Эльфийский маг. Жизнь вне жизни - Максим Арх

ползучие! Отомстить решили. Ну-ну. Я вам, тёмные сволочи, так просто не дамся!» — негодовал паладин, тщательно всматриваясь в отвратительную отшельническую рясу.

Увидев, что командир разговаривает на повышенных тонах, Брунхил сразу же подошёл к нему.

— Да нет. Я просто хотел поинтересоваться и задать всего один вопрос, — мямлил отшельник.

— Какой? Спрашивай.

— Я видел, когда был в деревне, что там вам открыли портал… Вы не скажете, кто это сделал?

Да. Тогда паладину действительно открыли портал, чтобы телепортировать того в город людей. Причём открыли не просто портал, а великий портал, энергию на который копили сотни магов в течение полугода. Другого выхода тогда не нашлось. Остальные порталы в мире были заблокированы, и только с помощью великого портала совет смог вернуть паладина в столицу Королевства людей. Осуществила же ту операцию его безответная любовь всей жизни, высшая эльфийка, разбойница-рейнджер Милиэль Смелая. Операция была секретная. И знали о ней единицы.

«Так откуда же тогда простой отшельник может знать о таком⁈» — напрягся Хэнг.

— А почему ты столько вопросов его светлости задаёшь? — поняв, что что-то идет не так, прищурился подошедший на крики Постоян Станящий.

— Да, кстати, — кивнул великий паладин. — Уж не шпион ли ты, часом, который послан разузнать о наших планах и позициях? И вообще, откуда ты знаешь про тот портал?

— Нет, что вы. Я не шпион и практически ничего не знаю, — пятясь, замотал головой затворник. — А портал я случайно увидел.

— А я говорю шпион! — решил взять на испуг отшельника Хэнг и положил руку на эфес меча. — Говори правду, а то порубаем в капусту!

— Блин, да вы чего, товарищи, с ума сошли⁈ — отступил шпион ещё на пару шагов. — Я просто узнать хотел, как мне домой попасть.

— Домой хочешь? А это куда? Уж не в Тёмную ли империю, часом?

— Нет. В Москву. Мы светлые!

— Не знаем мы таких мест. А ну говори его светлости правду, иначе сейчас мы тебя отправим в забвение, — поняв игру командира, подыграл ему Постоян Станящий и, чтобы слова звучали более убедительно, вытащил из-за спины двуручный меч: — Говори! Последний шанс тебе даю.

Отшельник заметно побледнел и, достав из сумки лютню, быстро спел:

— Спят…

— Чего? — сразу не понял Хэнг, переглянувшись со своими заместителями.

Те тоже не сразу сообразили, что происходит.

А когда понял, то было поздно.

Вражеский шпион сделал шаг назад ещё раз бренькнул по струнам, продолжил петь:

— Спят уставшие зверушки,

Птички спят.

Даже бабочки и мушки

Не летят…

То, что это заклинание, паладин понять не успел. И его непонимание стало фатальной ошибкой. Потому как то было именно оно — массовое заклинание сна.

Все стоящие паладины, уцелевшие наёмники мгновенно застыли словно статуи, погрузившись на тридцать секунд в сон.

Отшельник же не стал медлить. Он развернулся и, закинув лютню за спину, бросился со всех ног наутёк.

— Он к лесу побежал. Паладины, за мной! — как только закончилось подлое проклятие, прокричал Хэнг и рванул вслед за удаляющейся фигурой.

Его сплочённый отряд, естественно, не стал медлить, а с неистовым рвением бросился за своим командиром. Всех бойцов буквально раздирало на части от праведного негодования. И дело тут вовсе не в том, что вражеский шпион орудовал прямо у них под носом. Что отшельник является именно шпионом, уже не сомневался никто. Но это было полбеды. То, как он пытался кое-что разузнать, тоже можно понять или даже в какой-то мере простить (работа у шпионов такая — всё выведывать и вынюхивать). А вот то, что заклятие сна оказалось столь сильным и с ним даже бабл не справился, этого простить было нельзя.

Бабл — святая святых всех паладинов. Без него паладин — не паладин. Он основа основ, попрание которой разрушает всю ротацию боя и вообще существования паладина как класса.

Сейчас же какой-то обычный малоуровневый дрищ и шпионская морда утёр нос одному из лучших отрядов паладинов Эллирры.

Такое неуважение к топ-классу прощать было никак нельзя. Как нельзя было допустить и того, чтобы эта стратегическая информация утекла в мир. Ведь после такого вся жизнь целого класса может пойти коту под хвост и покрыться несмываемым позором.

Это понимали все святые паладины, и потому судьба отшельника была предрешена. И судьба его теперь крайне незавидна.

Глава 3

Поиск врага

— Ушёл… — констатировал командир отряда после часа преследования.

— Вот же ж не повезло нам. И как это мы не распознали тёмного? Наверняка теперь он выведал наши планы и расскажет их Властелину, — почёсывая шлем, высказал мысли вслух его заместитель Брунхил.

— Какие планы? — удивился Хэнг.

— Ну какой-то план у нас был же⁈

— В общем-то — да, — согласился великий паладин и тоже почесал свой шлем. — Нам нужно было разведать, и мы разведываем.

— Вот я и говорю, что план был. И о нём сообщат куда следует.

— Какие будут предложения?

— Нам необходимо отступить, придумать новый план, — предложил Постоян Станящий и своим предложением вывел великого воина из себя.

— Нам? Мне? Отступать? — закричал он, вытаскивая из-за спины меч. — Да знаешь ли ты, что я никогда и ни за что не…

— Простите меня, ваша светлость. Я имею в виду совсем другое, — быстро дал заднюю воин-паладин. — Я имел в виду не отступить, конечно, а отойти для передислокации и реорганизации войск.

— Ах, это, — тут же успокоился Хэнг. — Это совсем другое дело, — убирая меч в ножны, произнес он, посмотрел на свой отряд из двадцати человек и скомандовал: — Отходим для передислокации в форт Утренней Росы, — затем вздохнул и, шмыгнув носом, негромко добавил: — Отступаем…

— Вон он! — неожиданно закричал паладин-танк и показал рукой в сторону реки.

Паладины быстро повернулись и, посмотрев в ту сторону, куда показывал десятник, увидели фигуру монаха, который вышел из невидимости, ударившись о камень.

— За ним! — скомандовал командир отряда.

И преследование возобновилось с новой силой.

Но дело, казавшееся столь простым, оказалось крайне сложным.

И проблема тут была в том, что хитрый монах обладал магией, которую можно применять не к одиночным целям, а к области. А конкретно отшельник мог использовать заклинание всеобщего сна.

Да, оно действовало недолго — всего 30