Overlord: Право на жизнь. Том 2 - Hydra Dominatus

которые лишились детей. Конечно, их любовь передавалась на тех, кому им было вверено оберегать, но… это совсем не то и ту печаль ничем не стереть из их душ. Однако это куда лучше, чем когда мы боремся и родители страдаю на протяжении годов, после чего ребёнок всё равно умирает.

— В горах сурово, согласен, — Себас практически никогда не говорил нет и даже в споре начинал свои тезисы с того, что соглашался с оппонентом. — И всё же мы не в горах, как и в наших руках сделать куда большее. Твой муж строит город здесь, среди льда и снега, приносит тепло в каждый дом с помощью труда и упорства. Благодаря нему многие выживут.

— Да, и возможно станут балластом. И когда-нибудь этот балласт потянет всё племя на дно, а сильные дети перестанут рождаться из-за огромного количества слабой крови.

— Так, извините, что прерываю вашу беседу, но… время нас поджимает.

— А что вы думаете по этому поводу, господин де Ромар? — уважительно и на «вы» обратилась ко мне Хельга.

— То что вы оба правы, а истина где-то посередине. Принесёшь нам что-нибудь мясное с кухни?

— Да, конечно.

И Хельга ушла, после чего я остался наедине с Себасом. Чай у нас конечно имелся, но я что-то проголодался. Постоянно забываю нормально поесть, в результате чего то тут перекус, то там.

— Так… значит вы уже начали обсуждать с Хельгой свой вопрос? — спросил я Себаса, который выглядел как всегда хмуро и серьёзно, а лицо его казалось каменным и неспособным на улыбку.

— Верно. Мне хотелось узнать, что думает ваша жена о вашей политике. Однако как я понял… вы не особо подпускаете её к правлению и в целом не интересуетесь её мнением в таких вопросах.

— Обижаете, Себас, — с лёгкой наигранностью произнёс я. — Я же не дилетант и хочу, чтобы у моего государства всё было хорошо. Конечно же у правления стоят лишь знающие люди. Что же касается мнения Хельги… она человек дела и пока не будут показаны доказательства её неправоты, она мнения не изменит.

— Рад это слышать. А то… всякого навидались… в том числе уже и в этом мире, и его истории…

— Вы говорите про Восемь Королей Жадности?

— Да. Вы тоже обсуждали их с Владыкой?

— Скорее слушал его точку зрения, ведь ваша информационная сеть куда обширнее моей. Но эти сведенья… перессорится из-за бабы и погубить мир… правду говорят, Творцы настолько же сильны, насколько и слабы… как бы странно это не звучало, — усмехнувшись произнёс я. — Но поговорим о более насущных делах. Признаться, не думал что встречусь с вами раньше других защитников Назарика. Даже ещё к Коциту не успел съездить, как вы меня перехватили.

— Дело моё крайне важное и боюсь мой Творец не простил бы мне промедления в таком вопросе. И хоть я справляюсь во многом и сам, но вместе с вами мы добьёмся большего.

— О-о-о, не сомневаюсь, Себас, не сомневаюсь. О Тач Ми я уже наслышался сполна. Пожалуй никто другой из всех Создателей Назарика не был столь же справедлив. И справедлив в самом лучшем из существующих смыслов. Неудивительно, что именно он и являлся главой гильдии Аинз Оал Гоун.

— Да, правда неразрешённый конфликт с Ульбертом Ален Одлом пришлось выбрать того, кто устроит всех. И как мудрый лидер, мой Творец поступил правильно и достойно, поставив интересы гильдии превыше своих.

Себас говорил опять же нейтрально и даже об Ульберте никогда не скажет ничего плохого, ну или о Демиурге, с которым они явно во многом не сходятся. Однако сколько бы не пытался Демиург как-то поддеть или задеть Себаса, найти в нём грязь и слабость, свойственную всем живым… он этого так и не смог сделать. И из-за этого холодная война между двумя стражами будет продолжаться вечность, ведь создали их те, кто никогда не мог найти общего языка.

И пока Демиург создавал Алею Зла и стремился показать всю изнанку людей и каждого смертного существа, Себас умудрялся даже в грязи разглядеть нечто хорошее. Как и считал, что нет по природе своей злых людей, есть лишь обстоятельства и условия, которые ломают тех, кто мог стать прекрасным и сиять во тьме. И хоть прямо в пацифизм это не выливалось, но получив в своих руки власть и приказ принять решение самостоятельно Себас не задумываясь начал действовать и строить свой идеальный мир.

Мир, в котором не будет несправедливости и в котором выкинутой на обочину жизни человек или нелюдь сможет получить второй шанс. Сирот, калек, вдов… война продолжалась, как и в целом неидеальный мир постоянно рушил кучу судеб просто… просто потому что такой была жизнь.

— Спасти всех мне не под силу. Никому не под силу. Но я уже построил храм милосердия, где лишённые всего могут получить второй дом, вторую семью, второе право на справедливое будущее, — раскладывая свитки, на которых были видны исправления других стражей и самого Момонги, пояснял Себас. — Как и я понимаю, что порой куда важнее донести важность этой идеи до других, чем пытаться бороться со всем в одиночку. Харизмы мне не хватает, как и ораторским мастерством я обделён. Однако я могу сказать следующее…

— Меня убеждать не нужно, Себас, так что побереги слова для других, — сразу же я прервал одного из немногих представителей Назарика, который не считал уничтожение всего мира или его порабощение самоцелью. — Я и сам занимаюсь подобным, пусть и не… с таким размахом. Всем и каждому я помочь не смогу, но три храма милосердия на двадцать работников думаю потяну. Один будет здесь, ещё по одному в Нова-Либера и строящийся на руинах Э-Пэспела город.

— По двадцать работников… — нахмурился Себас.

— Сначала армия и экономика, потом всё остальное. У меня и так куча проектов, надо школы строить, больницы, развивать промышленность и отстраивать всё это… к тому же в центре внимания сейчас получившие ранение на войне. Да, детишек и сироток, чьих родителей сожрали волки тоже жалко, но… как ты уже сам сказал, никто не в силах помочь всем. И у меня впереди других стоят те, кто проливал кровь за Дракенхольд.

— Понимаю. Что же… в целом три храма тоже неплохо. Лучше, чем ничего.

— Не переживай, это начало. Потом станет больше, как обкатаем и научимся встраивать выброшенных