Требуха – китайский дракон - Михаил Северный

привёл себя в порядок, тряпку взял и пол выдраил.

На стенах пусть засыхает — само отпадёт. Тут нужно втроём целую ночь уборкой заниматься, а у меня чуйка, что нужно срочно сваливать как можно дальше — и тогда Андрюха жив останется.

А Костян? А что Костян — свежевылупившегося дракона на руки взял и качает, как ребёнка, будто ничего и не было.

Хорошая летучка. Хорошая.

Глава 15

Прогулка Требухашки

Помог дракон, хоть и неосознанно. Мы едем в гости без предупреждения. Мама Костяна будет рада (надеюсь она еще жива). Если бы не Требуха, не знаю как бы всё обернулось, а сейчас я вынимаю из глубин шкафа свою старую сумку с надписью Adidas, готовлю переноску.

— Слышь, а может он своим ходом? — Андрюха ковырялся в носу сидя на табурете, на фоне заблеванных обоев.

— Как ты это представляешь? Будет каркать над головами и круги нарезать? Типа никто не увидит? Да и не умеет он летать.

— Ага, не умеет. Вон крылья какие спрятал, слышь. Я бы с такими на такси не тратился.

* * *

С горем пополам сделали на дне сумки подстилку из моих футболок и чистых трусов, обложили бумагой и картоном, чтобы не протекало наружу, если гадить будет.

Костян достал семечек из кармана и зачем-то насыпал на дно, а я из коробочки сделал миску и намял туда хлеба побольше.

В бутылку набрал воды и положил в кармашек сбоку, если жажда замучит животное.

— Слышь, а нам? — удивился Андрюха. — Китайца собрал с комфортом, а бледнокожим голодать?

— Бабуля накормит. Костя, а ты чего бы хотел сейчас из детства? Чего помнишь вкусненького?

— Молочка бы, — вздохнул Костян, — бабушкиного. Её нет уже давно, бабушки моей, а вкус и тепло парного молочка утреннего забыть не могу. Такого сейчас не делают.

— Тогда будем надеяться, что мама твоя традиции переняла и коровку держит, погнали на вокзал, жрать охота.

* * *

Такси брать не хотели, но через всю ночь идти с дышащей сумкой Adidas тоже глупо.

«Граждане, ваши документики? А куда ночью идете такой веселой компанией? А сумочку можно осмотреть?» И понеслась…

Поэтому пришлось заказывать службу такси. Быстро вышли, быстро погрузились — Андрюха вперёд, мы втроем назад и отправились перехватывать электричку. Дом не хотел отпускать и смотрел десятками окон вслед — я видел силуэты, видел головы, чувствовал взгляды.

— Закрыл квартиру? — негромко спросил Андрей. — А то вернешься и нет ничего. Вынесут и спасибо не скажут. Не повезло тебе с соседями.

— Закрыл, — ответил я и махнул рукой. — Нормальные они. Просто жизнь такая, злая.

* * *

Минут через двадцать мы уже сидели в вагоне. Разбитое окно свистело и выло, сквозняк метался ветром между табуретками, половина вагона в сумраке и только мы — трое из ларца.

Андрей осмотрелся и открыл сумку, дракон сразу высунул башку и крутил ей во все стороны любопытствуя.

— Пусть подышит, — буркнул Андрюха.

Попутчиков мы не встретили. Доехали в комфорте минут за двадцать, чуть не проспали, но Костян всех растолкал и потащил на выход. Ноздри у него раздувались как у собаки, напавшей на след. «Невероятно, — бормотал он. — Запах Родины. Бывает же так. Я всё помню. Мама, запах её халата, свежесть белья, аромат молока, роса — она тоже пахнет поутру».

Так он бормотал и на перроне, постоянно вдыхая воздух и нервно оглядываясь по сторонам. Кроме нас тут был только моргающий фонарь, убегающая электричка и закрытый много лет киоск. Андрюха пальцем у виска только покрутил и подмигнул мне.

— Слышь, Костян, туда приехали? Ты как-то не уверен. Наша остановка?

— Наша-наша. Что же я родину не узнаю? — продолжал бормотать Костян, — я тут босой бегал и отсюда в школу ездил. Электрички другие в город ходили. Время другое было — славное, беззаботное. Учиться хотелось. Все учились, даже дураков заставляли. Потом взрослый стал и дурак одновременно. Курить научился, учиться разучился. А государство как раз про дураков забывать стало. Не нужны стали дураки отечеству.

— Слышь, хватит стонать. У каждого есть плаксивая история о падении. Мы — троица неудачников-алкоголиков. Не трави, пошли к мамке — кушать охота.

Костян кивнул и зашагал по перрону первый: нашёл ступеньки, покрытые зеленью и осторожно спустился вниз. Дорожка огибала дорожный знак и вела далеко в поле. Шли гуськом и так как друг опять вспомнил, что он глухонемой говорить пришлось самим. Я шёл вторым, а Андрюха замыкал, что было на него совсем не похоже. Попытавшись разговорить Костяна он переключился на меня.

— Слышь, Серый. Ты уверен, что он знает дорогу?

— Абсолютно. Уверенно идёт же.

— Слышь, Серёга. А спроси его, хорошо ли нас его мама встретит? Ночь на дворе, а тут мы трое. Как бы её карачун не схватил.

— Сам спроси.

Ещё немного шли молча. «Прохладно» превращалось в «холодновато».

— Слышь, Сергей. Может выпустим дракона воздухом подышать? Я его на плечо посажу, пусть кислородом подышит. А то он у нас городской житель, а тут полюшко-поле — красота ночная, а он бултыхается среди своего кала и остатков семечек.

Я посоветовал небольшое отверстие сделать, пусть башку высунет, а выпускать не разрешил, кто ловить будет если заграница полетать надумает?

— Точняк, — согласился Андрюха и незамедлительно всё сделал как по нотам. Требуха башку высунул и торчал почти всю дорогу.

Дальше вошли в лес, который сначала казался таким далеким, почти на горизонте. А теперь мы погрузились в его темноту и дорожка вела в глубь.

— Далеко, — сказал Андрюха. — Это ты так каждый день в школу наматывал? Понимаю, почему учиться перестал.

— Молодой, — ответил я за Костю. — Что такое пара километров для толпы школьников? По моему даже весело.

— Ага, особенно зимой. В пять утра. Через кладбище.

В лесу действительно скрывалось старое кладбище и Костян уверенно шагал через него, а мы старались не отставать. Ночью эти старые кресты, чёрные оградки и гнилые деревянные столики выглядели жутковато. Если бы не наш, уверенный в себе Костян, я бы повернул назад, да и Андрюха тоже.

— Слышь, Костян, а чьё это кладбище?

— Наше.

— А, чё оно в лесу?

— Не знаю, всегда так было. Почти пришли.

«Он что на кладбище родился? — прошептал Андрюха, догоняя меня. — Я бы тоже глухонемым стал от такой жизни».

Костян наверняка услышал его и ускорил обиженно шаг, а я попросил друга успокоиться, тише говорить и вообще за драконом, который тысячу евро стоит, внимательнее следить.

«Точно», — вспомнил Андрей и пальцем на голову Требухе надавил, принуждая спрятаться в