Вне игры (СИ) - Сугралинов Данияр

– Э… – Напористость и в то же время равнодушие торговца-приемщика ошеломили. Подсознательно я уже думал о профессии и остановил выбор на Горном деле. Но хотелось получить больше информации. Вдруг здесь жилы наперечет? – А что обычно выбирают новички?

Наверное, мне повезло в том, что торговец был один. Парни, стоявшие у входа, исчезли, другой очереди не наблюдалось, и гоблин, видимо, заскучал.

– Послушай, Скиф, здесь все новички. Эти земли открылись лишь пару дней как. Но я уже работал на такой же позиции во владениях «Детей Кратоса» и скажу прямо: богатым ты не станешь, какое бы ремесло ни выбрал. Чем больше рабочие будут добывать, тем ниже будут ставки, так все и работает. Поэтому ориентируйся при выборе на другое. Любишь природу? Работай сборщиком трав, учебник и корзину я выдам. Нравится вода? Лови рыбу, удочку получишь. Любишь замкнутые пространства и монотонные физические упражнения? Тогда твой путь в рудоко…

– Не люблю замкнутые пространства, – перебил я.

– Но физические упражнения любишь точно, ты же горазд кулаками махать! – ухмыльнулся Толвагрум. – Что вылупился? Ничто человеческое мне не чуждо, я смотрел Демонические игры по Шару Эгерии. Черт, да я даже болел за тебя, когда ты вступился за милашку Дестини!

– Ну… допустим, люблю… физические упражнения.

– Тогда иди в дровосеки. Лес, природа, птички поют. Маши себе топором под открытым небом и радуйся своей никчемной жизни.

И я подумал: «Почему нет? Какая разница, чем махать – киркой или топором?» Рыбалка да сбор трав не по мне, а… Стоп. Может, можно стать шкуродёром? Ведь шкуры снимают с трупов животных, а для этого их сначала надо превратить в трупы.

– Мистер Толвагрум, какой инструмент вы выдаете охотникам? – спросил я, надеясь, что ответом будет «меч» или «лук».

– Нож для снятия шкур, разумеется.

– Можно посмотреть?

– Чего же нельзя, можно. – Он показал маленький изогнутый ножик с уроном «1» и посмотрел мне за плечо. Отобрав инструмент, буркнул: – Берешь? У меня нет времени с тобой нянчиться, вон, другие ждут своей очереди.

Обернувшись, я увидел за порогом Майю. Девушка что-то кричала, трясла кулаками и показывала угрожающие и вульгарные жесты. За ее спиной маячила троица парней, которых я уже видел. Они стояли, набычившись, и взгляды их не предвещали Скифу хорошей жизни. Самый высокий приобнимал Майю. Поймав мой взгляд, он недобро улыбнулся, улыбка получилась лошадиная: губы поднялись, обнажив желтые редкие зубы вместе с деснами. Понятно: его девушку обидели, обидчика ждут проблемы.

– Не уверен, что они к вам, – сказал я гоблину. – Ладно, давайте топор. Буду валить лес. Что потом с ним делать? Куда сдавать-то?

– Пока – мне. К концу недели боссы обещали добить инфраструктуру, – вздохнул гоблин. – Поставят лесопилку, будешь сдавать туда.

В руках Толвагрума появился топорик длиной в локоть – как таким рубить лес?

Старый топор дровосека

Ветхое рубящее оружие.

Урон: 1–2.

Прочность: 11 / 12.

Цена продажи: 0.

Я закинул топор в инвентарь.

– Не сломай и не потеряй. Починкой займется кузнец, когда поставят кузницу. Если лишишься топора, новый придется покупать, – предупредил Толвагрум. – А теперь вали, Скиф, и не появляйся, пока не забьешь инвентарь лесом.

– Даже «бодряка» не предложите?

Он покрутил длинным когтем у виска.

– Если ты не умеешь срать золотом или, на худой конец, медью, то не предложу. Откуда у тебя деньги? Ты ж только объявился!

Обернувшись, я оценил изменения за порогом. Кричать Майя перестала, зато ее парень недвусмысленно начать стучать кулаком о ладонь, будто увесистым молотом о наковальню. Если придется драться, то лучше освободить инвентарь, иначе буду двигаться, как черепаха.

– Денег нет, но есть руда. – Я начал выгребать из инвентаря мешок с первым стаком медной руды и пошатнулся под его весом. Бросив взгляд назад, я заметил, как перекосилось лицо Майи. Она провела большим пальцем по горлу. – Двадцать, сорок, шестьдесят… сто и еще четыре обломка.

Гоблин провел рукой, и руда исчезла в его инвентаре.

– Шесть медяков и… черт с тобой, сработаю себе в ущерб. За четыре обломка дам четвертинку. – Широкая ухмылка от уха до уха, напускное подобострастие. – Желаешь что-нибудь приобрести, Скиф?

– Может, есть топор получше?

– А как же! Но демонстрировать не буду, цены начинаются с двух десятков серебра. Есть зелья бодрости по медяку, кукурузные лепешки по два, родниковая вода – по три. Берешь? Еда и вода восстановят здоровье и немного ускорят восстановление.

– Мне бы топор посерьёзнее. Может, в кредит?

– Держи карман шире, ага. Губу закатай, работяга! Если брать не будешь, не задерживай очередь и вали!

– Комнаты в таверне когда появятся и почем?

– Три медяка за ночь. К вечеру достроят. Все? Вали, Скиф, во имя безжалостного Маглубайта, алчного и бессердечного!

– Валю, валю… – Я тянул время, думая, возвращать ли кирку и медяки Майе или вступить в бой и оценить, на что я способен. – Спасибо, Толвагрум. Рад слышать, что вы не забыли Маглубайта в своем слепом поклонении Нергалу. Всего доброго.

У гоблина отвисла челюсть.

Развернувшись, я пересек порог и оказался в окружении троицы парней и нависшей надо мной Майи. Сразу в драку они не полезли, решив, вероятно, сначала унизить меня словесно, но я перехватил инициативу.

– Держи, – я протянул Майе горстку медяков и кирку. – Обещал – возвращаю.

Девушка разинула рот, взяла свое, и я уже было решил, что обойдется миром, как между нами встрял ее похожий на коня парень по имени Венсан.

– Слышь, ты, короче, с тебя штраф, что обидел девушку. Будешь отдавать все добытое нам, понял?

– И не вздумай пгохлаждаться! – свирепо прокартавил стоявший рядом с ним коротышка, брызгая слюной. – Бошку свегнем! Я буду следить, чтобы ты габотал!

– Охренели? – поинтересовался я, отступая полубоком так, чтобы не быть прислоненным к лавке.

– Все по справедливости, Скиф, – заговорил третий, с заячьей губой. Его ник Крол был, очевидно, говорящим. – Ты отведал хорошей жизни, пришла наша очередь. А тебе нужно возвращать свой долг…

– Пегед пгавильным обществом! – гоготнул коротышка.

Хотел же по-человечески! Возвращать лут хозяйке расхотелось. Всем не угодишь, хорошим для всех быть не получится. Хотите драться? Так и быть, подеремся.

– Ох, не с того вы начинаете взрослую жизнь, пацаны, – покачал я головой. Посмотрел на Майю, она казалась обескураженной, но не вмешивалась. – Ты тоже так считаешь, Амайя?

– Я тебе все до этого сказала! – с вызовом рявкнула девушка.

Я продолжал отступать. За спиной раскинулась целая долина, и бросив короткий взгляд назад, я понял, почему ее назвали Радужной – дождь затих, и над нею семицветной аркой нависала огромная радуга.

– Скиф, – обратился ко мне Крол. Говорил он спокойно и казался самым разумным. – Не думай, что сможешь отказаться. Нас на самом деле больше, остальные просто работают. Со всеми тебе не справиться.

Сердце сжалось от досады. Парад неполноценности и тупости. И ради им подобным я рискую жизнью, подставляюсь, терплю все это? Чтобы они и им подобные получили право на достойную жизнь? Стоит ли оно того?

Я смотрел им в лица, прикидывая, кого бить первым, чтобы потом, пока будут удивляться, оторваться от погони и начать партизанскую войну. Не вечно же они будут ходить вместе?

– Парни, – задушевно протянул я, рассчитывая потянуть время, – вы хоть догадываетесь, сколько у меня друзей среди неграждан? Стали бы со мной дружить, если бы я…

– В Камерунской клоаке у тебя друзей нет. На остальных оницо нам насрать, – сказал Венсан. – Ну чо, ломать тебя, или с первого раза все поймешь?

– У тебя вообще нет дгузей здесь, – добавил Крол.

– У него есть друзья, – раздался из-за спины знакомый голос. – Посторонись, Шеппард, дай-ка я ему врежу!

Сдвинув меня плечом, здоровенный Полидевк, дровосек 3-го уровня, встал перед парнями и Майей.