Виват, квартерон! Трилогия (СИ) - Баковец Михаил

«Или я получу по роже и вылечу из клиники за нарушение режима, или я не сошёл с ума и неведомым образом обрёл свои способности из игры, ‑ подумал я. – Эх, была ‑ не была!».

Я протянул к женщине правую руку и взял в ладонь её левую грудь. Даже сквозь ткань одежды и белья почувствовал приятную мягкость и податливость этого кусочка плоти, ради обладания которым и мужчины, и женщины готовы почти на всё.

В ответ не последовало кар, возмущений, она не замерла в шоке. Вместо всего этого Ольга Аркадиевна протяжно застонала и ещё ниже опустилась, почти легла на меня. Приободрённый её поведением, я сдавил грудь сильнее, а вторую ладонь положил ей на голову и стал гладить по волосам, иногда опуская руку ниже, на шею и спину.

В тот самый миг, когда я был готов перейти к более активным действиям, вдруг кто‑то попытался войти в палату. К счастью, дверь была закрыта и нас с докторшей не застали в столь неловком положении. К слову, она даже глазом не повела в сторону выхода из палаты.

‑ Ольга Аркадиевна, ‑ прошептал я, ‑ кто‑то в дверь ломился.

‑ И что? Она закрыта, сюда никто не войдёт, ‑ хрипло ответила она и потянулась ко мне губами.

‑ А вдруг это Макс? Он же всё поймёт, а не поймёт, то всё равно додумает всякое, пойдут слухи ненужные. Мне‑то перпендикулярно, а у вас могут возникнуть проблемы по работе.

‑ Плевать, я просто хочу тебя сейчас.

‑ Я так не могу…

На середине фразы я прервался, так как докторша бесцеремонно схватила меня за член сквозь пижамные штаны.

‑ Всё ты можешь, вон какой богатырь на свободу рвётся, ‑ сказала она, и стала массировать его пальцами.

Мне стало так хорошо, что я чуть не поддался на провокацию, забив на всё. В самом деле, если она не против близости, и плевать хотела на свою репутацию и рабочее место, то мне и подавно всё равно. Но мысль, что это я виноват в её состоянии, отрезвила меня.

‑ Нет, я так не могу, ‑ отстранился я. – Сделаем так: ты сейчас выйдешь и найдёшь свободную палату, кабинет или иное помещение, где нас хотя бы час не потревожат. Потом придёшь и укатишь меня якобы на процедуры. Хорошо?

Та неохотно кивнула.

‑ Тогда открывай дверь, ‑ произнёс я, и когда она отстранилась от меня, то прикрылся одеялом, чтобы никому не показывать бугор в районе паха.

Как я и догадывался, в палату жаждал войти мой сосед Максим. Я заметил, как он внимательно посмотрел на лицо докторши. И стоило ей выйти, как он хитро улыбнулся мне и подмигнул:

‑ Это что сейчас было?

‑ Это был перенос силами одной женщины тела парня, у которого собственных сил нет на то, чтобы забраться в кровать. Потому врачиха вся такая красная и напряжённая, так как я давно уже не мелкий ребёнок. А дверь закрыли от следователей, которые должны сидеть в коридоре в ожидании, когда у них получится добраться до моей тушки и всю душу вынуть допросами и протоколами, ‑ хмуро ответил я. – А ты что подумал?

‑ Да так, ‑ пожал он плечами и согнал улыбку. – Не обращай внимания.

‑ Макс, ты же видел меня позавчера, когда я прошёл сквозь полсотни врачей и процедур. И я десять минут назад вернулся после точно такого же… ну… почти, обхода. Ещё пообещали опять отправить, мало им, блин, моей кровушки и не до конца просветили рентгеном.

‑ Извини, понимаю, что дурак, ‑ развёл он руками. – По себе равняю.

‑ Ничего, со всяким бывает, ‑ покладисто сказал я и прикрыл глаза. Короткий разговор с соседом по палате помог прогнать возбуждение. И это было весьма кстати. А то уж очень болезненные ощущения вызывал стояк, а поправить – это расписаться в том, что все подозрения Макса имеют под собой реальную основу.

Ольга Аркадиевна появилась спустя двадцать минут. Хмурая, побледневшая и явно недовольная. На Максима посмотрела, как на врага народа, заставив того отвести взгляд.

‑ Игорь, перебирайся в коляску. Помочь? – произнесла она.

‑ Справлюсь…наверное.

Играя на публику, я медленно сел и так же медленно сполз с кровати, после чего умастил свою пятую точку в кресле‑каталке.

‑ Поехали, ‑ пошутил я.

‑ Он сказал ‑ поехали, он взмахнул рукой, ‑ раздался за спиной голос соседа. – Ни пуха, ни пера.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

‑ К чёрту, ‑ ответил я ему.

Женщина довезла меня до лифта, дождалась, когда откроются створки и вкатила меня в кабинку. Там она нажала на кнопку третьего этажа, и лифт плавно пошёл вниз. Для себя я отметил, что моя палата находится на пятом этаже. Пока ехал в коляске до лифта, то вновь решил повторить попытку активации «запаха» и «взгляда». Первый – если я сам себя не обманываю – получился буквально со второй попытки, а вот вторая способность всё никак не выходила.

«Нужно где‑то найти место со спокойно сидящими или отдыхающими женщинами, чтобы они всегда находились в поле зрения и буквально «под рукой», ‑ мелькнула у меня мысль в голове. – И там потренироваться».

Почти незаметно лифт остановился, двери гостеприимно распахнулись. Ольга выкатила меня в коридор и свернула направо. Где‑то через минуту она остановилась рядом с дверью, на которой висела золотистая табличная с чёрными буквами «Процедурная № 4», потянула ручку на себя и следом вкатила меня в кабинет.

‑ Секундочку, ‑ тихо сказала она мне, подкатив к большой кушетке у стены. После этих слов она сняла со стены пластиковую табличку с надписью «Обработка ультрафиолетом. Не входить» и вышла в коридор. Пробыла там буквально пять секунд. Как только вернулась ко мне, то плотно закрыла дверь и заперла замок.

В этот момент у меня, кажется, получилось активировать «взгляд инкуба». Просто машинально по привычке попробовал использовать его на женщине, пока та стояла у двери. И сработало!

Когда Ольга Аркадиевна повернулась ко мне лицом, завершив манипуляции с замком, то я увидел даже не человека, а похотливое существо без проблеска сознания в глазах, зато там было полно желания секса.

«Это пипец, товарищи. Как бы она меня не спалила и вообще не убила в порыве страсти, ‑ растерянно подумал я. – Чёрт, доигрался».

Докторша подошла к каталке и опустилась на корточки. Одну руку положила мне на пах, второй стала поглаживать свою промежность.

‑ Я сделала, как ты и просил, ‑ хрипло сказала она, не отрывая взгляда от бугорка у меня на штанах, которого сейчас касалась своими пальцами. – Отдельный кабинет, надолго его закрыла, ни тебя, ни меня в течение пары часов точно не побеспокоят.

‑ Хорошо, ты умничка, ‑ ответил я первое, что пришло в голову. – Только в коляске неудобно, пошли на кушетку.

Женщина с видимой неохотой отпустила меня и встала в полный рост. Одновременно с этим и я выбрался из коляски.

‑ Ах! – ахнула она, когда я с силой прижал к себе, положив руки на талию, а затем впился в её губы своими. – М‑м‑м…

Мы иступлено целовались несколько минут. Я мял крупную попу докторши, она царапала ногтями мне спину сквозь одежду, тёрлась об меня промежностью, обвивая то одной, то другой ногой мои бёдра. То ли мои способности подействовали и на меня, то ли так сказалась обстановка и фетиш в виде женщины в медицинской форме в медкабинете, но возбудился я не на шутку. Так сильно, что в голове похотью выдуло всю осторожность и здравый смысл. Сейчас я хотел только обладать Ольгой Аркадиевной, взять её здесь, заставить стонать и извиваться от наслаждения.

‑ Повернись, ‑ приказал я и, не дожидаясь ответа, сам развернул её к себе спиной, надавил ладонью между лопаток, заставив прогнуться и опереться на стену, после чего подцепил пальцами верхний край её штанишек и спустил те до колен. – Какая у тебя попа!

Красные кружевные трусы на загорелых подтянутых больших ягодицах смотрелись суперсексуально. Несколько секунд я поглаживал эти булочки, иногда забираясь пальцами внутрь трусиков, и ласкал влажную щёлку. В ответ на мои действия женщина виляла задом, то стараясь насадиться дырочкой на пальцы, то потереться ей о мою руку.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

‑ Хватит уже, ‑ взмолилась докторша, ‑ дай мне кончить.

Я не стал ничего говорить, просто спустил её трусики вниз и снял их вместе с форменными штанами с одной ноги. Потом выпустил на свободу свой член и приставил его к лону Ольги. Сделав несколько медленных движений, водя головкой по влажному интимному местечку, я резко ввёл его до конца внутрь женщины, заставив её дёрнуться и вскрикнуть.