Незримый мир. Противостояние - Егор Аянский

реальный шанс обскакать Лешего.

И, в конце концов, телефон снова зазвонил.

— Да! — с нетерпением ответил я.

— Судно называется «Поэзия»! — выпалила Афродита.

— Это точно?

— Совершенно. Оно вообще единственное за ту неделю, которое отправилось в кругосветку, и именно шестнадцатого мая.

— Ты узнала, где оно сейчас?

— Завтра днем прибывает в порт Эль-Мукалла. Это Йемен.

— Йемен, Йемен… — забормотал я.

— Ну ты и двоечник! — рассмеялась Лерка. — Это юг Аравийского полуострова, Аденский залив. Про сомалийских пиратов что-ли никогда не слышал?

— Точно!

Я моментально вспомнил приблизительную географию этого места.

— Так что? Мне лететь в Эль-Мукаллу?

— Пока не надо, — немного подумав, произнес я. — Ты в Таверне Ньюмана ходоков видела?

— Вообще пусто! Ты до сих пор в город не заходил, что ли?

— Не-а.

— Приятно удивишься! В нем тысяч семь человек живет от силы. У них Таверна размером с мой дачный домик.

— Отлично! Сделаем так, — быстро заговорил я. — Скорее всего Леший выставит наблюдателей в порту Йемена и его окрестностях заранее. Так что лети-ка ты пока в это самое Сомали и найди пустую Таверну, поближе к к морю. Дальше будем думать.

— Поняла!

— Алло!

— Нашла! Город называется Босасо! Правда здесь в Таверне полно народа, но они все до одного чернокожие, бедно одетые и без колец. На ходоков вообще не похожи. Думаешь, среди таких могут быть люди вашего Лешака?

— Лешего… — поправил ее я. — А пустой Таверны нет?

— Вообще ни одной! Тут люди какие-то дикие. Представляешь, они прямо сейчас пытаются драться с Администрацией!

— Ясно, — вздохнул я. — А в Незримом мире такая же обстановка?

— Секунду… Сейчас перезвоню.

Минута ожидания и снова звонок.

— Да?

— В Незримом почти никого! Только парочка чернокожих ходоков мелькнула.

— Они ждут кого-то, или просто ходят?

— Уже вышли на улицу и направились куда-то в город.

— Прямо сейчас в фойе пусто?

— Да!

— Снимай номер на двоих — я лечу!

Через пару минут мы с Леркой сидели в баре Таверны Босасо и потягивали апельсиновый сок, пытаясь придумать дальнейший план действий.

— Может наймем катер и просто приедем в Эль-Мукаллу через Аденский пролив, не используя телепорты? Так мы вообще не засветимся, — предложила она.

— А что дальше? Да я больше чем уверен, что порт уже под присмотром людей Лешего. На корабль нам с берега не попасть, а едва родители сойдут с трапа — и нам до них уже будет не добраться.

— Это тебе не добраться. Я могу попытаться им отдать в толпе кольца с запиской, а потом будет намного легче.

— Не прокатит. Леший хоть и не следит за тобой, но в курсе о твоем существовании.

— Откуда? — удивилась девушка.

— Это давняя история. Он меня контролирует еще с Минусинска. Его люди тебя может быть и не узнают, а вот он — обязательно! После этого на операции можно смело поставить крест.

— Тогда у меня вариантов больше нет, — вздохнула Лерка и задумчиво потянула сок через трубочку.

— Зато у меня, кажется, есть… — улыбнулся я. — Ты ведь сама сказала, что здесь водятся настоящие пираты.

— Водились, — поправила она меня. — Вроде как их давно уже жестко приструнили. Сейчас они очень редко выходят в море грабить.

— Ну, старые привычки-то никуда не девались. Думаю, если им хорошо заплатить, то они согласятся.

— На что? — Афродита удивленно подняла на меня свои красивые глаза.

— Как на что? На захват кругосветного лайнера. Вроде они больше ничего делать не умеют.

— Ты рехнулся⁈ — она аж спрыгнула со стула.

— По крайней мере Леший такого финта точно от нас не ждет. Сколько минут у твоей способности призыва откат?

— Двадцать. Но… Влад, да это ведь чистое безумие!

— Может и безумие… Посиди пока в номере и нигде не светись, я тебе скоро позвоню.

— А ты?

— А я пойду искать местных корсаров.

Из Таверны я отправился на прогулку по Босасо, а точнее — в портовый рынок. Задача была проста: найти туземца, который бы говорил по-русски. Если на английском я еще как-то мог изъясняться, то вот сомалийский для меня вообще был темным лесом. Вторым официальным языком этой страны был арабский, что никак не улучшало положение. И все-равно я надеялся на успех. В городе проживало почти полмиллиона человек и шансы найти переводчика были достаточно высоки.

Конечно же я предварительно забинтовал палец с кольцом. Афродита сказала, что местные активно атакуют Таверну, а значит новости о Незримом мире дошли и сюда. Привлекать к себе внимание в полубандитской стране наличием заветного перстня мне точно не хотелось.

— Ду ю спик раша? — я бессчетное количество раз подходил к местным торговцам, но те только отрицательно мотали головой и тут же предлагали купить у них товар.

— Ду ю спик раша?

— Ду ю спик раша? — и снова облом.

…

Так я и бродил среди толпы этих чернокожих людей, словно белая ворона. Европеоиды и азиаты попадались здесь крайне редко, однако они тоже ничем не смогли мне помочь.

И все-таки Фортуна обратила на меня внимание:

— Русскай? — на мое плечо легла чья-то рука.

— Ты говоришь по-русски? — я обернулся и вопросительна уставился на худого полуголого эфиопа. Э-э-э… сомалийца, в смысле…

— Говрить русскай ни многа! Кумар мня сказать — ты искать русскай!

Он ужасно коверкал мой родной язык, и все же это было лучше, чем ничего. Спрашивать кто такой Кумар я, естественно, не стал, поскольку на рынке новости обо мне могли пройти через сотню рук.

— Как тебя зовут? Есть хочешь?

— Либан завут. Есть хачу, — быстро закивал он.

— Веди.

Мы остановились в небольшой забегаловке на побережье. Мой новый знакомый сразу же начал тыкать в меню пальцем, пытаясь заказать все и сразу, чем поверг в шок официанта. Тот вопросительно посмотрел на меня, словно не доверял местному попрошайке, но я просто продемонстрировал ему пачку долларов и деньги оказались лучшим переводчиком.

Уже через полчаса туземец довольно потирал раздувшееся пузо и был готов меня слушать.

— Ты знаешь, где найти ваших пиратов? — я не стал ходить вокруг да около, поскольку долго общаться с этим парнем было выше моих сил.

— Либан все знать! — довольно кивнул он. — Пират — тоже знать!

— Познакомишь? Ты мне будешь нужен в качестве переводчика.

— Либан все делать! Либан отдавать свой жопа, если русскай многа платить!

Хм… Смелое заявление…

Я отсчитал ровно тысячу баксов и положил перед ним на стол:

— Это если ты меня отведешь к ним. А вот это, — я помахал перед его носом оставшейся пачкой стодолларовых купюр, — ты получишь, если я с ними договорюсь.

— Идем! Либан отвести тебя к самый главный главарь! — он поднялся со стула и махнул рукой, куда-то в направлении побережья.

Мда-а-а… Если центральная часть Босасо и порт выглядели еще относительно неплохо, то место, в которое меня отвел проводник, сразу заставило о нем думать, как о филиале морского Ада. Какие-то непонятные домики из контейнеров, а то и вообще построенные из чего попало. Голозадые дети, стаей бегающие вокруг меня, и отчаянно пытающиеся залезть в карманы; их постоянно орущие мамки с тряпками в руках; хмурые отцы с длинными ножами, потрошащие рыбу прямо рядом со своим жильем. Последние выглядели особо неприветливо, однако Либан им что-то постоянно орал на местном и нас не трогали. Все это зрелище сопровождалось жутким смрадом, исходящих от куч гниющего мусора, разбросанных тут и там.

— Туда идти! — переводчик указал на большую постройку вдали, внешне похожую на ангар для лодок.

Мы проследовали вдоль опустевшего берега, перешли на какие-то мостки над водой, и наконец оказались возле затянутого старым пледом входа.

— Туда ходить! — Либан любезно отодвинул тряпку в сторону.

Я пригнулся под низким косяком и шагнул внутрь, а через секунду мне в лицо уставилось дуло автомата.

Ну что же… Примерно так себе я и представлял начало нашей встречи.

Глава 3

Трое. Все чернокожие, у всех недобрые лица, у всех в руках автоматы. И совсем непонятно, кто из них главный. Никаких отличительных знаков, даже украшений нет. Одеты одинаково: однотонные рубашки, камуфляжные штаны, армейские ботинки. И уж конечно никто из них не являлся ходоком. Как я и предполагал, разговаривать по-человечески они со мной явно не собирались. Приди я сюда без кольца, и эта встреча могла стать в моей жизни последней.

Обвожу глазами полутемный ангар: большое углубление с водой по центру — видимо для того, чтобы