"Выход" - Александр Александрович Яйков

и, махнув рукой, поприветствовал стоящих на входе стражников — Здравствуйте! Мы из деревни «Зеленый вал», прибыли к вам на пробуждение. Сейчас еще телега подъедет. Куда нам идти?

— ХаХаХа. Что, не утерпели и пошли вперед пешком? ХаХаХаХа. Молодежь. Все мы когда-то такими были — похохатывая проговорил широкоплечий воин и, все же отвечая на мой вопрос, повернулся и указал острием копья на самый высокий в городе, сверкающий на солнце золотистыми отблесками, шпиль — Идите к нему и не ошибетесь. Только все равно зря торопились. Вы сегодня уже третьи, так что придется подождать свою очередь.

— Дааа, мы просто ехать устали, вот и решили пройтись, ноги размять — весело скаля зубы, легко соврал стражникам Аюл — Ну а раз нужно подождать, то мы конечно же подождем. С этим уже ничего не поделаешь.

— Пошли уже, болтун — толкнув товарища в бок, проворчал я, в отличие от друга даже не пытаясь скрывать своего разочарования и печали из-за неожиданной задержки. Мне очень хотелось как можно скорее пройти через пробуждение…, а заодно закончить один, уже поднадоевший, спор.

— ХаХаХаХа — видя мое нетерпение, вновь громко рассмеялся веселый страж ворот и, ничего не говоря, просто махнул рукой, предлагая проходить в деревню и не топтаться на входе. Лошадка с нашей телегой уже показались из-за далекого изгиба главной дороги, поэтому мы решили не перегораживать путь и устремились вперед. Точнее… спешно прошли несколько десятков метров и резко остановились, испугавшись неожиданно возникшей перед глазами надписи. Нам понадобилось несколько мгновений чтобы осознать, что это была не внезапная вывеска какого-нибудь местного постоялого двора, а самое настоящее послание от создателей нашего мира. И лишь когда это стало понятно, я мотнул головой, отгоняя лишние мысли, и поспешил прочитать ниспосланный творцами текст.

[Раса: Низшие люди (V — 9.3). Начинается этап тестирования под нагрузкой. ПРИГОТОВЬТЕСЬ!]

Несмотря на то, что язык был вполне понятен и знаком, я все равно не понял части написанных в воздухе слов, да и общая суть текста от меня упорно ускользала, словно вырывающаяся из рук рыба. Глупо похлопал глазами, перечитал все еще несколько раз и повернул голову к также замершему на месте Аюлу. Правда, увидев его глупое выражение лица, сразу понял что никаких пояснений от него точно не дождусь. Хотя и замершие у ворот стражники никаких надежд мне не давали. Мужики тоже стояли неподвижно, внимательно смотря на пустоту перед собой и не обращая внимания на уже подъезжающую телегу с, кажется, оставшейся без управления и собирающейся сойти на обочину лошадкой.

— Ну и что это значит? — все же не удержался от вопроса друг. Вот только я проигнорировал его интерес и, задумчиво почесав подбородок, молча направился в сторону храма создателей. Для меня пробуждение было все еще куда важнее всего остального. Ну а послание… Пусть об этом думают жрецы да жрецы с целителями. Зря они что ли развивают свои бестолковые, конечно же только на мой взгляд, характеристики интеллекта и силу духа.

Глава 4

Храмовники организовали для ритуала«пробуждения» отдельный вход, чтобы молодежь не беспокоила своей юношеской суетой взрослую паству, пришедшую с благодарностью поклониться создателям за великий акт творения, после которого появился наш мир, его природа, животные и, конечно же, сами люди. Именно поэтому всех загнали в довольно большое здание, пристроенное позади храма, а хмурая грузная женщина допускала нас к ритуалу по одному и строго по очереди. К счастью, большая часть ребят и девчат уже прошла через ритуал и нам оставалось лишь подождать свой довольно скорый черед.

Разговаривать не хотелось. Рассевшись по лавкам, мы молча предвкушали очень скорые перемены. Заодно искоса и нетерпеливо посматривая на тех, кто уже прошел через пробуждение и привыкал к своим внутренним изменениям. Выглядящие очень уставшими, будто после очень долгой работы, они практически все сидели молча, глядя в пустоту перед собой. Наверняка размышляли о распределении свободных единиц самосовершенствования, ну или просто любовались своими цифрами появившихся характеристик.

Во мне вновь всколыхнулось чувство легкой зависти и нетерпения… Но практически тут же осело и отошло сильно в сторону, когда взгляд зацепился за кое-что интересное. А точнее, кое-кого интересного. Я сам не понимал почему засмотрелся на болтающую с подругами, невысокую девчонку с очень короткими темными волосами и довольно милым лицом. Она точно не была самой красивой девицей из своей деревни, но меня это почему-то совершенно не волновало. Я смотрел на нее не в силах отвести взгляда и даже когда она заметила мой интерес, в отличие от девушки, ни сколько не смутился и продолжил изучать черты ее милого лица. И смог оторвать меня от этого приятного глазу образа лишь толчок в плечо от идущего по очереди сразу после меня Аюла.

— Твой черед. Иди уже… И не открывай боевое владение — не смог не удержаться от ворчливого укола друг. Вот только я не обратил на этот раз на его слова никакого внимания и, бросив последний взгляд на завладевшую моим вниманием девицу, устремился в сторону прохода в храм. При чем так спешил, что едва не зашиб плечом, стоявшую у входа ворчливую женщину и не обращая внимания на ее тихую ругань, побежал дальше по коридору.

— Ну-ну, не спеши так, юноша. У тебя пока еще есть время — тихо проскрипел старик, скрывающий свое лицо под капюшоном, когда я заскочил в помещение в котором, судя по всему, и должен был проходить ритуал. Вид этого мрачного, одетого в черный мешковатый балахон, человека вызывал у меня невольную настороженность и опаску. Суть и причины которой обдумать так и не удалось. Помощник старика несколько раз махнул мне рукой, требуя подойти к себе. А затем отодвинул край одной из штор, позволяя мне увидеть часть стоящего в общей зале храма постамента с символом нашей веры. Пара толстых и отполированных до блеска металлических стержней закручивалась в не пересекающеюся фигуру, соединенные меж собой тонкими поперечными трубками. Этот образ символизировал силу нашей памяти, единство и преемственность поколений… по крайней мере, так нам рассказывал живущий в нашей деревне толкователь веры, дед Аокарий.

— Преподобный Амилох… — помощник главного храмовника, не опуская шторы, своей магией выдернул из котла с кипящей водой небольшой