Сопряжение: Чернильный маг 4 - Эдуард Павлович Поляков

Ознакомительный фрагмент

— Да заруби ты его! — окликнул провокатора дуэлянт.

Из-за ран Шуйский даже не мог подняться. Отойти от летящих тотемов шамана для него значило умереть от кровопотери. Слова капитана подействовали на девушку странно. Ольга сжала рукоять до побелевших костяшек, а ее глаза наполнились какой-то торжественной обреченностью. И слезами.

Девушка применила какую-то способность. Боевой перк окрасил её ауру в красный и, роняя слёзы, провокатор запустила неизвестную мне боевую атаку. Закрутив мельницу, Ольга пошла на пролом. Не быстро, но неотвратимо. В этот момент она напомнила мне бурю, внутри которой сверкают разряды молний.

За момент её приготовлений, я мог десять раз уйти из траектории, разорвать дистанцию или вовсе контратаковать. Но вместо этого я продолжал стоять. Почему? Да понятия не имею! Да, это было глупо, но что-то подсказывало, что это правильно.

Град ударов полуторника обрушился на голову, плечи, грудь. Ещё недавно новенькая форма обзавелась сотней новых прорех, но каждый раз Аквила сдерживала удар, расходуя драгоценные очки Эфира.

А когда атака закончилась, в неверных руках девушки задрожал меч.

— Бесполезная сука, — харкая кровью, процедил Шуйский.

«Бесполезная?» — спросил я у себя. Слабохарактерная — да, но уж точно более полезная, чем шаман, что расходовал остатки маны на поддержание жизни всё ещё живого трупа. И полезнее самого дуэлянта.

Своими словами боярич разжёг во мне огонь неприязни. Он прекрасно понимал, что они проиграли. Понимал, что мы мы тупо сильнее, но из-за своих глупых амбиций Шуйский был готов на бесполезные жертвы.

— Фобос, — произнёс я, не оборачиваясь.

Семён понял меня правильно. В один рывок Вивисектор оказался рядом с Дуэлянтом. Не размениваясь на эмоции, Фобос загнал подаренный мною «Джентельмен» в глазницу Шуйского и провернул клинок.

В такие моменты Шарапов пугал меня до дрожи. Хладнокровие и флегматичность, с которой Фобос исполнял обязанности палача, не могли не пугать. Но в то же время за это я и ценил Вивисектора. А особенно ценил то, что теперь он на моей стороне.

Сделав шаг навстречу, я увидел, что Провокатор зажмурилась будто смирившись с неотвратимостью смерти. Глупышка.

Перехватив, откованный из ведунского тотема, нож подошёл на расстоянии вытянутой руки. Схватившись пальцами за дрожащий в руках Ольги клинок, я начал строгать его своим. Полуторник поддавался легко. Нож распускал закалённую сталь на стружку, точно осиновую деревяшку, а я вновь повторил своё предложение.

— Шаман, у тебя ведь не осталось маны. Так? Вы хорошо сражались, но проиграли. В бессмысленной смерти немного чести. Сдавайтесь.

После моих слов дрожь ещё больше пробивала девушку. Как итог: её побелевшие от напряжения пальцы разжались и обрубок полуторника со звоном упал возле её ног.

Орка хватило на немногим больше.

— Ну нах… — пробасил он, опуская церемониальную колотушку. — Сдаюсь.

— Вот и ладушки, — улыбнулся я одновременно с звуком гонга. — Спасибо за бой.

Вот только моё «Спасибо!» прошло мимо ушей недавних противников. Хлюпая носом, Ольга принялась расстёгивать боевой пояс. Шаман, серый как Питерский апрель, тоже начал снимать с себя артефакты.

Поначалу я не сразу понял что они творят, но потом вспомнил слова арбитра. «Любые артефакты боевого или защитного типа разрешённы, но потерянные в ходе сражения, они является трофеем победителей.» — кажется так звучали его слова.

— Ну-ну, Ольга. Вряд ли мне подойдут твои серьги, — улыбнулся я, останавливая девушку. — Они конечно красивые но, увы, не мой фасон.

Провокатор остановилось. Не сразу, но шутка дошла до сознания девушки, и впервые, за всё время, я увидел на лице Ольги робкую улыбку.

— Сава, бубном и колотушкой я тоже пользоваться не умею, так что не надо. Оставь, — произнёс я уже орку.

— Отказываешься от трофеев? — с недоверием произнёс шаман.

— Не от всех — поправил его я и указал на труп боярича Шуйского. — Вы хорошо дрались и ваш лут я не трону, а вот с вашего капитана сниму всё до пропотевших стелек.

И закончив свой монолог, я не прощаясь развернулся и ушёлк своим.

Глава 4

— Зря ты это, — неодобрительно произнёс Семён.

— Что именно? Оставил им артефакты? — удивился я. — Ты видел их снарягу. У девчонки только щит нормальный был. Остальное — мусор.

— Я про другое. Ты вышел в одиночку. Глупо и рискованно, — пояснил Вивисектор.

Шарапов с малых лет воспитывался как будущий офицер. Для него необоснованный риск — преступная глупость, и в этом он был полностью прав.

— Ты прав, — согласился с ним я. — Вот только мы знали против кого выходим. Пуговка просила дешёвых понтов, и я решил, что риск оправдан. Так оно и случилось.

— И всё равно это неправильно, — настаивал на своём Семён.

У арены нас уже ждала делегация по встрече. Пуговка, Змеяда и девчонки. Не хватало только Кати. Мой будущий тесть отправил её вместе со старшим братом на Сахалин. Вроде как они закладывали новый питомник по изучению магических тварей. Как сказала морферика «Клановые дела — прежде всего.» И с ней я был полностью согласен.

— Довольна? — спросил я у Пуговки. — Такого хайпа ты хотела?

— А ты позер! — усмехнулась она. — Круто получилось. На официальной трансляции было всего четыреста тысяч зрителей, но запись соберёт раз в сто больше!

— Не слушай эту зануду! — перебила её Змеяда. — Это было брутально и правильно! Не удивляйся, если на следующем матче на сцену полетят женские трусики!

Зазвенел смарт, и поднимая трубку, я сделал жест, чтобы замолкли. На том конце оказался отец и выслушав его, я ответил, что скоро буду, и положил трубку.

— На отца совершено нападение. Пуговка, открывай портал, — произнёс я скороговоркой.

Холодный липкий страх за отца заставил задрожать колени. А ещё я пожалел, что в погоне за славой вышел в одиночку. Бой прошёл хорошо, но истощил ману и эфир.

Фубля, будто почувствовала моё неуверенность и боднув колено головой, смотрела на меня всеми тремя парами глаз. Мол, «Ты чего хозяин? Боишься?»

— Парни, Вы со мной? — почему-то спросил я у друзей.

На самом деле глупый