Имперский хакер - Константин Геннадьевич Борисов-Назимов

— Раз нечего сказать — свободны! Нечего тут пялиться, — продолжила Вика и ко мне обернулась: — Голицын, гони ключ от своей берлоги. Там вчетвером о случившемся поговорим и порешаем, как дальше жить.

— Что-то ты больно деловая, — хмыкнул я.

— Ключ где? — не обращая внимания на мои слова, уточнила Вика и бесцеремонно залезла своими тонкими пальчиками в мои карманы.

Нет, какова нахалка! Хотел ей попенять, да в груди какой-то комок и боль растекается. Всё же похоже есть перелом. Это опять бинты на себе таскать и визит к Синицыной отложить придётся. Собирался Татьяну завтра проведать, сразу после того, как дневник распечатаю.

— Оль, бери его левую ногу, а я за правую, — скомандовала Вика, подойдя к Вавилову, предварительно отворив дверь в мою комнату.

Графа, как мешок с картошкой, волоком втащили в мою комнату. Хорошо хоть, что у парня нет кровотечения, а то бы он мне всё заляпал.

— А ты чего застыл? — подошла ко мне голубоглазая брюнеточка, а потом участливо поинтересовалась: — Сильно он тебя приложил?

— Нормально, — ответил и попытался сделать шаг.

Резкая боль и чуть сознание не потерял. Наверное, упал бы, опозорившись, но Вика меня поддержала за локоть, а потом и вовсе обняла.

— Алексей, не возмущайся, я тебе помогу, — прошептала Самойлова и повела меня в комнату, где осторожно уложила на кровать.

— Оль, ты рассказывай, а я осмотрю твоего заступника, — расстёгивая мою рубаху, велела Вика подруге, а потом на меня рыкнула: — Лежи смирно, не дёргайся!

Ольга стала сбивчиво говорить, возмущаясь поведением графа. Упомянула и про меня, что я вступился, но получил удар по рёбрам и ей пришлось всё брать в свои руки, точнее, туфли.

— Ну, сестрёнка, дальше ты всё сама видела, — потирая талию, закончила Ольга.

— Другими словами, не вмешайся Алексей, то тебя бы граф оприходовал. Верно? — хмурясь, уточнила Вика, рассматривая мою грудь. — Так, сейчас пощупаю, не уверена, что пойму есть ли переломы, надо в больничку, рентген сделать.

Пальчики у Самойловой нежные, прикасается осторожно, кое-где надавливает и, как ни странно, действует вполне профессионально.

— Ты медиком собираешься стать? — интересуюсь у брюнеточки.

— Ещё чего не хватало, — морщится та. — Просто определённые навыки имею, отец заставил изучить первую помощь при травмах. Честно говоря, думала, что этого никогда не потребуется, однако пригодилось. Нет, всё у тебя хорошо, — держа руку в районе моего сердца, заявила Вика, — старые повреждения еще не совсем зажили, поэтому и такие последствия от удара. Кстати, господин Голицын, ты чем думал, когда подставился? Не мог увернуться или сбежать? Из-за тебя одни хлопоты!

— Ты это чего? — возмутился я. — Моей вины в случившемся нет. Как оказалось, пострадал из-за твоей сестры. Получается, что ты-то к этому причастна! Не опоздай на пьянку, то ничего бы не случилось.

— Ну ты гад, — покачала головой девушка.

— Эй, хватит вам собачиться, — встряла Ольга. — Вик, хорош тебе парня лапать! А ты, герой, чего не скажешь, чтобы она руки убрала? Или тебе нравится? Подумай десять раз, а то лишишься кое-чего важного. Отец у моей сестры на расправу быстр, ножницами чик и голос станет тоненьким, как у евнуха.

— Почему как? Не обижай родителя! Он увеличивает служителей этого культа! — рассмеялась Вика, но ладошку так пока и не убрала, наоборот, стала осторожно массировать мою грудную клетку. — Гематому убираю, ничего личного, — всё же буркнула и посмотрела на Вавилова, который тихо стонет. — Он же очнулся, верно?

— А чёрт его знает, — хмыкнула Ольга. — С этого дня он мне даром не нужен. Подумаешь, титул у него! Неужели никого не найду лучше? И потом, графиней не так почетно быть, лучше княгиней или герцогиней.

— Помешалась ты на титулах. Вот зачем он тебе? — поморщилась Виктория.

— Это ты своему папаше расскажи, он же спит видит, как любимую дочурку вывести в высший свет. А как нам туда попасть? Правильно, только выйти замуж за какую-нибудь мерзкую светлость, — возразила Ольга и приблизилась к Максиму, несильно пихнула его острием туфельки в бок и спросила: — Как себя чувствуем? Раскаиваешься или нет? Да ты не молчи, знаю, что очнулся. Не так сильно била, чтобы прикидывался мёртвым.

— Прости, страсть в голову ударила, — прошептал граф.

— И поэтому хотел меня силой взять? — покачала головой Ольга. — Н-да, падение морали у господ, имеющих титулы на лицо. Недаром об этом всё чаще в прессе пишут. Что если нам какому-нибудь журналисту о произошедшем поведать?

— Доказательств нет, — ответил Вавилов и сел.

Хм, граф действительно в порядке, нет, у него точно некоторые части тела болят, но он старается держаться и не показывать вида. Явно успокоился и просчитал последствия. На самом деле ему ничего не угрожает. Скажет, что повздорил с соперником, а девушка его неправильно поняла. Ещё и обвинение выдвинет, что получил травмы не за что.

— Уважаемый, а некоторым людям они не нужны, — прищурилась Вика. — Ты же всё слышал, как мы шутили, верно? Поверь, не все дела решаются судом.

— Не пугай, за меня есть кому вступиться, — поморщился граф.

— Думаю на этом следует закончить, — взял я слово. — Что толку друг другу угрожать? Господин Вавилов повёл себя по-свински и от этого никуда не деться. Да, всё обошлось, он своё получил. Думаю, на этом следует разойтись.

Честно говоря, в двоякой ситуации нахожусь. Если верить Матвею, то Ольга графа как бы провоцировала и у того сорвало башню. Нет, не собираюсь парня оправдывать, он скот и привык всё получать. Сумела бы девушка вырваться? Довёл бы граф задуманное до конца? Нет чёткого ответа. Намерения Вавилова были очевидны, как и угрозы, однако, полиция на это точно не отреагирует. Как говорится, нет тела — нет дела.

— И ты его просто так отпустишь? — с негодованием спросила меня Вика. — Алексей, так нельзя! Мало того, ты же пострадал! Тебе точно необходимо проверить состояние рёбер. Ведь на старую травму… — она не договорила, я её перебил:

— Ты о чём вообще? Подумаешь, случайно упал неудачно! Врачам же придётся всё рассказать, а оно мне без надобности. Подумаешь, пара дополнительных синяков, пройдёт!

— Интересненько, — задумчиво