Мера ноль (СИ) - Изотов Александр

Как забраться наверх, я не знал. Не видно было ни ступеней, ни какого-либо другого подъема. Скорее всего, они сбрасывали вниз веревочную лестницу.

Дальше, за скалой, я увидел этот самый проход. Две горы образовывали между собой широкую щель, а их вершины уже утопали в черных облаках, нависающих со всех сторон. Здесь, ближе к этой завесе из туч, казалось, что стоишь прямо перед надвигающимся на тебя штормом.

– Что будем делать? – спросил Рычок, настороженно оглядывающийся назад.

Скоро нас должны нагнать преследователи из деревни, и решение нужно было принимать быстро.

– Кажется, этот мастер Женя не предусмотрел подачу сигнала в обратном порядке, – сказал я, – С нашей стороны остается элемент неожиданности, так что пробуем пробежать.

Мы дождались, пока ноль зайдет за костер и направится к будке, и понеслись к основанию скалы. Я обошел по широкой дуге то место, где ноль справлял нужду, Рычок недовольно сморщил нос.

Задирая голову, мы бежали вдоль подножия, и чуть не споткнулись о какие-то деревянные конструкции. Остатки дощатых подмостков, обломанные, почти иструхлевшие жерди. Все было свалено в кучу.

– Что это? – спросил Рычок.

– Кажется, строительные леса, – сказал я, – Видимо, некому убрать, а может, на дрова используют.

И в этот момент сзади раздался вой трубы. Ну, все, вот теперь точно тревога.

– Так, Рычок, – я стал вытягивать один из полуразваленных настилов подходящего размера, – Помогай!

– Что это? Зачем?

Мы достали длинный настил, еще неплохо сохранившийся, но в паре мест зияли дыры. Я схватил его за один конец и, тужась, стал поднимать.

– Давай, закидываем на голову.

Прикрылись этим трухлявым щитом, я все пытался пристроить копье так, чтобы обхватить его вместе с краем настила. Рычок встал за моей спиной. Я проследил, чтобы сзади конец настила выглядывал подальше, прикрывая спину Рычку.

– Все, давай!

Мы побежали вперед, к ущелью.

Некоторое время, пока мимо проплывало подножие скалы, было тихо. Повторилось тревожное пение трубы, и сверху в ответ забил гонг. Мы выбежали напрямую к ущелью и пронеслись мимо бревенчатых ежей, обструганные концы которых отливали краснотой.

От каких же тварей защищают проход эти нули? Впрочем, я помнил то стадо скорпионов, там самые крупные вполне могли поспорить размерами с танком.

В настил стукнул первый болт, его кончик опасно выглянул над моей головой. Мимо просвистел и воткнулся в землю другой.

– Стреляют! – крикнул Рычок.

– Вижу, поднажмем.

Мы прибавили шагу, стараясь поскорее выйти из зоны обстрела, и чуть качались из стороны в сторону. По настилу еще пару раз ударили стрелы. Все-таки дальность стрельбы у арбалета считается ниже. Лук мощнее, но обычный ноль не сможет на нем даже тетиву натянуть.

– Да-а-а! – крикнул я, когда болты стали падать реже.

– Почти ушли, – сказал Рычок, – Я вижу выход, скалы расхо…

Он споткнулся, я сразу ощутил вес настила на себе. Я пробежал еще пару шагов, не сразу поняв, что произошло, а потом сбросил щит в сторону и метнулся обратно, к лежащему ничком Волчонку. Он ворочался и пытался подняться.

Я меня по спине пробежал холодок – у него в плече торчал, едва не вываливаясь, болт с красным оперением. Видимо, пробился через дырявый щит.

Упав на колени, я проскользил по гравию и выдернул смертоносный снаряд. Если он слабо воткнулся, восковую пленку могло и не сбить. Вот только почти зеленое лицо звереныша говорило об обратном.

– Рычок! – я схватил его и попытался поднять, – Нет!

В двух шагах передо мной в землю воткнулся еще болт. Он торчал почти вертикально, и значит, здесь уже была предельная дистанция.

Меня мутило от усталости, казалось, будто это в меня попали отравленным снарядом.

– Да встава-а-ай! – я закинул его руку себе на плечо и потянулся к лежащему неподалеку копью, – Дава-а-ай, зверье пустое!

Пальцы проскребли по древку, я ощутил прилив сил и дернул Рычка к себе на спину.

– Пе-е… ри-и… – прохрипел Волчонок.

Я схватил копье и, пригибаясь под весом зверя, попытался встать. До меня даже не сразу дошло, что, по идее, Рычок должен был сразу погибнуть. Но он все еще шевелился, пытался что-то сказать.

– Вперед, да, вперед! – я, пошатываюсь, зашагал.

Я не стал оглядываться, боясь свалиться.

– Во… д…

Рухнув на колено, я подставил руку с копьем, больно ударившись о камни костяшками. Я зарычал и снова поднялся.

– Гребаная нулячья сила!

– В… ды… – прохрипел Волочнок, пытаясь тоже идти.

До меня дошло. Вода! Ему нужна вода.

Ну, точно, этот малой владеет стихией воды. Он научился с горем пополам глушить действие яда в своей крови, пока его пытали малыми дозами.

К тому же звери обладают звериным иммунитетом. Сразу вспомнились старые книжки про древних убийц-нинздя. Говорят же, некоторых с детства пичкали ядами, чтобы организм учился бороться с ним. Возможно, с этим зверем произошло то же самое.

– Да где ж я тебе воды-то найду, – я пер вперед, как паровоз, Волчонок тоже пытался переставлять ноги, становясь все тяжелее.

– Жур… – он с трудом сглотнул, и на миг поднял руку с вытянутым вперед пальцем, – …чит…

Его рука безвольно упала, он навалился на меня…

– А-а-а! – я закричал, упал на колени, сам уже едва не срываясь в видение стержня духа.

А это реально плохо. Если еще и я потеряю сознание.

– Ха-а-али! – крикнул я, – Приди-и-и!

В ответ было молчание. Я стиснул зубы чуть ли не до скрипа, поднялся, попер дальше.

– Жр… чи… – выдохнул Рычок, все медленнее переставляя ноги.

И тут я тоже услышал. Где-то впереди, там, где стены ущелья уже расходились, действительно плескала вода. Я чуть удобнее перекинул через плечо руку звереныша и рванул, добивая остатки сил.

Сверху спустился светлячок духа и влетел мне в грудь. Стало полегче. Гребанное Небо оценило мои усилия и вознаградило.

Выползая из ущелья, я увидел справа ручей, спускающийся со склона горы.

– Сейчас! – я вышел на последний марш-бросок.

Позади послышались крики, но мы уже завернули за скалы. Чертовы нули, только бы дотащить Рычка. Он не шевелил ногами, и я понял, что выдыхаюсь.

Я не поверил своим ушам, когда ноги заплескали по воде. Я сразу скинул зверя, тот упал лицом в воду, сквозящую через щебенку. Рычок не шевелился.

Плюхнувшись на колени, я хотел перевернуть его, но над головой просвистела стрела. Краем глаза я заметил движение и кувыркнулся вперед, схватив лежащий на спине зверя арбалет. Лямка не дала нормально прицелиться, и я только пробил ногу нулю, бегущему ко мне.

Красное оперение не оставило ему шанса. За ним бежало еще двое, а вдалеке из ущелья уже выбегало подкрепление.

Я перехватил копье и метнул. Следующий противник рухнул как подкошенный, завалившись на спину, а я схватил нож с пояса и кинулся добивать оставшегося.

Вот только без копья я не пробежал и пяти шагов, как рухнул на четвереньки.

– Достойная смерть для такой твари, – услышал я знакомый голос, – Спасибо, что мой нож не потерял.

Мне в затылок уперся арбалет. Ой, зря… Зря я не убил своих охранников возле избы. С это мыслью я поплыл, медленно сваливаясь в обморок.

Раздались приглушенные вскрики, рядом что-то упало. В уши влетел вой трубы, и задрожала земля. Потом воздух сотряс утробный рокот. А я все плыл и плыл, и никак не мог вынырнуть, ухватиться за сознание.

В руки что-то уперлось, пальцы обхватили знакомое древко… По мышцам прокатилась сила и плеснула в мозг бодрости.

– Держи свое копье! – прошипел Рычок, оттаскивая меня в ручей за укрытие.

Я забарахтался, заработал руками и ногами, и стал ему помогать. Через пару секунд мы заползли за большой валун и залегли. Ледяная вода быстро пропитала одежду, я чуял, как она струится под локтями.

– Что происходит?

– Тс-с-с! – Рычок прижал палец к губам, смотря на меня круглыми глазами.

Я смотрел на него – бледный, с мешками под глазами, волосы мокрые. Прямо у меня на глазах он зарылся лицом в залитый гравий и стал пить.