Чёртовы колядки - Алёна Берндт

столько дел! Нужно разобраться с долгом Серафимы Павловны, и придумать, как помогать ей на постоянной основе таким образом, чтобы она не почувствовала себя обязанной мне. А это… то, что рассыпалось перед моей дверью, не имело больше ко мне никакого отношения.

«Нужно замести веником, – подумала я буднично, словно просыпала что-то по неосторожности, – И выкинуть, а то утром люди на работу пойдут!»

Но тут в открытое окно парадной влетел ветерок, от его дуновения вся чернота, рассыпанная у моей двери, как-то съёжилась, распалась в пыль и исчезла. Пол был чист, маленький коврик лежал на своём обычном месте, словно ничего и не бывало.

Я заперла дверь, вымыла руки и лицо, глянув на себя в зеркало… Это была улыбчивая приятная женщина… чем-то неуловимо похожая на Елизавету!

Спать не хотелось, и я достала старенький фотоальбом, в котором каким-то чудом сохранились старые чёрно-белые фотографии. Вот бабушка с лейкой стоит возле огуречной грядки… ещё молодая, это её мой отец сфотографировал, когда сам был жив. А вот она с моей мамой, фотография из ателье, и обе они там красивые, но немного грустные – бабушка рассказывала мне, что фото это было сделано после смерти моего деда, маминого отца. Он вернулся с войны, неся в себе её эхо – несколько осколков, которые не смогли достать врачи. И они не дали ему прожить долгую жизнь…

А вот и я сама, маленькая девчонка с бантом на голове, сижу на диване между мамой и отцом. Это был день, когда мне в первый раз прозвенел школьный звонок. И что-то знакомое виделось мне теперь в глазах этой девочки… то, что я сегодня увидела в зеркале. Только тогда она смотрела так, потому что ничего плохого ещё не случилось. А я сегодня смотрела на себя так, потому что приняла то, что было. И теперь я могу изменить то, что есть сейчас.

Глава 16

Дни стояли такие тёплые, осень в этом году радовала погодой. И я радовалась каждому дню, тем более что поводы тому были. Мне теперь было ничуть не страшно ночевать одной в этой странной квартире… да и не в квартире дело, теперь я это понимала. Этот дом, наверное, каким-то образом влиял на нас, оказался таким местом, позволившим произойти всему этому.

Не то, чтобы я стала верить во всякое там оккультное, но… Мир намного больше, шире и многограннее, чем мы себе представляем. Человек возомнил, что знает уже почти всё про обустройство окружающего его пространства, но я-то знала – это вовсе не так! Сколько ещё есть такого неведомого нам, как Карпухино, например, и как то существо, стоявшее недавно за моей дверью… Теперь я догадывалась, что погубило Антонину, и почему она открыла дверь… ведь взглянув в глазок в ту ночь, она увидела за дверью саму себя. И не вынесла этого.

Но для меня то всё было уже позади, я это знала, жизнь моя теперь была совсем другой. На работе дела наладились, даже несмотря на то, что я перестала сидеть в офисе до ночи. Я старалась выполнить всё, что нужно, в течении дня, а вечером уходила вовремя, довольная проделанной работой. Начальство на это смотрело благосклонно, ведь работа выполнена, а значит всё хорошо. Каждый вечер я долго гуляла в парке, или просто по городу, а потом покупала что-нибудь к чаю, и в восемь часов шла к Серафиме Павловне на вечерние посиделки.

– Леночка! Как хорошо, что ты пришла! – как-то вечером меня встретила встревоженная Серафима Павловна, – Мне тут письмо принесли, заказное, на почту ходила получать, да я что-то не пойму… Это какой-то розыгрыш? Посмотри ты, пожалуйста, может я, старуха, уж совсем из ума выжила?!

Я взяла письмо и стала читать, подняв брови и шёпотом повторяя слова.

– Здесь написано, что банк проводил акцию среди добросовестных плательщиков, и возвращал им часть уплаченных процентов. Вы попали в список этих счастливчиков, и сумма возврата оказалась достаточной, чтобы погасить остаток долга! Поздравляю вас, Серафима Павловна, ваш кредит полностью погашен! Слушайте… я, кажется, недавно слышала что-то такое по телевизору… реклама была, что ли…

– Да? А я телевизор не смотрю почти, он у меня старенький и не показывает… иногда звук идёт, но что толку – я лучше радио включаю. Так это что же… разве такое бывает?

– Конечно бывает, – со знанием дела кивнула я, – У меня подруга тоже такой возврат получила, «кэшбэк» называется, слово такое модное.

Под письмом стояла знакомая фамилия Бориса, подписавшего бумагу, а к письму прилагалась справка банка о состоянии кредитного счёта, так говорилась, что долг погашен полностью.

– Ох, я прямо разволновалась, – Серафима Павловна опустилась на стул, – Даже сердце что-то прыгает…

– Давайте-ка я вам давление проверю, – сказала я, – И заварим сегодня чай, необычный, а травяной, у меня есть немного, сейчас я принесу. Меня угостила моя подруга, удивительный человек…

Чуть позже мы пили чай, тот самый, из мешочка, подаренного Елизаветой. Там оставалось совсем немного, но я знала – на самые важные моменты мне хватит. Серафима Павловна успокоилась, лицо её как-то разгладилось и приобрело умиротворённое выражение.

– Не оставляет меня моя Женечка, мой ангелочек, наверное, это она мне так помогает, – сказала она, глядя на фотографию дочери, – Знаешь, Леночка, а я ведь не боюсь смерти. Я верю, что там мы будем все вместе, с теми, кого мы любили всей душой и продолжаем любить! Ведь душа – она бессмертна… А чай у тебя хорош, очень вкусный. Раньше мы тоже собирали разные травы, когда я сама ещё девчонкой была, с бабушкой в лес ходили, и на луг… Зверобой, мяту собирали, Богородскую траву, и душицу. Сейчас, конечно, можно всё в аптеке купить, какой хочешь сбор, но всё же это не то… Вот когда своими руками собрано, веточки перебраны, листочки один к одному, да у печи высушены – особый аромат и силу такой чай имеет.

– Да, вкусный чай. Я думала к нему ещё мед купить, собиралась поехать на рынок в выходной. Да и вообще нужно бы на зиму купить пару банок медку, я привыкла, с блинами… или с хлебом.

Тёплые, приятные воспоминания снова