Живой (СИ) - Царенко Тимофей Петрович

Тот Альдарион, что лез ко мне ластиться, приблизился. Я же подошёл к телеку вплотную, так чтобы камеры смотрели на него и на меня.

Пришлось какое-то время поколдовать над техникой, пока на экране не загорелся алфавит. Над каждой буквой висела цифра «0». В конце списка было поле «новая буква».

Ещё какое-то время ушло на то, чтобы договориться с системой. Маркетинг тут чтили свято, так что мне ответили и даже дали необходимый функционал.

— Итак, начинается аукцион! Правила его просты. В течении следующих пятнадцати минут мы определяем имя питомца. Три круга голосования за каждую букву. Где денег будет больше всего — такую букву и выбираем. Потом переходим к следующей. Если имя закончено, но кто-то хочет добавить ещё одну букву, он должен на неё добавить денег больше, чем самая крупная ставка. В этом случае вы можете вне очереди выбрать букву. А ещё можно остановить аукцион и проголосовать за пункт «конец имени», но ставка должна в десятикратном объёме перекрывать слова.

Камеры под потолком возбуждённо захрустели собратьями. Обладатели тяжёлых стрекозоидов без всякой жалости давили более лёгких конкурентов.

— Итак, начинаем, буква «А»!

Игровой счёт пополнен на 100 000 кредитов… 60 кредитов… 33 476 кредитов…

Голосование началось. И я очень быстро стал сильно богаче.

Альдарионы обзавелись именами, а я наконец-то получил денег достаточно, чтобы реализовать любые свои фантазии.

Следующие пять часов я активно экспериментировал. Нарастил чешую на внутренней поверхности рёбер и внутренних органов. Чешуйки покрыли шею, затылочную кость, глазные впадины (чешуйки можно было сделать очень мелкими), солнечное сплетение, прикрыли почки, гениталии, суставы и внутреннюю поверхность бёдер. Из них я создал внутри себя сетку, чтобы органы не разлетались от попадания или хотя бы стекали обратно в полость тела (спасибо Терпсихору, надоумил).

Кончилось всё тем, что я раздвинул органы и сделал полость, куда запихнул ещё один пакет биоматерии. Теперь достаточно просто проткнуть себе живот и всё — у меня достаточный запас, чтобы восстановить любые повреждения.

Когда процесс завершился, из зеркала на меня смотрел персонаж какой-то неимоверно пафосной компьютерной игры. Такими героев любили делать гейм-дизайнеры. Я специально разделся и теперь крутился перед экраном. Тело покрывал причудливый узор из шестигранной чешуи. Толстые острые чешуйки круто смотрелись на костяшках пальцев, тонким слоем я покрыл внутреннюю сторону ладоней. Уж очень запал в памяти момент, когда я резал руки о камни. Жёлтые глаза, пепельные волосы с красными кончиками, и полностью потерянное выражение лица.

Я пробовал закрыть чешуёй всё тело, но система запретила.

Достигнут предел контроля биоматерии.

Ну, хотя бы готовые чешуйки можно было перемещать по телу без каких-то дополнительных манипуляций. Они прекрасно отходили от кожи, стоило захотеть. И так же намертво приклеивались.

Возникла новая проблема: а что, собственно, носить? Любая защитная снаряга, мне доступная, гораздо хуже, чем моя кожа. Благо, в магазине нашёлся раздел с обычной одеждой. Так что я облачился в облегающее термобельё серого цвета, поверх которого нацепил всё доступное мне снаряжение: широкие напульсники, магнитный пояс и портупею с креплением на позвоночнике. Попрыгал, побегал, даже покувыркался. Удобно.

Оставались ещё сутки, которые надо было как-то скоротать. Спасибо аптечке, оказывается, я умею не только болевые рецепторы блокировать, но и засыпать, волевым усилием.

Произошло ещё одно событие. Ровно за двенадцать часов до начала последнего испытания загудел терминал, отчего я подскочил как ужаленный.

Терминал выплюнул посылку.

Проклятая шляпа патрульного.

Все её предыдущие владельцы мертвы. Некоторые уже дважды.

Известность предмета: 200 000.

Бонусные свойства (за достижение известности):

Сигнатура. Шляпа имеет заданный профиль излучения для имитации любого инженерно-технического сооружения в объёме до пяти кубических метров. Внимание! Не меняет визуальный и гравиметрический профиль.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Мембрана. Шляпа может испускать звук в широких пределах. Полная совместимость с любым источником звуков.

К шляпе прилагалась записка, которая в текущих реалиях была просто образцом пассивной агрессии. Записка была на куске тонкого белого пластика, и там было всего одно слово:

«Носи»

Я только пожал плечами, мне ничего не мешает эту шляпу потерять второй раз.

За пару часов до выхода я обратил внимание на очередное системное сообщение в почтовом ящике.

Игрок Живой! Подправляем вас с присвоением очередного звания.

Ваш уровень личной силы: капитан.

Внимание! Вы до сих пор не принесли присягу.

Получение награды заблокировано до разрешения юридической коллизии.

Доступно личное сообщение.

Нажимаю «Принять». В очередной раз забыл купить себе нормальный мысленный интерфейс.

— Привет, чувак! Как ты там? Уже ощутил вкус первой крови? — на экране моя довольная рожа. Возникло иррациональное желание дать себе по морде. — Короче, раз ты успел кого-то шлёпнуть, то слушай. Очень важная информация. Во-первых, запомни: есть конфликт, система подталкивает игроков к разборкам между собой. Служба общественного контроля, наоборот, категорически против беспредела. Система тут, вроде как, за корпорацию, в игре важны рейтинги, и разборки между реальными людьми — это всегда круто, это приносит рейтинги. Но корпорация там, снаружи. Внутри люди живут по своим правилам. Так что запомни: беспредельщики быстро растут по уровням, но мало живут. За победу над машинами дают, в основном, очки модификаций, а вот за разборки между игроками — очки эволюции. Тут в чем проблема: импланты тебе можно снять, а вот эволюции — это реально эволюции, изменения на генетическом уровне. И они могут быть натурально необратимыми. Избегай карантинных эволюций, иначе будет очень проблематично вылезти со станции, когда ты выполнишь задание. Какое задание? Извини, не скажу, но смысл был в том, чтобы я, то есть ты, не знал. Иначе не справлюсь. Я не справлюсь, а ты сможешь. Странно звучит? — я на экране неожиданно подмигнул и улыбнулся. — Чувак, я тебе отвечаю: когда ты узнаешь, в чем смысл, ты реально охренеешь. Это на самом деле очень круто! Ты участвуешь в самой удивительной истории в нашей жизни!

Я покосился на Альдарионов и невольно кивнул. Действительно охренею, действительно знатно. Уже в процессе, если можно так сказать.

— Я не буду тебе советовать, какой путь выбирать. Можешь хоть в танк превратиться, хоть в насекомое. Можешь просто сколотить тут свой синдикат. Хотя нет, синдикат не надо, там свои есть акулы, сожрут. Они нас на полтысячи лет старше. Так вот, главное: никого не слушай. Максимально прокачай личную силу, обзаведись связами среди местных, и как только станешь хотя бы майором, получишь новую порцию подсказок. Но чтобы там тебе легче продвигалось, я тебе обещанный сюрприз приготовил. Координаты у тебя в чипе, так что готовься орать как сучка. Особый бонус, как достал — узнаешь, если память себе вернёшь. Давай, чувак, не теряйся, дальше будет только хуже! Ох, боги, не верится, что я во всем этом участвую! Это же райское место для такого человека как мы!

Экран погас.

Я позволил себе издевательски над собой расхохотаться. Наверно моих зрителей это очень обрадовало. Известность поползла вверх, и я даже не стал её открывать. Чует моё сердце: цифра там не понравится.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Внезапно посетила ещё одна мысль: если так пойдёт и дальше, раскрытие моей истиной известности может помочь нехило так лишнюю известность сбросить. Не думаю, правда, что меня это в такой момент волновать будет. Надеюсь, что не проверим.

С этой мысли я уже просто хихикаю.

Чем бы себя ещё занять? Нет, безусловно, можно подрубиться к местной сети и позадавать каверзные вопросы. И что-то узнать о мире. Но вопрос: готов ли я сейчас ещё что-то услышать?