Система дефрагментации. Компиляция. Книги 1-9 (СИ) - Мусаниф Сергей Сергеевич

— И какое действие им будет?

— Не знаю, — сказал Рейден. — Они должны выяснить это сами.

— Опять это обычное бла-бла-бла, — сказал я. — Мы за все хорошее и против всего плохого, каждый делает свой собственный выбор и несет за него ответственность и вот это вот все.

— Разочарован? Ожидал большего? Хочешь, я прогоню тебе стандартную телегу о противостоянии Порядка и Хаоса? О том, что Система — это Порядок, а в тебе поселились ростки Хаоса, и на длинной дистанции Порядок всегда проигрывает, ибо только в Хаосе есть созидание?

— Не, лучше не надо, — сказал я. — А то люди подумают, что тебя Желязны покусал.

— Не надо, так не надо.

— А о чем ты вообще хотел поговорить?

— Я думал, у тебя накопились ко мне вопросы.

— Только технические, — сказал я. — Как ты заблокировал Магистра? Он же Первый Игрок и все такое.

— Но он всего лишь игрок, — сказал Рейден. — Он альфа-тестер, а я участвовал в разработке. Всегда есть более глубокий уровень, о котором знаем небольшое число лиц. Для внесения правок, для того, чтобы пресекать произвол. Оберон не смог бы стереть тебя, не смог бы стереть Гарри, и, скорее всего, не смог бы стереть Виталика с Артуром. В принципе, вы бы с ним и так справились, но… Я его знаю, когда он проигрывает, он идет вразнос, так что от него можно было ожидать любых глупостей. Я решил этого избежать и освободить вам руки. Теперь уже можно. Ты уверен, что именно об этом хотел спросить?

Конечно же, нет.

Я хотел спросить его о том, правильно ли мы все делаем, но прекрасно знал, что он ответит.

Не знаю.

Не спровоцируем ли мы своими действиями какую-нибудь катастрофу, о которой предупреждал Магистр?

Сами спровоцируете, сами и разгребете.

А если не разгребем?

Все умирают. Но все умирают по-разному.

В этом, наверное, и заключалась суть того, что он называл моим воспитанием. Если ты считаешь, что это правильно, то делай, что задумал, и приложи все силы, чтобы получилось. А если не получится, то не прибегай ко мне жаловаться, ведь это было твое решение и ты это заслужил.

— Если ты все еще думаешь об Обероне, то с ним все будет нормально, — неправильно интерпретировал мое молчание Рейден. — Его способности вернуться к нему… со временем. Быть может, он еще поймет, что был неправ, и встанет на вашу сторону.

— Да плевать на него, — сказал я. — Я думаю не о нем, а о нас. О нас с тобой и вот об этом вот всем.

— А, понимаю, — сказал Рейден. — Когда ты узнал?

— Когда помер во второй раз, — сказал я.

Тогда мне многое стало известно. И многое стало понятно.

И я, в общем-то, даже не особенно удивился, когда узнал, что веду свое происхождение от того, кто в местной мифологии известен, как Бог Грома.

Мой, скажем так, досистемный жизненный путь отнюдь не был устлан розами, но с тех пор, как случился зомбиапокалипсис, все было… ну, не сказать, чтобы легче, но…

Я очень быстро адаптировался. Я очень быстро прокачался. Я понял правила, и также понял, что если очень надо, то правилами можно пренебречь.

Я шел к своей цели напролом, и когда цель изменилась, моя манера игры осталась прежней. Не думаю, что он специально делал какие-то закладки в моем билде, ведь самую главную закладку он сделал с самого начала.

Генетика.

— Так ты озвучишь вопрос? — спросил он.

Значил ли я для него хоть что-нибудь, как… я? Или с самого начала был всего лишь удобным инструментом для изменения мира, который он помогал создавать и который в какой-то момент показался ему неправильным?

Я не был уверен, что я на самом деле хочу это знать.

— Нет, — сказал я.

— Да, — сказал он.

— Что “да”?

— Ты можешь мне не поверить, — сказал Рейден. — Но все это было настоящим.

Детство.

Мама… Сильный и суровый отец…

— Если бы мне были нужны исключительно средства для достижения целей, у тебя была бы целая куча братьев, — сказал Рейден.

— А, ну да, — сказал я. — Конечно.

Мы развернулись и пошли в обратном направлении. Все так же вдоль линии прибоя, все так же по песку.

— И снова нужно сделать что-то с этим неловким молчанием, — заметил Рейден. — Кстати, что это за тип там гуляет по пляжу с потерянным видом?

— Админское зрение тебе не подсказывает?

— Я же не использую его двадцать четыре часа в сутки.

— Ясно, — сказал я. — Это Кевин.

— Тот самый?

— Нет, — сказал я. — Просто похож.

Глава 20

Видимо, костер на пляже был личной инициативой Магистра, потому что после того, как он ушел, подбрасывать в него перестали, и к моему возвращению он уже не ревел, как дикий зверь, и пламя не вздымалось к небесам, а вместо буйства огня обнаружились лишь потрескивающие угли, слабо светящиеся в зарождающемся рассвете.

Так оно часто случается. Стоит главному идеологу покинуть основанное им движение, как оно постепенно рассыпается на куски и пропадает во тьме веков.

Или в реке какой-нибудь тонет…

Гарри с Артуром не было, видимо, они ушли спать, а старая команда ждала меня, сидя в шезлонгах на веранде одного из домиков.

— Привет, физрук, — сказал Федор. — А где папа?

— Ушел, — сказал я.

— Но он хотя бы обещал вернуться?

— Я не спрашивал.

— Кевин тоже ушел, — сказал Федор. — Меч свой подобрал и ушел. Сказал, что оставляет за нами право решать, что делать с Землей и просит в дальнейшем в наши дела его не вмешивать. Думаю, больше мы его не увидим.

— Кто знает, — сказал Виталик. — Жизнь длинная, а Система хоть и огромна, но все-таки недостаточно велика. Значит, ты — сын Рейдена?

— Я сам был в шоке, когда узнал.

— А когда ты узнал?

— Чуть раньше, чем сегодня, — сказал я.

— А почему не поделился?

— Были другие дела, — сказал я. — К тому же, я не считал, что это особенно важно и что-то изменит.

— Так-то да, — согласился Виталик. — Значит, это он Элронда уработал?

— Он, — подтвердил я.

— А все остальное?

— А все остальное — не он, — сказал я. — Все остальное — это мы сами.

— Так тому и быть, — сказал Виталик. — А чего он хотел в целом? Какое ценное мнение он попытался донести до нас этим визитом?

— Полагаю, просто хотел подбодрить.

— Значит, мы все правильно делаем?

— Он этого не знает, — сказал я. — То есть, он на нашем месте сделал бы то же самое, но не может гарантировать, что это не приведет к катастрофе.

— Звучит офигеть как обнадеживающе, — сказал Виталик.

— Чем могу.

— С другой стороны, выбора-то у нас нет, — сказал Виталик. — По-другому нам Систему не переиграть.

— Увы, но тут даже я вынужден с вами согласиться, — сказал Федор. — Время работает против нас. Система не потерпит противодействия, и очередной ивент по вторжению может начаться в любой момент. Если мы хотим сохранить Землю в том виде, в котором она сейчас, иного пути нет.

— А мы сидим здесь и ни черта не делаем, — сказал Виталик. — Ты вот где шлялся полночи, Чапай?

— Гулял, — сказал я. — Надо было проветрить мозги.

— Проветрил?

— Вполне.

— Магистр пытался прорваться к точке перезапуска Земли, — как бы между прочим и совершенно будничным тоном сообщил Виталик. — Его остановили.

— Как?

— Там Гарри, — сказал Виталик. — Я его попросил.

Вот черт, а я уже почти поверил, что он сдался. Да и Рейден, видимо, ему не все способности отключил… Страшно представить, что было бы, если бы Виталик не подстраховался и не отправил туда Бордена. Все могло бы улететь в очередной откат, боевой президент пришел бы в неописуемую ярость, и… В общем, хорошо, что они об это подумали, пока я гулял.

Мне даже стало немножко стыдно.

— Жертвы были?

— Все живы, включая и самого Магистра, — сказал Виталик. — Я на прямой линии с Землей, и там все штатно, но знаешь, я предпочел бы уже начинать. Как говорится, ожидание смерти хуже самой смерти, так давайте сделаем это, черт побери.