"Выход" - Александр Александрович Яйков

услышать в этой опасной ситуации — А теперь я согласен стать воином! Уж теперь-то меня точно ни что не удерживает в городке лицемеров, продажных дев и выродков. Так что давай Вилар, делай свое дело! Собирай всех у моего дома. Притащи свою веселую Милу, старика градоправителя со всеми нужными бумагами и заодно этого вашего непонятного ревизора, чтобы он сразу принял мое искреннее желание стать воином. А еще захвати с собой послание из палат больших знаний. И если ты соврал… надеюсь мне простят всего одну смерть?

— Конечно, конечно. Я не врал. Я обязательно приду и принесу бумагу — вновь зачастил словами напуганный угрозой здоровяк — Я все сделаю. Я приведу туда всех в самое ближайшее время. Я сделаю как ты говоришь… Только… А зачем тогда нужна Мила? Зачем ее…

— Считай ее вашим откупом за наглость и лож. Кто знает, когда я еще теперь смогу близко пообщаться с хорошей и чистой девицей. Да и ей самой это будет отличны уроком жизни — раскрыл свои намерения для Вилара и в последний раз гаркнув на него «Делай что сказано!», наконец-то отошел в сторону, позволяя ему подняться и убежать в направлении города.

— Нельзя заставлять их долго ждать. Если они успеют понять что я все еще слаб без своих характеристик, то просто задавят толпой или убьют издалека, как очень опасного зверя. Нужно поторопиться — тихо и задумчиво проговорил я, глядя в спину почти затерявшемуся меж деревьев встречающему. Ну а когда он окончательно скрылся из виду… противореча самому себе, схватился за свой топор и принялся рубить следующее дерево, отмеряя срок одной поваленной и обрубленной осиной.

Глава 6

Предчувствуя проблемы, я уже давно украл на складах и припрятал в лесу еще один небольшой топор, поэтому Вилар и сидящий на завалинке соседнего дома старик сильно насторожились, видимо сочтя увеличение оружия готовностью к возможному бою. А еще сильнее они напряглись когда небольшой топорик вонзился в угол хаты, за которым схоронился готовый стрелять лучник. Им не было известно, что до прихода сюда я скрытно обошел всю ближайшую округу возле дома и лишь найдя охотника с сидящим неподалеку воином, наконец-то решился показаться на глаза ожидающего меня главы города и его помощника.

— Если высунешься или захочешь стать героем, то следующий полетит тебе в голову — вняв моему предупреждению, видимо привыкший к миру и не готовый рисковать своей жизнью, испуганно смотрящий на меня лучник несколько раз согласно кивнул головой. А затем, не дожидаясь пока я вырву из бревна свое оружие, принялся пятиться назад, заодно утягивая за собой и растерянного мечника. Пронаблюдав за их отступлением, я наконец-то перестал игнорировать ожидавших меня мужиков. Подошел к ним и сперва посмотрел на опять сбледнувшего лицом Вилара, затем на хмурого, пытающегося сжечь меня взглядом Юдашана, демонстративно осмотрелся по сторонам и лишь после этого наконец-то спросил у них.

— Ты принес ответ на запрос о моей сестре? И где еще двое?

— Вот. Держи — не читая торопливо протянутый листок, сразу сунул его в карман и требовательно кивнул головой, прося продолжать — Девчонка ждет тебя дома. А господин Юркис опаздывает, но он обещался уже скоро прийти. Думаю он скоро будет уже тут — поспешил заверить меня здоровяк. Он кажется еще что-то хотел сказать или спросить, но я не стал ждать пока он соберется с мыслями и сразу направился в сторону своего домика. Дверь была приглашающе приоткрыта и впустила меня без каких-либо преград. Я почему-то ждал что меня внутри встретят стрелой или ударом меча, но вместо этого к моей груди поспешно прильнула девица… которой, кажется, никто не стал ничего рассказывать. Она крепко-крепко прижалась, явно не желая упускать свою ’’добычу’’ и поспешно примеряя на себя придуманный образ, принялась талантливо и довольно убедительно заливать рубаху слезами, будто бы веря в собственную историю и лож.

— Как я рада что ты согласился со мною встретиться и выслушать. Вилар сказал что у тебя «там» уже была жена и что ты ее до сих пор любишь и что ему с огромным трудом удалось тебя уговорить. Я очень очень очень сильно завидую твоей деве сердца и прекрасно тебя понимаю… Но и ты меня попробуй понять! Я тоже очень любила своего милого Инока, но этот мерзкий медведь отнял у него жизнь…, а потом ты украл и его тело. Когда мне сказали что мой любимый погиб… я едва не ушла вслед за ним. А как увидела тебя в общей едальне… Тогда начала думать что уже пришло безумие. Я решила что уже схожу с ума, но мне объяснили что ты уже не Инок. Что внутри тела моего любимого совсем другая душа. Я думала тогда несколько дней… А потом решила! Решила что хочу сохранить и продолжить память о моем дорогом Иноке в его ребенке. Я хочу чтобы у меня появилось дитя, которое будет похоже на него и надеюсь что ты не откажешь мне в такой малости. Я не прошу становится моим мужем, а просто молю о небольшом даре… даре новой жизни. Пожалуйста. Я умоляю тебя. Не отказывай мне в такой малости. Не отмахивайся от моих чувств к человеку, телом которого ты сейчас завладел. Пожалуйста. Пожалуйста, не гони меня. Пожалуйста. Пожалуйста… — в конце своей обжигающей, наполненной вполне искренними чувствами речи, в которую я даже едва не поверил, красивая светловолосая девица с мокрым от слез лицом даже попыталась встать на колени и вцепиться мне в ногу, видимо не желая упускать свою добычу. Но я все же вывернулся из ее цепких рук и отступил назад, глядя на то, как она, растирая слезы по лицу, ползет ко мне на коленях. Поражаясь такой невероятной игре и ее таланту лицедея, постоял так несколько мгновений, а потом, решив что не стоит затягивать это выступление для одного зрителя, небольшим усилием вздернул девицу на ноги и посмотрев ей прямо в глаза высказал свое решение.

— Моя дева сердца была убита людьми и даже спустя более чем полгода, я не собираюсь предавать свои чувства и память о ней. Я ее слишком сильно люблю… и ненавижу таких лживых тварей как ты. Поэтому у меня будет только один ответ и одно поучение. Мне плевать на память этого Инока, как, впрочем, и тебе самой, поэтому ты не должна удивляться моему отказу. Ну а поучение…