Хозяин подзмелья - Александр Левин

- дед лукаво засмеялся и подмигнул мне. Я любил его рассказы и поэтому навострил уши и внимательно вслушивался, делая выводы конечно. Каждая история его носила не только развлекательный, но и обучающий характер. Вот про утку, например, явно относилась к бережному отношению к природе и что каждому фрукту свое время.

Потом был рассказ о том, как Он с собаками три дня выслеживал рысь, а к утру третьего дня, когда они выдохлись и остановились лагерем на берегу реки рысь сама вышла к костру и принесла ему молодую свежеубитую кабаргу. Собаки рвались с привязи, но рысь сидела спокойно не опасаясь нападения.

“Ну я конечно освежевал тушу этого небольшого клыкастого оленя и отдал половину рыси, а она отказалась есть и ушла. Я зажарил несколько маленьких кусков на костре, сел, значиться, полдничать и тут рысь вернулась, да не одна, а с котятками. Вытащила их на поляну поближе к своей доле тушки и смотрит на меня такими глазами, что я чуть не разрыдался. Сидел у костра и наблюдал как рысь учит котят “играть с добычей”: таскала ногу кабарги, а дети бегали за мясом и отрывали от него куски, вгрызаясь в обескровленную тушку.”

Извилистая тропинка вела через земляничную поляну к лавовым озерам у подножия горы. Каждое озеро было пристанищем для странного вида существ - разного рода ящериц, которые грелись на отливах озер, каких-то удивительных рыб, которые выпрыгивали из лавы и тут же, подчиняясь гравитации, ныряли обратно.

Дед выставил две левые руки, преграждая мне путь и присел на корточки, правой рукой указывая на место между двумя корявенькими березами, - “Смотри, вон в озере Огневик.”

Мое удивление, по-видимому, было написано на лице и к землянике я потерял какой-либо интерес. Огневик - лавовый элементаль, глыба перекатывающихся по кругу расплавленных камней и магмы. Он патрулировал свое озерцо, углубляя свои владения, перекрывая потоки вулканических выбросов и строя каменные запруды, по краям которых бродила элементалевая мелочь - маленькие огневички.

“Дед, а эта мелочь - это его выводок? Как они размножаются? А сколько лет живут? А как умирают?” - вопросы лились из меня ручьем, наверное такие существенные изменения в родных краях сильно меня удивили.

“Ну как, как? Почкованием, конечно. Взрослый элементаль увеличивается в размерах в соответствии со своей территорией и временем жизни. Он вбирает в себя лаву из озера, поглощает ее и растет. Со временем он сбросит с себя маленьких элементальчиков, которые, разогреваясь в озере, начинают тоже питаться лавой и расти. Через пару лет они отделятся от отцовского озера и начнут создавать свое. Таков их цикл жизни”- дед продолжал рассказывать.

“Живут они долго и если вулкан продолжает свою деятельность, то будут жить пока есть лава, а умирают испуская все тепло, твердеют и превращаются в каменную статую. Внутри они содержат очень редкую руду, ее называю элементариум. Из нее куют броню и оружие, она крепкая и очень легкая и фактически является их сердцем.” - он закончил объяснение.

“Опасно” - коротко констатировал дед-хилистид рассматривая озеро лавы - “Выгляни, только аккуратно, похоже за сердцем огневика пришли дикие фурболги.”

Фурболгами дед назвал прямоходящих медведей, с грубо скованной броней, прикрывающей грудную клетку и ноги. Их всего двое и они вооружены деревянными копьями с наконечниками, вырезанными из обсидиана, несколькими перьями привязанными к рукояти.

“Как думаешь, что нам нужно больше, туша фурболга или сердце элементаля?” - обратился дед ко мне, поднимая ружье и высматривая жертву.

“Элементаль никого не трогал, сидел у себя дома, играл с детьми, а тут пришли злые медведи и решили разворошить его гнездо, да еще и убить всех. Мы за хороших, а медведи - плохие” - Протороторил я мысли пришедшие в голову и кажется, что КДП в этом квесте, как-то контролирует мои эмоции. С этим нужно разбираться.

Дед прищурил глаз, переломил ружье и достал патроны из патронташа, которые я смог рассмотреть. Цилиндр из грубой оберточной бумаги, пропитанной воском, с одного конца которого торчал нитевидный плетеный фитиль, а другой скручен на конус. Он вставил патроны в стволы ружья, посыпал фитиль черным порохом и навел перекрестие прицела на фурболгов. Прогремел выстрел. В глазах потемнело, я упал лицом вниз. Изображение на секунду пропало черная пелена перекрыла обзор. Предыдущая локация пропала, унося за собой родные места, с неизвестно как появившимся в них вулканом, но самое главное на время вернувшегося ко мне деда, которого я так давно потерял.

“Верни…”- но удар лицом о землю прервал мое негодование.

Я лежал на траве лицом вниз, трава щекотала лицо, а ветерок поднимал клубы пыли с дорожки из желтого кирпича. По-моему, неплохая отсылочка для тех, кто в детстве читал волшебника изумрудного города, она дала понять, что я уже давно не в Канзасе. Я улыбнулся, хотя горечь утраты будоражила мои разум. Подниматься было тяжело, все четыре руки упертые в землю с большим трудом оттолкнули резко потяжелевшее тело от земли. Беглый осмотр показал: пропала одежда из моего детства и вернулись доспехи. Сумки и кошелек тоже при мне, но в сумке лежало только полученное в первом задании сердце, всего остального скарба из моих игровых приключений не было. Из программного интерфейса не вернули только панель с умениями, ну и оружие конечно. Сейчас я стоял на островке земли, плывущем в тумане, в центре которого возвышалась башня из белого камня высотой метров в 30 и одной деревянной дверью на уровне, вдвое превышающем мой рост, а над дверью с равным шагом располагались круглые окна с синими стеклами. Я направился к дверям по вымощенной желтым кирпичом дорожке. Из земли выросли три безликих фигуры, преграждающие путь ко входу.

“Кто?”- Спросила высокая фигура в зеленом балахоне из листьев.

“Саваж, явился пройти испытание” - вспоминая военные сборы, я отчеканил слова. Хотелось еще и руку к голове приложить для отдания чести.

“Кто?” - спросила вторая фигура, явно, с женским чертами в шапке с оленьими рогами.

“Посланник Инициата”- перебирал я варианты.

“Кто” - сказала третья фигура с ожерельем из крупных, почти с кулак бусин. Сначала мне показалось, что это ребенок, хотя сгорбленность его стойки явно указывала на преклонный возраст.

“Духовник, ищущий путь развития” - попытался угадать правильный ответ, перечисляя все возможные варианты ответа.

“Мы принимаем твои ответы. Все они допустимы и все ошибочны.”- ответили безликие в один голос. Протягивая одну руку к входу в башню, а другой