный, но не настолько. Перед ним стояли тарелки с едой, бокал с вином, чашка кофе, хлеб, и он увлеченно поглощал пищу. А громадный толстяк не ел, только смотрел, и его половина стола была пуста.

Еще видел старую женщину — нарядную, в белом костюме и шляпе. Она стояла в холле, а люди шли рядом с ней и сквозь нее. К старушке подошел мужчина, тоже преклонных лет, и они двинулись к лифту, просачиваясь через идущих навстречу живых людей.

Были и другие призраки.

Я подумал вначале, что «Бриллиантовый берег» напоминает отель «Оверлук» (вы любите Стивена Кинга? Я — да, но не все книги, а ранние): люди, которые умерли в отеле, остаются навсегда. Не они, а их отпечатки, энергетические следы; некая сила заводит их, как часовой механизм приводит в движение часы, как ключик в боку заводит механическую куклу.

Но потом я понял: дело в другом. «Бриллиантовый берег» не похож на «Оверлук», поскольку здесь нарушался главный принцип кинговского отеля: человек должен умереть именно в этом месте, чтобы дух его остался тут навсегда. А в том, что принцип нарушен, я убедился в тот страшный день, когда увидел в отеле Сару.