Первогодок - Алексей Губарев

А если я захочу отказаться от столь высокой чести — представлять арата Всеволода?

— Первогодок, ты можешь хотеть чего угодно, но помни — орден Либеро превыше всего. Понял? Каждый воин, смотритель, отшельник или ликвидатор живут ради одной цели — служба ордену. Чем раньше ты это осознаешь, тем меньше шансов стать изгнанником. Тебе ли не знать, каково это — остаться одному в пустоши.

Я предполагал нечто подобное, но всё же надеялся, что у меня будет несколько больше свободы. Однако сейчас понял, с какой целью ко мне приставили тана Бруна. Он должен выявить мои сильные и слабые стороны, после чего выбрать одно, может два направления развития, и начать гонять меня по отсортированным дисциплинам. Для любого одаренного подобный подход к развитию подобен смерти.

В моём родном мире было небольшое государство, которое выращивало наемных убийц. С самого рождения одарённого отдавали в специальное заведение, где за ним следили сотни мудрых учителей. Они формировали тело, дух и сознание будущего убийцы, благодаря чему ученик считал, что все его действия, вся жизнь — самостоятельный выбор.

Здесь же меня собирались загнать в жесткие рамки, полностью наплевав на личные желания. Да, хаос дает возможность развиваться искусственно, но я то знаю, что такой метод мне не подходит. А потому, как бы я не желал через кона Хамада подобраться к одной из печатей хаоса, придется расстаться с доверенными арата Всеволода.

— Чего умолк? — задал вопрос Брун, когда мы уже спускались по наклонному туннелю к стрельбищу.

— Думаю, в каких дисциплинах лучше смогу проявить себя. — ответил я.

— Молодец. Главное, это вовремя сделать выбор, между орденом и личными амбициями. Иначе можно стать изгоем, или вообще отступником. Ты уже встречался с ними?

— Да, с обоими сталкивался. — ответил я. — Один даже был моим родителем.

— Игнаций, да. — усмехнулся тан. — Да, я навёл справки у смотрителя крепости. И скажу, что репутация у тебя не самая лучшая. Если бы не тан Хард, чья вина уже доказана, я бы инициировал новое расследование. Слишком много погибших. Знаешь что? Пожалуй, я запрещу ко'тану Александру приближаться к тебе. Он, конечно, любимчик у хаоса, но из-за этого вокруг старшего воина постоянно какие-то неприятности. А нам они не нужны.

Я еле сдержал улыбку. У Бруна слишком высокое самомнение, раз он решил что-то запрещать чужаку. Александр его пошлет, куда подальше, и будет прав. Впрочем, я постараюсь сделать так, чтобы прислужник кона Хамада выбыл из строя уже сегодня. В идеале навсегда, но к сожалению убийство орденца наказуемо. Так что остановимся на увечье, или больничной койке, если план не удастся.

— Всё, пришли. — озвучил очевидное Брун, свернув в арочный проход справа. — Эй, старая развалина, ты где пропал?

— Кого это принесло в неурочный час? — прозвучал сварливый голос оружейника. Выглянув из-за ширмы, за которой, судя по всему, у ко'тана было подобие личных покоев, Дамир пристально уставился на воина. — Чего припёрся, выкормыш Хамада? Ах ты ж! Первогодок, ты как умудрился попасть в компанию этого нехорошего человека?

— Дамир, ты бы следил за языком! — повысил голос Брун, ни чуть не проявляя уважения к старому воину. — Лучше достань ружья и пистоли, да заряди их. Я хочу посмотреть, как обращается с огнестрельном мой подопечный.

— С тебя десять ядер первого ранга. — проворчал оружейник, и двинулся к стеллажу, где располагалось оружие. — Привыкли, что всё задарма, всюду тычут своим статусом.

— Ты с ума сошёл, старик?! — вспылил Брун. Этот тан не нравился мне все больше. — За все заплатит комендант крепости. Понял?

— Да не вопрос. — Дамир резко развернулся. — Только ты принеси их, эти ядра. А то мне заряжать нечего.

— Не лги, оружейник. — тан, похоже, разозлился. — Ты прекрасно знаешь, на что я способен. Хочешь, чтобы тебя изгнали?

— Ты меня не пугай. — Дамир внезапно успокоился, перейдя на спокойный, ледяной тон. — Я служу ордену в десятки раз дольше, чем ты. Так что заткнись, и оплати требуемое. Или уходи отсюда.

— Первогодок, дай ему десять ядер первого ранга. — приказал Брун, даже не глядя в мою сторону. Он продолжал буравить тяжёлым взглядом оружейника. Тот в ответ лишь улыбался.

— У меня нет ядер. — ответил я, и подмигнул Дамиру. Похоже конфликт, который мне требовался, произойдет прямо сейчас. Главное, удачно подобрать обстоятельства…

Глава 12 Истинный враг хаоса

— Я сказал — дай. — не терпящим возражений тоном повторил тан. — Это приказ!

— У меня нет свободных ядер. — повторил я. — Конмэ, ты хочешь проверить мои возможности, так забирай на себя все траты, на меня не надо перекладывать.

— Ты противишься старшему по званию? — голос Бруна буквально дрожал от ярости.

— Я ничего тебе не должен. Ядра добыты мной в честном бою, с тел убитых врагов, и ты не в праве распоряжаться ими.

Это была прописная истина, закон. Всё, что взято с тела убитого противника, является собственностью добытчика, и никто не вправе забирать её. А воин сейчас собирался нарушить это правило. Видимо я был прав — в ордене существуют правила и законы, но отдельным личностям на них плевать. Возможно они считают, что действуют во благо, но по сути — нарушают порядок. И это приводит к возмущению, а по итогу к серьезным проблемам.

— Мальчишка. Ты даже не понимаешь, насколько тебе повезло, что ты попал в отряд кона Хамада. — совершенно неожиданно тон Бруна сменился. Гнев исчез, осталось лишь презрение. — У приближенных арата нет понятия "моё". Только общее. Понимаешь? Тебе придётся изменить своё отношение к законам ордена.

— Закон существует, чтобы его соблюдать. — вмешался в разговор ко'тан. — И не тебе, простому воину, говорить о таких вещах. А сейчас проваливайте отсюда оба. Тан Брун, я запрещаю тебе появляться на стрельбище.

— Зря ты со мной так, конмэ. — прошипел приближённый Всеволода. — Сейчас я уйду, но скоро вернусь. С ядрами. И только попробуй ещё раз что-то запретить мне. Думаешь, гер'кон Азалина сможет защитить тебя, старый калека?

— Матэ, держись подальше от этой мрази. — обратился ко мне Дамир, проигнорировав слова тана. — Не дай хаос, стать таким же…

— Ко'тан, ты сам напросился. — и вновь тон Бруна стал другим. Теперь он говорил с