Страна Червя. Прогулки за Стену Сна - Гари Майерс

определённых обрядов, совершаемых в поклонении богине Н'тсе-Каамбл, чьё великолепие разрушило миры; и богохульное Слово, которое свергло престолы Змее-жрецов.

Он указывал на знак Коф на столе и рассказывал о вещах из запретных Пнакотических Рукописей, которые, если они будут написаны здесь, навлекут проклятье на рассказчика. Мужчины покидали его Дом плачущими или сошедшими с ума, чтобы не возвращаться; все, кроме трёх, более храбрых или, возможно, более глупых, которые пришли в Дом Червя в ту последнюю ночь.

Тогда трое гостей обедали в тишине из золотых тарелок, а зелёные угли на очаге судорожно светились, и вино, превосходящее даже Саррубское, в третий раз было налито в чаши, Старик обратил внимание гостей на знак пятиконечной звезды, украшающий его мрачный зал, и напомнил им, что столбы были установлены в форме того же знака, Знака Старших Богов. Затем он рассказал о тех малых богах, нынешних богах Земли, которых люди называли Старшими Богами, под которыми подразумевались боги, которые любят людей, и которым люди молятся по вечерам.

И хозяин Дома рассказал, что до этих богов были Другие Боги, те Великие Древние, у которых не было никакого повелителя, кроме одного Азатота, демона-султана, имя которого никакие губы не смеют произносить вслух.

Они спустились со звёзд, когда мир был юным, чтобы наводнить и сделать ужасными его тёмные и одинокие места; но они не были полностью свободны от влияния звёзд, и когда звёзды оказались в неправильном положении, Боги умерли, и стали ждать далёкого времени, когда звёзды снова будут располагаться правильно, тогда Боги смогут подняться, чтобы кричать, буйствовать и убивать. Они уже пребывали во сне бесчисленные эоны, когда Старшие Боги прибыли с Бетельгейзе, и обнаружили Их, гротескно спящих и бормочущих во сне; и эти малые боги испугались, и с помощью магии отправили этих отвратительных Богов в заточение к седому Ноденсу, который является не Владыкой мира, но Владыкой Великой Бездны. Так Древних навсегда связали властью Знака Старших. Но наступит время, когда седой Ноденс уснёт и забудет о своей вахте; и тогда придут те, кто сломает печати и заклинания, и освободят тех ужасных богов-хищников, которые не всегда будут оставаться мёртвыми. И столбы были отмечены Знаком Старших Богов, и под этим Знаком…

Внезапно старик прервал свой рассказ. Последовавшая тишина была угнетающей, казалось, она даже высасывала дыхание; но было ясно, что старик со сверкающими глазами прислушивался к чему-то ещё! Остальные ничего не слышали, но в свете единственной свечи они увидели, что старик испугался. Затем они услышали это, — безумный свист, исходящий из одного нижнего подвала; сначала слабый, но становившийся всё громче и безумней, пока проходили минуты; перед глазами слушающих возникли странные видения аморфных флейтистов и воющих демонов в ямах непроницаемой темноты. Гости вспомнили Азатота, демона-султана, который, несомненно, бормотал что-то на своем троне в центре Хаоса; им стало ясно, что хозяин чем-то напуган, и они содрогнулись. Затем старик встал и, взяв большую свечу со стола, прошептал только: "Пойдёмте!", после чего прошёл под тёмной аркой с резными фигурами гибридных монстров и звёзд. И поскольку трое гостей выпили много вина или из-за того, что слово, произнесённое хозяином, обладало особой властью, они последовали за ним под зияющую арку.

Долго они блуждали внизу по тем тёмным областям стигийского мрака, где луна и звёзды являются мифом, спускались вниз по подвалам и подполам, и ещё глубже. Здесь были низкие каменные ступени, ведущие вниз, и арки, слишком низкие, чтобы под ними могли пройти люди в полный рост. Крысы со злобными глазами жадно наблюдали за людьми. Всё глубже они шли, всё глубже, и слышали один лишь дьявольский свист внизу, и даже свет от свечи старика жутко дёргался перед ними, зловеще маня за собой. Они миновали много коридоров в этом путешествии, над входами в которые были начертаны знаки, которые намекали на вещи, о которых забыли даже Старшие Боги. Эти тёмные проёмы тянули к себе троих гостей, несмотря на постоянные предупреждения старика, пока в конце одного зала они не увидели далёкие звезды, и ужасный смешок донесся с холодным ветром до того места, где они остановились… Они больше не видели коридоров. Но поспешив по узкому проходу к развилке, они избрали левый проход мимо древнего алтаря в кругу стоячих камней и быстро достигли бескрайней пещеры, догоняя испуганные тени, бегущие перед ними. Здесь свеча в руках старика погасла, и тени оставили свои укрытия, чтобы вновь встать на страже и скрыть древние тайны; но здесь было совсем не темно. Ибо в этой пещере была яма, настолько огромная, что её противоположный край терялся из виду, а из её зияющей пасти лился туманный свет. В ней и находился источник свиста.

Старик подошёл к краю ямы и заглянул в её глубины. Огни играли на его морщинистом лице, они очень отчётливо показывали каждое ужасное выражение, возникающее на нём. И когда трое гостей подошли ближе, он сказал им сдавленным шёпотом, едва слышным на фоне демонических флейт, что это гробница, где бурлило и кипело Невыразимое; то древнее зло, что напугало Старших Богов; они стремились упрятать его под последним связывающим и ослабевающим от старости заклинанием; по этой дьявольской причине старик должен навсегда сохранить столбы и Знак Старших. И он не может подвести тех, кто доверил ему эту службу, ибо тогда само проклятие Ноденса падёт на его голову; даже если звёзды примут правильное положение, и дети Азатота восстанут из самых нижних ям Ада… Или они уже восстают? Разве он не слышал их тяжёлых, скользящих шагов в недрах Мира или не почувствовал ветер от их титанических крыльев? Они пришли, чтобы открыть для этой мерзости Путь к возвращению, как это предсказывали Пнакотические Рукописи, и это то, чего боялись все люди. Пусть приходят! На что им надеяться и что они могут сделать, пока он, Джэйлор, Хранитель Знака Старших, всё еще жив? Тогда он закричал, и его глаза загорелись святым огнём. Но прежде, чем кто-то смог понять, что происходит, нечто, подобное реке горящей смолы выскользнуло из ямы, и утащило этого старика в бездну.

Перевод — А. Черепанов

Йок Некромант

Воистину, добрым батракам из Ворнаи было известно, что Йок, толстобрюхий писарь с Улицы Лягушек, был колдуном, достигшим немалых высот в своём тёмном искусстве; и когда случилось так, что многие из числа батраков загадочно и при странных обстоятельствах исчезли, эти же добрые люди вопиюще быстро и без доказательств возложили вину на этого