Пригород - Лора Кейли

Глава 16

Льюис

Он сделает всё сам, ему не нужна ничья помощь. Льюис пытался выяснить, куда переехал этот тип, – сначала он позвонил в приёмный покой психиатрической больницы и представился дальним родственником Доусона, но, по-видимому, таких родственников было у каждого пациента по нескольку в виде шифрующихся детективов и журналистов, так что там сразу сказали, что подобную информацию не дают. Потом он позвонил в полицию, но сразу же повесил трубку, потом решил найти частного детектива, но подумал, что так или иначе любой детектив сдаст его полиции, случись с этим Доусоном что. Льюис просидел в интернете до полудня, вбивая его имя, но не нашёл ни адреса, ни номера страховки. После он решил найти его родственников, он проклинал себя, что ничего не оставил – ни газет, ни записей новостных репортажей… Точно, новости! Он залез на сайт телекомпании, которая транслировала тогда его арест, но самым старым записям было не больше пяти лет. Найдя порядка ста Доусонов в округе, Льюис решил проверить их всех. Если ему не изменяла память, у этого парня должен был быть отец, отцу сейчас где-то шестьдесят. Он не нашёл живых шестидесятилетних Доусонов, было только два, и оба мертвы.

Льюис уже решил бросить это всё, когда телефон разразился пронзительным звоном. Он нехотя, но подошёл.

В телефоне всё тот же голос:

– Так и ходишь по проституткам?

Льюис бросил трубку и начал опять прокручивать список всех Доусонов, каких только мог найти.

За порогом чьи-то шаги. Льюис закрыл ноутбук и встал из-за стола, он не хотел знать, чьи они, не хотел открывать дверь, но ноги сами вели его туда.

Дверь щёлкнула и отворилась.

На пороге – газета, старая, с уже погнутыми уголками, он помнил её, он читал её тогда и видит сейчас, как будто этих лет и не было вовсе, как будто прошлое само пришло за ним.

Льюис поднял газету и зашёл в дом. Развернул пожёванные временем листы, какая-то записка упала на пол, но он и не взглянул на неё.

Он читал слова в статье, но они, не складываясь никак, так и оставались словами, отдельно разбросанными по странице. Он встряхнул газету, всмотрелся в неё снова, пытаясь сфокусировать взгляд и собрать мысли воедино, но уловил лишь отдельные части обрубленных фраз.

«Жестокое преступление… Убита молодая женщина… Преступник задержан на месте…»

Льюис смотрел на фото, его возвращало в прошлое, он опять видел тот день, один репортаж сменял другой, в доме не выключался телевизор:

– Сегодня проходит второе заседание по делу Рони Доусона, убийцы-психопата, как его прозвали в округе, – говорила репортёрша с красивой причёской. – Примечательно, что все соседи отзывались о парне как о совершенно спокойном человеке, но, как говорится, в тихом омуте… Нам согласился дать интервью адвокат со стороны обвинения. Скажите, пожалуйста, есть ли на счету подозреваемого другие преступления?

– Пока у следствия нет такой информации, но даже если бы была, до предъявления официальных обвинений мы не можем её разглашать.

– А несчастный случай у клуба?

– Простите?

– В этот же день было найдено тело молодого человека, сброшенного с крыши городского клуба.

– А, вы об этом, – протянул тот. – Пока обвинение только рассматривает данную версию.

– Но это может быть делом рук Доусона?

– Я пока не могу это комментировать.

– Нам стало известно, что подозреваемый не стоял на учёте как агрессивный больной.

– Это ни о чём не говорит, приступы ярости у таких людей могут случаться нечасто, раз или два за всю жизнь, но и этого бывает достаточно для такого исхода.

– Удалось ли вам поговорить с преступником?

– С обвиняемым.

– Да, простите, удалось ли вам поговорить с ним? Признал ли Доусон свою вину?

– К сожалению, не удалось. Всё, что он повторяет, – это бессвязные фразы.

– Что, например?

– Что-то про часы, стрелки, минуты… какой-то параноидальный бред…

– Может, в этом что-то есть, какой-то шифр?

– С ним работают психиатры, у них большой опыт, если это будет что-то значить, я думаю, мы это выясним.

– Какого наказания вы добиваетесь для подсудимого?

– Не будь он с диагнозом, мы бы настаивали на пожизненном заключении, но в данном случае будет устанавливаться степень его вменяемости.

Льюис отложил газету.

На полу жёлтый стикер – два слова, две цифры: Вест Стрит 73.

Льюис забил адрес в компьютер.

Это было всё там же… В том же проклятом городке, только на другой улице, немного дальше от прошлого дома Доусона. Каких-то пару часов, и он увидит его. Льюис пошёл к кухонному столу и выдвинул ящик, достал нож, но тут же его положил, задвинув ящик обратно.

«Ты просто трус, Льюис, – звучал в голове тот самый голос, – ты просто трус».

Дождь лил напропалую, дворники работали как сумасшедшие, оставляя после себя водяную пелену на стекле, на переднем сиденье всё та же газета, в голове лишь обрывки из старых теленовостей.

До города чуть больше ста миль, Льюис жмёт на педаль, его заносит на лужах, он выруливает из колеи и мчится опять. Крутит ручку приёмника, он не ловит сигнал, через пару минут сквозь помехи радиостанций проступает всё тот же джаз, у Льюиса сводит желудок и темнеет в глазах, он терпеть его не мог, эта музыка вызывала животный страх. Льюис перебирает частоты, через треск – перебивка полуденных новостей. Дождь утихает, через тучи виднеется свет, голос диктора слышится чётче.

– Вчера после восьмилетнего пребывания в учреждении закрытого типа был выпущен на свободу опасный убийца по фамилии Доусон. Напомним, что мужчина обвинялся в трёх убийствах, но позже обвинение в одном было снято. Следствие пришло к выводу, что удары второму потерпевшему были нанесены левшой.

Льюис посмотрел на свои руки – он и сам был левша.

Треск приёмника.

Другой голос диктора, Льюис будто перенёсся в прошлое…

– Мы сейчас находимся у здания суда, где состоялось третье слушание по делу Доусона. Вы можете услышать голоса протестующих – скандирующих: «Убийце – смертный приговор». Люди недовольны таким решением.

– Скажите, по вашему мнению, приговор слишком мягкий?

– Восемь лет – это слишком мало. Через восемь лет он вернётся в город и начнёт опять убивать, мы не знаем, что в голове у этого психа…

Сигнал опять сбился помехами. Остальную часть пути Льюис ехал в тишине. Любые звуки пойманных станций напоминали ему о прошлом. В то время никто не выключал приёмников, все ждали последних новостей. Телевизионные репортажи, радиопередачи, газеты – все в однотипных статьях: «Маньяк-убийца», «Неадекватный Доусон», «Кого он