Сцены из жизни дознавателя Шишкина (СИ) - Востриков Михаил

Его начальник Отдела — полковник, и менты из Отделения полиции будут счастливы, им работы меньше. Ну а чего, всё абсолютно законно, труп нашёлся, судмедэксперт нашёлся. Живая! Событий заявленных преступлений нет, что и берём за основу отказа.

В театр тоже уже сообщили, что труп артиста их балета оперативно уничтожен по эпидемиологическим, но не опасным для окружающих основаниям (так они с начальником Бюро в акте написали, придумали). Труп с Эллы и морга списали, Кащей счастлив.

В театре тоже счастливы, что им самим хоронить не придётся. Родственников-то нет, одинокий был человек. Вроде есть сестра, да где её найти. И служебная комната освободилась опять-таки. Что при нынешнем дефиците жилья в театре совсем нелишне. Вещички покойного соберут и снесут в ближайший Храм раздать в них нуждающимся. Вывесят в холле некролог с тремя гвоздичками да и всё. Ну а что они ещё могут сделать?

«… Копия Постановления — Заявителю и Прокурору Красногвардейского р-на СПб» — заканчивает писать Валера и откидывается в рабочем кресле.

С этим всё? Да! И не нужно лишнего в официальные бумаги тащить, замотают. А лишнее-то это есть… И много. И что с ним делать? А пока только неофициально, для себя, для памяти, всё записать в отдельном файле и пусть лежит, хлеба не просит.

А чтобы совсем уже всё, завтра нужно заехать в комнату покойного и всё там самому внимательно осмотреть (ключ на связке, из барсетки покойного взял в морге). На всякий случай.

А вообще, весь вчерашний день, это мистика какая-то… А все менты в мистику верят! Почему?

Менты и мистика

Каждый злодей считает, что он самый умный и хитрый. И что именно его никогда не поймают. И так же считали 100% сидельцев переполненных российских тюрем и зон. А потому что на дело они шли или в одиночку или в составе небольших коллективов, а против них потом сработало Правосудие — огромная система мотивированных, специально обученных, опытных и не менее умных и хитрых людей — оперов, дознавателей, следаков, адвокатов, судей, прокуроров и др. Да, да, адвокаты, они тоже «против» злодеев. А как вы хотели, адвокатам на что невиноватые и бедные?

Вот и выловили их. Вот и посадили.

Но действительно некоторым злодеям удается обхитрить Правосудие, как-то само так выходит. В основном из-за случайного везения и статистики, которая говорит, что стопроцентной раскрываемости не бывает. Вот эту череду нераскрытых пока преступлений — «висяков», «глухарей» и можно считать мистическими. Все происходит почти на виду, но по какой-то неведомой причине при этом не остаётся никаких зацепок и улик. Вот и «висят» нераскрытыми уголовные дела. Слава Богу, не бесконечно. А до установленного Законом окончания срока давности. А не было бы его… В общем потом «висяки» списывают.

Но это не вся мистика в работе правоохранительной системы… Это ещё Вера в Бога и его Святых.

Так у Валеры есть один знакомый батюшка, митрофорный протоиерей, настоятель прихода в самом центре СПб. Познакомились и подружились они на одном эпизоде с кражей икон. И у него в Храме висит большая мироточивая икона Святого Праведного воина Феодора Ушакова — русского адмирала, при жизни которого ни один его корабль в боях не пострадал. И благовонное миро постоянно течёт со свитка на этой иконе, где написаны такие слова:

«Не отчаивайтесь! Сии грозныя бури обратятся к Славе России».

А в руках у Фёдора Фёдоровича кроме свитка… Правильно! Адмиральский жезл — «полосатая палочка». Очень похоже! И все заступающие на дежурство экипажи ГАИ прямо с развода в обязательном порядке в тот Храм на минутку заезжают и свои «полосатые палочки» тем миро мажут. И в конце смены тоже заезжают, «доляну отстёгивают». Тьфу, ты… пожертвования конечно делают в кружки, кои храмовый клир к той иконе поближе ставит. И всё счастливы! Крепко хранит Святой Феодор Ушаков питерских ГАИ-шников к Славе России! Служить туда к ним без блата (протекции) не попадёшь! Только вот, ни на церковных службах, ни на исповеди ГАИ-шников не видно…

— Но это ничего, — говорит батюшка, — Господь все благие дела видит и на будущий Суд их творителям засчитывает.

Коммуналки

Санкт-Петербург считается не только трамвайной, но и коммунальной столицей России. В питерских коммуналках сегодня живет не менее полумиллиона человек. А это, на минуточку, каждый десятый житель города.

Квартиры в бывших доходных домах после революции сделались собственностью нового государства рабочих и крестьян, которые «с Лениным в башке». А «бывших» уплотнили. Оставили им по паре комнат, а в остальные подселили чужие семьи. А потом и остальные уплотнили в пару раз. А самым недовольным «бывшим» попросту прострелили их контрреволюционные головы из того самого «нагана в руке».

Питерские риэлтеры коммуналки сейчас кое-как расселяют. Но идёт тяжко. Сносят перегородки, когда-то возведённые прямо посредине красивых арочных окон с прекрасными витражами, изгоняют полчища клопов и тараканов, восстанавливают художественную лепнину, драгоценный паркет, изящные изразцовые камины. Когда видишь результат, сразу понимаешь сколь ценимыми и высокооплачиваемыми в Российской Империи были профессии: инженеров, врачей и педагогов, большие семьи которых здесь когда-то жили с прислугой и приживалами.

Когда Валера служил в Отделении на Лиговке, он с местными риэлтерами знался и подметил одну особенность у потенциальных покупателей таких вот тщательно отреставрированных квартир при их просмотре. Если приезжали смотреть московские, то могли и в парадную не зайти. Сразу разворачивались и уходили, едва почуяв стойкий кошачий запах и в полутьме увидев чьи-то стоптанные ботинки на батарее. А местные питерские, даже очень богатые, чапали допустим на третий этаж как ни в чём не бывало. Просто даже не замечая запахов и разбитых лампочек в парадной! И покупали ведь эти квартиры за безумные деньги! Да и сейчас покупают. А потому что настоящие маленькие дворцы! А что парадные… они почти все такие! На Лиговке уж точно.

Вот как тут не вспомнить бородатый анекдот, один из множества, про разность менталитетов жителей двух столиц — культурной столицы Российской империи, хоть и бывшей, и Москвой, просто столицей России:

В питерский лифт заходит мужик… с сигаретой. А там уже пристроился по-маленькому другой. Едут. «Вы москвич, конечно?» — спрашивает другой, застегивая ширинку. «А как Вы догадались?». «А у нас в Питере в лифтах не курят, некультурно это!».

В общем, побывал Валера в этой коммуналке на Декабристов в комнате покойного Варфоломея Гасконцева. И без всякого ордера на обыск. А какой обыск, уголовного дела-то нет. Заодно комнату опечатал своей печатью и участковому позвонил. Пусть блюдёт выбывшее из-под опеки жильё, пока нового жильца не приведут из театра.

С соседями поговорил. Не опросил, просто собрал и поговорил на общей кухне. Нет, не водил. Ни тех, ни этих. Да, странно, такой симпатичный молодой мужчина. Спокойный. Всегда вежливый. Иногда женщина ненадолго у нему приходила. Да вы её знаете. Её все знают. Дикторша с телевидения, красивая такая, породистая, Изабелла Гасконцева. Жена? Нет, не уверены, но свечку не держали. Может сестра…

Лишнее

Валера анализирует и обобщает.

Итак, какие факты (пока без выводов) он имеет за скобками «Постановления об отказе дознавателя от возбуждения уголовного дела»:

1. Кто-то, назовём его «Чёрный человек» (ЧЧ), в пятницу днем пришёл на территорию Бюро СМЭ с улицы и сотворил там следующее: куда-то задевал на целые сутки Эллу (спасибо что вернул!), спалил в «мобильном крематории» труп Танцора и куда-то делся сам. Причём с территории Бюро он не выходил.