Великий поход хомяка и жабы. Часть 1 (СИ) - Стариков Антон

— Получается машина времени на самом деле возможна и работает? — хриплым от волнения голосом Вар озвучил читающийся почти на всех лицах присутствующих в помещении вопрос. — И можно путешествовать в прошлое? -

— В привычном понимании к сожалению нельзя, — отрицательный ответ вызвал общий разочарованный вздох. — Материя не может совершить переход, только энергия, и то она вызывает такие возмущения в поле, что чем дальше в прошлое мы посылаем энергетический импульс, тем больше колебания и тем дольше нам приходиться потом ждать, чтобы снова его послать — после первого раза прошли десятилетия.

— А разве нельзя послать, например, что-то вроде радиосигнала год так в 50-80-й? — задал осторожный вопрос Альдарон, все это время сидевший с каменным лицом и бешеной бурей противоречивых эмоций и устремлений в душе.

— Нет, к сожалению нет — самый поздний период, в который и можно было проделать канал, оказался в 1908, теперь он недоступен навсегда — по нашим предположениям и выкладкам Вселенная сопротивляется воздействию и поле там, — тут Эленандар на полминутки задумался, — как бы попроще объяснить: огрубело что ли, и больше в этот временной период ничего не послать, как и лет двадцать до этой даты. Да и сигнал, что может туда послать установка, не примет ни один радиопередатчик — это вам все- таки не радио, совсем другой принцип действия — его просто не услышат, даже если бы в 1880-90 и было бы кому слушать, и они могли понять и сохранить принятую информацию. Не забывайте, прокол существует настолько крохотный период, что зептосекунда по сравнению с этим — это просто океан времени. — Увидев непонимающие лица, ученый, отыгрывающий эльфа-рейнджера, со вздохом пояснил: — Зептосекунда — это очень мало. —

— Значит пользы никакой не извлечь, и каждый раз как вы посылаете сигнал в прошлое есть риск уничтожить всю планету, как у вас чуть не произошло в первый раз? Правильно вас тогда закрыли, и вообще всех вас нужно было убрать! — сделала неожиданный и жестокий вывод необычно серьезная и сосредоточенная Людмила. Эленандара прямо подбросило от этих слов, и он яростно принялся возражать:

— Ничего правильного! Они просто испугались, прямо как ты сейчас! Если уж мы двое, ну трое, с присоединившимся семь лет назад Юрием смогли добиться таких результатов, то что бы было, если бы работали сотни ученых с поддержкой государства….!? -

Ситуация в помещении резко накалилась, все заговорили разом, выражая свое отношение и согласие, и несогласие со словами Людмилы или Эленандара. Фейри резко хлопнул в ладоши — усиленный магией звук прокатился по комнате и заставил всех умолкнуть и повернуться к главе клана. Дримм осуждающе взглянул на вскочившую с места и наполовину вытащившую из ножен меч паладиншу (Людмила не собиралась никого рубить, но инстинкты виртуальных тел часто работали независимо от сознания), а затем также взглядом попросил помощи в этом вопросе у Светланы.

— Тише, дайте ему дорассказать, а потом уже задавайте вопросы! Людмила, успокойся! — Дождавшись пока успокаиваемая подругой эльфийка сядет на место, Дримм повернулся к ученому. — Продолжайте. —

Эленандар кивнул и как ни в чем не бывало вернулся к рассказу:

— Так вот, до того как меня столь невежливо прервали, я хотел рассказать про то, что мы добились за несколько последних лет. Но прежде скажу для всех: мы были очень аккуратны и осторожны и никогда бы не допустили того, что произошло в 77-ом, да и наши теоретические и технические возможности к тому времени как мы собрали новую установку выросли на несколько порядков. —

— И что? Вам удалось послать сигнал в пока что доступное вам прошлое и не вызвать катастрофу? — скептически-разочарованно вновь прервал ученого Альдорон и иронично усмехнувшись закончил: — Это конечно ''большое'' достижение. —

— Не такое уж и маленькое, — неожиданно в свою очередь усмехнулся Эленандар, ничуть не задетый иронией, прозвучавшей в голосе главного безопасника клана. — Благодаря нашим исследованиям и более совершенной установке, это было только началом. Мы смогли, спасибо современным компьютерам и нашей многолетней работе, производить гораздо более точные и учитывающие все факторы расчеты, — рассказчик окинул всех торжествующим взглядом, — теперь поле колеблется лишь несколько месяцев и участки огрубевшего времени, — ученый замер, катая на языке понравившийся ему термин, — да — участок огрубевшего времени — неплохо! Так вот такой участок сократился до двух лет в обе стороны и мы можем повторить эксперимент всего через два-три месяца. —

— А смысл!? — не выдержала и вмешалась в разговор Анариэль. — Что вы хотели этим добиться!? -

— Я как раз к этому и подхожу, но начну немного издалека. Дело в том, что по разработанной тогда в 77-ом теории времени, то что происходит сейчас в настоящий момент, это как бы импульс, устремленный в будущее. Он находится в постоянном движении и существует в неком поле, продвигаясь в котором он оставляет за собой след — это и есть прошлое, как бы шрам, оставленный импульсом настоящего, и чем дальше в прошлое, тем сложнее нам послать уже свой импульс, так что пока доступный нам временной зазор не так уж и велик — 16-19-ый век. Но это лишь частности, технические детали — главное в другом: это уже не наше настоящее, ну не то настоящее, которое было до первого эксперимента — в 1908-ом был создан новый импульс, — увидев вокруг непонимающие глаза, ученый попробовал предельно упростить: — По нашей теории, взрыв в 1908 так называемого Тунгусского метеорита был лишь мелким побочным эффектом из-за несовершенства оборудования и недостатка информации, а главное событие заключалось в том, что возник новый импульс, как бы ожививший часть следа импульса первоначального времени, и он, этот новый импульс, двинулся вперед вслед за старым и возможно как бы слился с ним, сохранив изменения и преобразовав и нас, и весь окружающий мир, хотя повторюсь, все это только наши недоказанные теории, и все может быть совсем иначе. —

— Это что же получается? — спросил ошарашенный Вар, — мы все живем в перекроенном вами тогда мире, а настоящий уже давно тю-тю? -

— В какой-то степени да! Хотя мы так пока до конца и не разобрались, как взаимодействуют первоначальный импульс и порожденный нами, — пожал плечами Эленандар и еще больше ошарашил присутствующих, — Только это новое время, уже не то, что было создано в 70-е, а созданное нами во время нашего последнего эксперимента два года назад, и если отсчитывать от самого первого эксперимента, то уже пятнадцатое.

— Ну вы совсем охерели! — высказал общее мнение Морнэмир и залпом выдул бокал вина, к которому вопреки собственному обыкновению до этого ни разу не приложился. То что было написано на лицах услышавших ТАКИЕ НОВОСТИ, можно было охарактеризовать одним словом — ШОК!!! Все они, все люди и возможно все мироздание оказались лишь подопытными мышами пары пенсионеров от науки — переварить такое было сложно, и большинство здесь присутствующих не знало, как на это реагировать.

— Рассказывайте дальше, — поторопил ученого Дримм, видя что у многих закипают мозги от полученной информации, а на языке вертятся вопросы, и они еле сдерживают себя лишь только из желания дослушать все до конца.

— А затем Дмитрий уже перед самой смертью, пять лет назад, высказал теорию, показавшуюся сначала безумной, но в конце концов подтвердившуюся на практике. Не буду, как говорит внук Дмитрия Юрий, грузить вас подробностями, суть ее заключалось в том, что в импульс, посылаемый нами с помощью установки, можно заложить информацию в виде матрицы, и когда большой импульс времени возникнет и начнет свое движение, эта матрица как бы встраивается в него и обретает материальное воплощение. Первый раз мы попробовали уже после смерти Дмитрия — результат был — хоть и не совсем тот, на который мы рассчитывали: смоделированная информационная матрица разнообразных по размеру и составу контрольных предметов не смогла полностью стать частью мира, что привело к ее разрушению, — тут Эленандар поднял палец кверху и помахал им, как бы грозя кому-то, — но теория-то оказалось верной, просто смоделированная матрица была несовершенна — мы нашли остатки запрограммированных материалов в виде пыли и крохотных кусочков металла именно там, куда мы их перебросили, радиационные маркеры исключили ошибку. —