ИМБА - Миято Кицунэ

с сильной кровью. Но один возраст, оттенок волос, цвет глаз, овал лица и даже улыбка делали девчонок как будто родными сёстрами-близнецами. Разве что у Чиё не было приметной родинки на щеке и волосы были обрезаны коротко — до середины шеи, и такие короткие стрижки у девчонок Саске не очень нравились.

— О… Стать моим учеником? — удивилась Чиё, выслушав просьбу Саске. — Ты хочешь научиться ирьёдзюцу?

— Да, мой брат… Я считаю, что это полезное умение для шиноби. Так что хочу этому научиться.

— Хорошо, — улыбнулась Чиё. — Тогда я постараюсь тебя научить тому, что знаю сама, но тебе придётся попотеть и прочитать много литературы. Ты точно к такому готов? Мальчишки больше любят бегать и всё крушить, а не учиться столь сложным вещам…

— Я готов, — нахмурился Саске. — К своему выпуску из Академии я стану лучшим ниндзя-медиком, чем ты, онэ-сан!

— «Сестрёнка»? — переспросила чуть смущённая Чиё.

— Он такой миленький, правда? — захихикала Изуми, как-то сразу став подружкой новенькой родственницы.

— Не дуйся, Саске-кун, ты становишься похож…

— На ёжика? — прищурился Саске, переживая, что его не воспринимают всерьёз.

Изуми прыснула и закашлялась, скрывая смех.

— Что? Не-ет… Ну разве что немного.

— Давай посмотрим, что ты уже умеешь, Саске-кун, — предложила Чиё. — Я подумаю, как правильно тебя нагрузить, и посмотрю подходящую литературу для тебя. И с Кабуто-сенпаем посоветуюсь по твоему поводу.

Это предложение Саске более чем устроило.

* * *

Чиё взялась за него всерьёз, и Саске усиленно начал изучать медицинские свитки. От знаний пухла голова. Впрочем, отец тоже вспомнил, что у него есть сын, и гонял нещадно. Саске с некоторой ностальгией вспоминал те времена, когда Фугаку-отоо-сана хватало лишь на Итачи. Мечта «чтобы отец заметил» внезапно осуществилась, но из-за того, что Саске очень скучал по старшему брату, радости особо не принесла.

— Я тоже удвою тренировки! — заявил Наруто, когда Саске без сил валялся на футоне и пытался уложить в голове всё, что прочитал сегодня. С выделением медицинской чакры пока был затык. Он не мог расщепить очаг, как этого требовалось для ирьёдзюцу, хотя Чиё и хвалила, что за несколько недель тренировок он хорошо продвинулся. — Ты меня не обгонишь!

— Я сегодня прочитал про медицинские печати, — язык еле ворочался, но Саске мужественно превозмогал. — Там было сказано, что автор многих из них Узумаки Мито и разные другие Узумаки. И я спросил Чиё про это…

— И чего? — навис над ним Наруто.

— Она сказала, что Узумаки когда-то жили в Конохе и их основным родом деятельности были всякие крутые фуиндзюцу. Так что… это вроде клановой особенности или вроде того.

— Значит, мне надо найти себе учителя по фуиндзюцу? — задумчиво спросил Наруто.

— Наверное, я спрошу у мамы, может, она кого-то посоветует. И она знала твою маму…

— Да, Микото-сан упоминала, что она научилась чему-то у моего отца, вроде слово было такое же, фуиндзюцу или как-то так, — Наруто лёг рядом на свой футон и вытянул руку вперёд. — Ну всё, Саске, с завтрашнего дня я тоже буду становиться ещё сильней и круче!

Саске попытался угукнуть и не смог, потому что провалился в сон.

Глава 27. Брошенное семя

Насколько Итачи помнил, Страна Птицы расположилась в горной долине и изобиловала озёрами и реками. С севера граничила со Страной Земли перевалом Конрин, с юга — хребтом Такаяма на стороне Страны Ветра, а на востоке, на границе со Страной Дождя, была самая высокая точка местной горной системы — гора Шумисэн, на западном склоне которой, в пятидесяти километрах от столицы — Иши — и расположился довольно известный Храм Тысячи Торий.

Караванные дороги шли сильно в обход, и попасть по ним в Птицу можно было только из Страны Жемчуга. Остальные пути были через горы: хребет Такаяма был пониже и известная Шисуи дорога в Птицу шла через него, но требовалось снова возвращаться к Великой Пустыне.

После совещания они решили, что торопиться нет смысла, за десять дней они успеют пройти и караванной дорогой, которая была гораздо комфортней и содержала множество закусочных, гостиниц, онсэнов и различных заведений. Так как начали они свой путь из Караты — небольшого городка северней столицы Страны Ветра, где провели пересадку глаз, то двинулись в Страну Мёда, из которой шла дорога на Йаму — столицу Жемчуга, а там уже на Иши.

В дороге Обито много болтал: кажется, его прорвало от долгого одиночества, и он подробно рассказал о том, что случилось на Третьей мировой войне, когда они получили задание взорвать Каннабикьё. Этот мост через Хироигаву, соединяющий Страну Травы со Страной Огня, Итачи видел не раз, уже восстановленным, и каждый раз поражался его величине и подвигу Четвёртого Хокаге, который в одиночку смог разрушить такую громадину, охраняемую несколькими элитными отрядами Скрытого Камня, и переломил ход войны.

— Твоя маска… — спросил Итачи, вспомнив ещё о некоторых событиях как в своей жизни, так и в жизни Четвёртого. — Как давно она у тебя?

— Э?.. — удивился Обито и достал из-за пазухи оранжевую маску с чёрными волнистыми полосами. — Эта? Мне недавно отдал её Зецу. Она сделана из чего-то, что скрывает чакру и шаринган. Поэтому я удивился, что… Что вы узнали меня.

— Когда я закончил Академию, мне формально было семь, впрочем, через пару месяцев исполнилось восемь лет. Тогда меня поставили в команду, — ровно сказал Итачи. — Впрочем, просуществовала она недолго. После десятка миссий D-ранга в стенах Конохи нам выдали важное поручение: охрана даймё Минорухи, который прибыл в Коноху на ежегодный праздник.

Шисуи тихо выдохнул, явно вспомнив эту историю, произошедшую больше пяти лет назад.

— И что было дальше? — спросил Обито, когда Итачи на некоторое время замолчал, вновь переживая ту боль, из-за которой у него второй раз «прорезался шаринган».

— На нас напали. Моего товарища убил человек в такой же маске и одежде, подобной твоей.

— Но… — Обито открыл рот. — Н-но…

— Но это был не ты, — заключил Итачи.

— Пожалуй, стоит задать пару вопросов твоему другу Зецу, — хмыкнул Шисуи. — Если бы Итачи не был Учиха и