Сопряжение: Чернильный маг 4 - Эдуард Павлович Поляков

Ознакомительный фрагмент

— Да твою ж мать! — выплюнул я, отбрасывая слягу и вытаскивая новенький нож гремлинской работы.

Страха не было. Вышел весь, равно как и силы, поэтому держался я на одном адреналине. Не загрызут волки, уйдут обратно в леса Воттоваара, и через полчаса я сам околею. А потом, всё начнётся заново.

Вожак поднял голову звёздному небу и протяжно взвыл. На его зов откликнулись и другие

Наложен негативный эффект: «Смятение»

Длительность: 4 сек

Руки, сжимавшие мёртвой хваткой рукоятку ножа, задрожали предательски задрожали. В ушах зазвенело, но самое стрёмное — больше всего на свете мне захотелось бросить единственное оружие и бежать. Неважно куда, неважно сквозь через что, бурелом, снег, россыпи острых камней… Главное подальше отсюда!

Одновременно с окончанием воя стая ринулись в бой. Одни только боги знают: каких сил мне стоило сохранить концентрацию. Махнув ножом наотмашь, я отогнал первую пару серошкурых, пинком в грудь охладил пыл ещё одного. Но в следующую секунду в запястье вцепилась ещё одна шавка. Если бы не защитные налокотники, пришитые прямо на спортивную форму, зверь запустил бы зубы в мою плоть, а так весь удар пришёлся на пластик. Неловко дернов руку с повисшим не ней волком, я по рукоятку загнал нож в такую грудь хищника.

Со спины на меня кинулась ещё пара санитаров леса, но их ждал неприятный сюрприз. Аквила ожила и превратившись в кровавые сталагмиты пронзила напавших в хищников. Первого — наглухо. Молодой самец решил попробовать артефактную броню на зуб, и удленившееся копье Аквилы показала свой кончик из его затылка. Второй хищник явно был старше и умнее, а потому, как отделался повреждённой лапой и уже отбежал на безопасное расстояние.

Почувствовав что негативный эффект прекратил своё действие, я поудобнее перехватил клинок.

— Ну что, серый, не ожидал? — усмехнулся я, глядя в янтари глаз вожака. — Иди сюда, я тебя на сувениры порежу!

Впрочем матёрый хищник и не думал поддаваться на провокацию. Остальные волки тоже поубавили прыти, начав водить вокруг меня хоровод. Мысленно я выматерился. Поняли, серые, что взять с наскока не получится и решили измотать. Им то здесь хорошо, они у себя дома, а вот я…

Чёрт, как же холодно! Что я говорил про прогнозы? Полчаса-час на морозе? Наивный оптимист! Мороз нещадно лизал рёбра сквозь дырки в одежде, которая оставила Аквила. При таких раскладах, чтобы замёрзнуть, мне хватит и четверти часа!

Ну, так бы наверняка и произошло, если бы повинуясь судьбе, я принялся изображать ёлку, вокруг которой стая хищников водила свой жуткий хоровод. Но я же не идиот! Вернее не совсем идиот. Присев возле мертвого хищника, я полоснул ножом его серую шкуру. Клинок гремлинской работы почти не почувствовал сопротивления и под его нажатием мех разошёлся, точно снег под струей горячей воды.

Увидев глумление над собратом, пара волков угрожающий зарычало. В ответ я выставил им навстречу нож и запустил руку в парящюю на морозе плоть хищника. Замёрзшие на морозе пальце закололо от горячей плоти. Но я сделал необходимое и теперь помимо фигурного ножа я приобрёл более привычное оружие.

Пальцы сложились в череду глифов. Едва различимы рисунки на подушечках активировали магему и через один такт сердца, кровь хищника повиновалась «Власти над чернилами».

«М-р-р-ряу» — раздалось откуда-то справа. Шесть пар перламутровых глаз загорелись в ближайшем подлеске.

— Фубля!? — удивился я, глядя как в черноте прорисовывается её фиолетовая фигура.

Одиннадцатый уровень! А моя кошка, которая гуляет сама по себе, здорово прибавила в прокачке! Заматерела! Того и гляди меня перегонит! Её больше нельзя было назвать маленьким котёнком. Матерая, точно молодая рысь, мантикора расправила крылья и угрожающая подняв хвост двинулась в мою сторону.

— А вот теперь повоюем! — зло усмехнулся я, глядя в морду вожака.

«Первым нужно кончать матёрого» — решил я. Сложив пальцы в магему, я создал в голове образ, и он тут же воплотился в бурых чернилах из волчьей крови. Семь копий обрели форму, но Фубля боднула меня головой, привлекая внимание.

Повернувшись к мантикоре, которая ростом доставала мне едва ли не до пояса, я увидел, как три пары магических глаз смотрят в сторону. Повернувшись, увидел ещё одного любимца нашей маленькой семьи.

Пётр — матёрый сибирский кот сидел шагах в тридцати и с любопытством наблюдал за тем, как волчья стая кружит вокруг меня и Фубли. Что удивительно, серые санитары леса абсолютно игнорировали катиного блоховоза, и тот отвечал им взаимностью.

— Эх Петя, Петя, — произнёс я, понимая, что когда начнётся свара, ждать помощи от него не стоит.

Вот только котик мотнул головой и начал превращаться. Встал на задние лапы, начал увеличиваться в размерах. Бурая, точно медвежья, шерсть клоками опадала на снег, обнажая под собой… Кожу!? нет, Это не была кожа. Под коричневой шубкой матёрый кот прятал одежду. Человеческую одежду.

Несколько секунд я заворожённо глядел на трансформацию оборотня, и когда всё закончилось, передо мной предстал сутулый старик в бесформенном, расшитом бисером балахоне.

Одновременно с окончанием перевоплощения над головой кота-перевертыша появился фрейм.

Балди «Пётр» Карху

Шаман-оборотень. Хранитель Воттовара. Мифическое существо.

Возраст: неизвестно. Уровень: 411

Глава 2

— Хакка, все, — произнёс тот, кого до недавнего момента я считал просто котом-переростком. — Уводи своих щенков.

Хотя да, сам дурак, раз не распознал в Петре не просто кота на астероидах, а перевёртыша. И вообще, разве коты живут дольше пары десятков лет? Как Катя и её клан специализирующийся на магических тварях не разглядел, что за личной любимца семейства они пригрели оборотня? Или разглядели, а мне по недоверию никто ничего не сообщил?

Тем временем вожак впервые оскалил клыки.

— Я сказал «Ша». Уводи стаю, — всё также спокойно произнёс перевёртыш. — А ты, — обратился он ко мне, — финкой не махай.

Вожак, к которому Пётр обратился вполне по-человечески, ещё раз бросил на меня взгляд, а затем развернуться и растаял в сумерках. Через несколько секунд за вожаком растворилась и стая, а я, как дурак, продолжал стоять, выставив готовый к бою нож и окровавленные пальцы.

После того