Жатва душ. Остров мертвых (СИ) - Сугралинов Данияр

А неплохо вышло! Офигеть, даже какой-то особый эффект появился! Перечитав свойства меча, я ахнул — необычное качество! У «Палки-убивалки» Макса ничего подобного не было!

В этот момент возник вопрос, откуда система берет такие названия для оружия и составляющих компонентов, и ответ сразу же нашелся: да из моей же головы и берет!

Следом выскочило ожидаемое уведомление:

Денис Рокотов, вы изобрели чертеж модификации оружия «Плохой короткий меч из полена и мачете».

Компоненты: полено, мачете, веревка, гвозди (2 штуки), эпоксидный клей.

Качество: необычное.

Особый эффект: «Кровотечение».

Хотите дать модификации свое название?

«Небесный рассекатель», — подумал я, оскорбившись на «плохой меч». Я, мать вашу, старался!

Чертеж необычного меча «Небесный рассекатель» внесен в список известных модификаций.

— Готово! Как тебе? — Я протянул изделие Сергеичу и с гордостью пояснил: — Это меч. Небесный рассекатель! Урон восемь-двенадцать, так что нулевок будешь с двух ударов валить.

Тот повертел его в руках, пощелкал языком и прищурился:

— Вот это дело! Не то что вилы с киркой… Толковую вещь сварганил, Денис! Осталось в бою опробовать…

Пожелание Сергеича тут же исполнилось — затрещали кусты, и оттуда вывалилась юная бездушная девушка лет восемнадцати. Заверещав, она рванула к нам. Ярость и голод исказили хорошенькое личико.

— Ты гляди, какая телочка к нам пожаловала! — радостно ощерился Сергеич. — На ней и испытаем!

Он выступил навстречу. Замахнувшись и выждав, пока бездушная приблизится, Сергеич хекнул и одновременно ударил. Мачете раскроило череп, электрик проворно отскочил в сторону, сняв с лезвия заткнувшуюся девушку, после чего пнул ее и снова ударил по шее наискосок, намереваясь отсечь голову, но лезвие застряло между позвонков дергающейся в агонии бездушной.

«Какой кровожадный электрик», — подумал я, снова осознавая, что с Сергеичем нужно держать ухо востро.

— И правда с двух ударов! Вж-жух — и башка с плеч! — ликовал «кровожадный электрик».

Похоже, он влюбился в «Небесный рассекатель» и на волне адреналина продолжил делать выпады и отрабатывать удары по невидимому противнику.

Поглядывая на него, я взял длинный нож, покрутил его в руках.

Нож для разделки мяса

Обычное колющее и режущее оружие.

Урон: 5–10.

Опасный клинок был почти в полметра длиной — сантиметров сорок, может, даже сорок пять. С его острейшим концом лучше копья ничего придумать я не мог. Для древка должен был сгодиться полутораметровый деревянный прут, который принес Сергеич. Определившись, я принялся делать то же, что и чуть раньше.

На изобретение следующего изделия ушло минут двадцать — пришлось повозиться, потому что по ходу придумывания пришла идея зазубрить нож. Перед глазами встала картина того, как лезвие вонзается в плоть бездушного, а сила гравитации и зазубренные грани рвут жилы и артерии, когда я тяну копье на себя…

Сергеич, который сначала терпеливо ждал, начал суетиться и подгонять:

— Денис, да что ты возишься? Палка, клинок — чего тут велосипед изобретать? Как бы зомби на дым не приперлись!

— Уже приперлись… то есть приперлась. Нестрашно, ведь, если что, ты снова сделаешь свой «Вж-жух — и башка с плеч!» Так что побереги силы. Подай-ка лучше напильник… И больше не отвлекай!

Сосредоточившись на процессе и на том, каким вижу свое будущее оружие, я продолжил. Все окружающее исчезло, даже голос электрика, разговаривающего по рации с Максом, доносился откуда-то издалека.

Когда я закончил, идентификация системой нового оружия заняла больше времени, чем обычно, но едва по нему прошла световая волна, я мысленно станцевал джигу — возня точно стоила того! Сразу два полезных эффекта!

Смертельное копье из деревянного прута и ножа для разделки мяса

Редкое колющее оружие.

Урон: 12–24.

Особый эффект «Кровотечение»: с вероятностью 5 % цель начнет истекать кровью, теряя 1 % активности каждую минуту в течение 60 минут. Эффект суммируется.

Особый эффект «Смертоносность»: с ничтожной вероятностью удар упокоит цель мгновенно; чем сильнее цель, тем меньше шанс срабатывания эффекта.

Над названием голову не ломал, придумал его еще в процессе создания, разве что добавил эпитет из-за эффекта оружия:

Чертеж редкого копья «Смертельный дырокол» внесен в список известных модификаций.

— Готово? — осторожно поинтересовался Сергеич.

— Ага.

— Мне что отдашь? Меч или копье?

Он держал «Небесный рассекатель» с нежностью, как мать любимое дитя. Реши я забрать его, Сергеич бы спорить не стал, но точно расстроился бы. Впрочем, делать этого я не собирался, потому что, во-первых, копье получилось круче, а во-вторых, была надежда, что «Везение» поможет не только с униками и талантами, но и с шансом срабатывания эффектов оружия.

— Меч твой. Себе оставлю копье, — сказал я.

Сергеич явно остался доволен моим выбором. Потрясая над головой «Небесным рассекателем», он закричал:

— Трепещите, гады бездушные, смерть ваша идет!

Глава 23. Отомсти классовому недругу

По аллее к морю и «Маглаягу» мы двигались осторожно, чтобы не ввязываться в драку почем зря. Опыт вчерашнего дня показал, что бездушные учатся, группируются и, скорее всего, уже способны звать друг друга, наткнувшись на людей. К тому же главное сейчас — вылечить Макса, а не набивать опыт и универсальные кредиты.

Потому шли на полусогнутых, реагируя на каждый шорох. Буквально с каждым шагом все отчетливее слышался шум волн, набегающих на берег. Настраивая на мирный лад и успокаивая, тянуло водорослями и йодом. Идиллия… но очень обманчивая — об этом периодически напоминали истошные крики издалека, заглушаемые верещанием зомби.

Ландшафт тут был похожим: аллеи, вымощенные бурой или темно-красной плиткой, с двух сторон полоски стриженого газона, отделяющие островки цивилизации от нетронутых джунглей. Вдоль аллеи — арки, оплетенные цветущими лозами, бамбуковые рощи, прудики с розовыми лотосами.

В том, что преградил нам путь, плескалось что-то крупное — под лотосами было не разобрать.

— Крокодилы тут водятся? — спросил я, останавливаясь и забирая к газону, где у зарослей бамбука, что возле самых джунглей, стояли шезлонги из ротанга.

— Водятся… — ответил Сергеич. — Небольшие, до трех метров вырастают. Вроде так и называются — филиппинские, но здесь, кароч, вряд ли есть. Тут джунгли чистят от гадов.

Но я все равно предпочел обойти подозрительное место, поглядывая назад, даже когда мы отдалились метров на пятьдесят. Так и казалось, что вылезет оттуда какая-нибудь дрянь. Разум говорил, что неоткуда ей тут взяться, но фантазия все равно рисовала всякое, и приходилось согласиться, что судьбу лучше не искушать. Сергеич последовал за мной.

Видимо, расслабившись, мы не сразу отреагировали на треск в кустах и бросились прятаться, уже когда зашевелились ветви.

Не успели. Совершенно голая толстуха вылезла из зарослей с другой стороны аллеи, когда мы были на середине газона в метре от джунглей.

— Твою ж дивизию! — выругался Сергеич.

Не сговариваясь, мы ломанулись к зомби, которая атаковать не спешила, набирая в легкие побольше воздуха, чтобы заверещать, позвать своих. Когда выскочили на аллею, она открыла рот. Я остановился, прицелился и метнул «Смертельный дырокол» — он пролетел в паре сантиметров от ее шеи и упал в траву.

А вот вилы Сергеича не дали крику сорваться с ее губ, воткнулись в горло. Электрик, издав победный вопль, с самодельным мечом рванул к зомби, которая как раз пыталась вырвать вилы из шеи. Моя помощь вряд ли потребуется, чтобы добить…

Стоило так подумать, как Сергеич резко затормозил и с криком «Опачки!» сдал назад и принялся спешно ретироваться.

Ветви кустов зашевелились, захрустели, и из темноты выступил темнокожий амбал с непропорционально длинными мускулистыми руками, оплетенными жилами, будто корнями. Мышцы выглядели странно — выпирали буграми, кожа на них потемнела, а под ней четко проглядывались почерневшие сосуды. Не хотелось бы попасть ему под горячую руку — такой наверняка стену кулаком прошибет.