Подземелье Мерцающего Света - Павел Семенов

кто-то произносит почему-то шепотом.

Из-за нарастающего шума, кто это сделал, определить не могу, но предложение явно актуальное. И так считаю не только я. Мы резко и одновременно подрываемся, стараясь унестись прочь. Но проход узкий, потому дико тормозим в импровизированной пробке, прижимая к камням друг друга.

— Пи-и-и*де-е-ец! — восклицает Кеша обреченно, когда я во время суеты, отпускаю ранее зажатый клюв. — Спасссай веллликого дррракона!

Трескаю его по макушке.

— Нехрен материться!

Не, ну какого? Даже я себя сдерживаю. А это химероидное мелкое нечто, что себе позволяет⁈

И от кого крабояшщер этого понабрался? От мага, по-любому психически ненормального, что его создал?

Под грохот падающих камней, подталкиваемые волной пыли и осколков, вываливаемся в основной туннель.

— Бли-и-ин, — расстроенно выдает Лиси откуда-то снизу.

Глухо так, почти неслышно.

— Ты чего? — спрашивает Буги, что находится тоже подо мной, но явно выше девушки.

— Придется новую основу искать, — произносит она. — Много костей сломано. Держать их вместе не экономично по энергозатратам. Слезь уже с меня.

Спешу первым убрать свой вес с этой кучи малы. Выдергиваю из-под хоббитов Ктулху. Как он там оказался, непонятно. Я ж его у себя на плечах держал.

— Ты как? Живой? — держу питомца на вытянутой руке за одно из щупалец перед своими глазами.

Тот как-то странно содрогается всем телом, что напоминает мне пожатие плечами.

По руке к краказю подбирается Кеша. Внимательно рассмотрев Ктулху с умным видом выдает:

— На лицо гипппотонус мягких конечностей и явное соплеобррразное сосстояние.

И уже мне:

— Эта кисельная мрразота полностью зддоррова. Набблюдаеттся динннамика состояния в сторону улучшения.

Под медика косит?

Только собираюсь ему рассказать про свой метод возврата его интеллектуальных способностей к заводским настройкам путем перкуссии птичьей головы об камни при каждом шаге, как меня кое-что отвлекает.

Продолжающего висеть в моей руке Ктулху обнюхивает чья-то морда. Округлая, большая, сморщенная. Чем-то напоминающая черепашью.

К ней присоединяется другая.

Ктулху испуганно подтягивается на своем щупальце повыше, когда его пару раз облизывают длинным узким языком.

— Эй! Чего себе позволяете, морды черепашьи? — обращаюсь к парочке существ, появившейся из пылевого облака.

В холке чуть выше пояса. Восемь лап на теле укороченной кожистой гусеницы. Гигантские, блин, тихоходки!

И я ошибся. Их не парочка. За этими двумя из запыленного прохода выходит еще одна такая. Еще и еще… Целое стадо, сцуко.

Глава 28(2)

— Вроде не выглядят агрессивными, да? — произносит Буги, делая шаг назад от увеличивающегося поголовья здоровых тихоходок.

Их уже с десяток. В туннеле становится тесно. Упитанные тела новых существ заставляют вжиматься в камни стен.

— Только голодными, — отвечает здоровяку Писс-Дум.

Но к попытке нас сожрать твари не приступают. Только обнюхивают. А среди толстых морщинистых складок на лице не разберешь, где у них пасть.

Глубинный урчатель — 18 уровня.

— Урачатели? — удивляется Закко, видимо, тоже прочитав системное название мобов.

— Уррр, — басовито и глуховато, словно через хобот, выдает один из глубинных урчателей.

А тот, что рядом со мной, дотягивается своей мордой до Ктулху, пытающегося уползти по моей руке. И как следует обнюхав, громко фыркает. Трясет головой, словно его передергивает от неприятного запаха.

— Пррравильно, та еще дррянь! — заявляет Кеша, забравшись подальше от глубинного урачателя. То есть, на мою голову. И вещает уже оттуда, указывая на фыркающее существо. — На лицо — морррда обррременнеая зачаттками интеллллекта.

— Такими, как у тебя? — уточняю у него.

— Но-но! Кешша дррраконн о-о-очень умный и ррразумный, — нахохливается питомец, оскорбленный сравнением его умственных способностей с окружившими нас мобами.

— А еще ты птица Говорун, отличающаяся умом и сообразительностью, — хмыкаю я.

— Хозяин поумнел, — задумчиво констатирует Кеша.

Своим голосом, питомец привлекает внимание глубинных урчателей. Из-за чего аж парочка ближайших ко мне, отрывая передние лапы от камней, как бы привстают и тянутся мордами к химероиду.

— Не смметь! — недовольно рявкает Кеша. — Дрракон опасен!

И отрыгает небольшую огненную вспышку.

Глубинные урчатели, поморщив морды, недовольно и обижено отворачиваются и «опускаются» обратно.

— Что-то мы себя громко ведем, — замечает Леха. — И это не считая шума обвала.

Сам парень в этот момент почесывает за отсутствующим ухом складку грубой кожи глубинного урчателя. На что тот в ответ довольно урчит. Из-за чего к сыну Макса уже тянут морды другие мобы.

— Да, — соглашается Закко, — сюда скоро чувды сбегутся. Они и шум могли услышать и вибрацию почувствовать. Причем, могут прибежать с обеих сторон туннеля.

Да, ситуация нехорошая. Куда ни сунься, везде встретят острыми «гостинцами».

— Там, кстати, проход открылся, — Гон-Донн указывает на отнорок из которого мы выбежали.

Пыль немного развеялась, и сквозь еще витающую «завесу» просматриваются области со светящимися мхом впереди.

Ну, да. Не открылся бы проход, не вышли бы оттуда эти глубинные урчатели.

— Предлагаю уходить через новый путь. Так больше шансов не нарваться на чувдов, — предлагает Лиси.

Поворачиваюсь на голос. Девушка уже уселась на спину глубинному урчателю и выпустила тому под шкуру кучу нитей, ласково что-то приговаривая.

— Ты его тело захватить собралась? — спрашивает ее Буги.

— Нет, — отвечает Совершенство. — Исследую, заодно делаю приятно, почесывая определенные рецепторы под кожей. А он в благодарность меня повезет.

Дальше мы пытаемся протиснуться сквозь глубинных урчателей в открывшийся проход. Мобы не очень понимают, что мы хотим, когда пытаемся сдвинуть с пути. Но все же, переминаясь с лапы на лапу, иногда сторонятся, открывая путь.

Пусть и медленно, но продвигаемся. Лиси, так и вообще уже скрылась в отнорке. Урачатели спокойно и без слов, ушли с пути их собрата, везущего на себе Совершенство.

А вот Гон-Донну не повезло. Здоровые тихоходки почему-то не дают ему пройти, усиленно обнюхивая. И чуть одежду с заплечным мешком не отрывают.

— У тебя есть еще что-нибудь из того, что им кинул в щель до этого? — интересуюсь у хоббита.

Вспоминаю, что именно после того угощения, существа накинулись на камни, продавив завал.

— Ну… — задумывается Гон-Донн. — Грибочки маленькие есть. Ну, те, что хавал тот чувд, упустивший какое-то стадо. Успел набрать ради алхимических экспериментов.

— А ну-ка, брось парочку подальше от себя, — предлагаю ему, догадавшись, что именно в этих грибах может быть дело.

Не зря же именно хоббита тихоходки обнюхивают. Чуют, видимо.

— Ну,