Overlord: Право на жизнь. Том 2 - Hydra Dominatus

в поединке один на один я бы его никогда не победил, ни с какими фокусами. Он просто чертовски силён. Мне бы ещё пару лвлов взять, до тридцать пятого качнуться, до ума классы довести и снаряжением получше обзавестись, а так…

Нет, до него, до Брэйна, до Стронофа, что уж там, до Клементины и наверное для сильнейших адамантовых авантюристов мне ещё надо дорасти. Хотя сам я также мог претендовать на подобное звание, да и не эффективность в поединках один на один меряется сила.

— ТРУС!!! — взревел Зеро, когда один из дротиков «Скорпиона» пронзил его плечо и застрял. — ДЕРИСЬ СО МНОЙ!!!

А затем в спину его начали стрелять арбалетчики, один из копейщиков ударил прямо в голень и хоть тут же бедолага лишился головы, не нанеся толком урона стальному телу, но вслед за ним подобрались ближе воины с пиками, алебардами, молотами и прочим оружием, которым начали гасить Зеро со всех сторон. Как и я далеко не уходил, подлавливая Зеро на каждой дерзости с помощью магии и иногда собственных ударов булавой.

И в какой-то момент даже стальное тело сдалось, после чего с хрустом начали ломаться кости.

— БЕЙТЕ ПО НОГАМ И РУКАМ!!! МЫ ВОЗЬМЁМ ЕГО ЖИВЫМ!!! — отдал я приказ, пока Дембор уже начал возводить баррикаду в воротах, а с помощью кранов сбрасывались последние лестницы.

Однако даже в такой ситуации преимущество всё ещё было на стороне врага. Их армия оставалась огромной, они заперли нас во дворце и о какой-то контратаке даже думать не стоило. Это был сущим самоубийством, ведь наши силы растают и после меня загасят толпой также как этого неудачника, который недооценил трусость и слабость собственных союзников.

К тому же трое из Шести Рук всё же выжили, и если они меня подловят… то накинувшись втроём точно завалят. А создать такую возможность в случае нашей контратаки за стену будет проще простого. Поэтому до победы ещё было далеко, как и эта победа… она была не лучшим моим ходом. Далеко не лучшим, о чём совсем скоро узнает сам Сакъюлент, что возьмёт командование над теперь тремя руками.

И он уже проиграл, хоть этого пока что не знал и искренне верил, что справится с поставленной перед ним Восьмью пальцами задачей.

Глава 72

Осенний ливень ударил в самый неожиданный момент, чем ухудшил и без того ужасное настроение Сакъюлента. Будучи глубоко порочным человеком он часто мечтал о том дне, когда Зеро сдохнет и весь мир падёт к его ногам. Что он сам станет главным и сильным. И вот так в каком-то смысле случилось, однако вместо радости его ждали страх, разочарование, гнев.

Каждый день выстроенная иерархия внутри структуры Шести Рук собиралась разрушиться. Малмвист сам метил в лидеры и уже сбежал в столицу, где якобы решал вопросы снабжения армии, а на самом деле строил козни. Восемь пальцев выделили своих лучших бойцов, что охраняли лично их, ведь не все доверяли Шести Рукам, а борьба внутри шла постоянно. Так что теперь под боком с Сакъюлента были его палачи, которые уже наверняка тоже искали замену.

Эдстром тоже не особо уважала Сакъюлента и уж тем более не боялась, поэтому не признавала нового лидера. Фактически Шести Рук уже не существовало, однако сама армия никуда не делась и продолжала осаду Э-Пэспела. И пока что её командующим был именно Сакъюлент, который в попытке восстановить свой авторитет и закрепится как умелый полководец не стал всей оравой держать осаду одного города, в котором оборону держала лишь центральная крепость.

Он решил устроить террор и разграбить всё то, что осталось без защиты. И сквозь ливни по грязным дорогам шли его бойцы, но впереди них на десятки километров была лишь выжженная пустошь. Полупустые замки с озлобленными гарнизонами, но после захвата несколько штук внутри не обнаружилось ни запасов еды, ни сокровищ, ни даже наследников. Замки будто были… брошены? А когда дело доходило до крупных замков, порой с двумя рядами стен, то и там приходилось оставлять часть войск.

А все города и поселения на пути, что не имели стен, и вовсе оказывались полупустыми. Всё глубже заходил на земли Дракенхольда Сакъюлент, искал амбары с зерном или хотя бы крестьян, что можно было угнать в рабство. Но не было ничего, в лучшем случае оставались старики и инвалиды, а порой… порой в хлевах находили сгнившие трупы скота, который пришлось бросить, но который не стоило оставлять врагу.

С едой же были проблемы. Армия оставалась огромной и требовала большое количество еды. Во всех войнах грабежи и террор были одним из главных источников провианта. Но если и удавалось найти что-то съестное в погребах, то оно было обязательно отравлено. Про обилие ловушек и работу партизанских отрядов и думать не хотелось, ведь враг в точности повторил всё то, что устроили Восемь Пальцев с белыми капюшонами. Так ещё и из-за дождей и похолодания солдаты начали болеть.

Восемь пальцев собрали огромную армию, сильнейшую, но на длительный срок она рассчитана не была. Еда кончалась, снаряжение у многих оставляло желать лучшего и у некоторых банально были дырявые сапоги, из-за гибели Зеро упал боевой дух и участились случаи дезертирства — всё это привело к патовой ситуации, где грабёж земель этого Вильгельма де Ромара было единственным выходом.

Но даже когда войско подошло к его замку, то обнаружило лишь руины. Стена в трёх местах была буквально пробита, здания обрушены, а железные ворота попросту отсутствовали.

— Проклятье… — прошипел Сакъюлент, спешиваясь с коня и смотря на гигантскую кровавую надпись над воротами.

Там было написано лишь одно слово: «Смерть». После силы разместились в замке и начались размышления о том, что делать дальше. Так много людей не могли просто взять и исчезнуть. Во все стороны были отправлены разведчики. Но с юга, с востока, с юго-запада они попросту не вернулись. Было ли это очередным дезертирством? Или же их убили? Сакъюлент не знал, но в один из дождливых вечеров вдруг понял, что всё кончено.

Вместе со своей армией он выдвинулся к горам и к концу первого месяца осени добрался до цели, найдя ответ на все вопросы. Вся гора была застроенная домами из камня, в десятки рядов тянулись стены, что были высотой порой всего лишь в три метра, но зато находились в труднодоступных местах. Лишь узкие тропы тянулись по этим горным перевалам и на каждой из таких стен находились защитники,