Башня Богов - Антон Александрович Карелин

всё, что мы получаем в Башне, переносится на Землю, то скоро маги, которые прокачаются до 20–30 уровней, начнут щеголять своей силой повсюду. Хилеры начнут лечить заклинаниями, друиды посадят и вырастят неземные фрукты-овощи и станут разводить монстров на еду.

— Да это же рай, — всплеснула руками Мира. — Помнишь наши разговоры про магический ресторан?

Конечно, я помнил. Мы всегда, когда играли в ролёвки, представляли, как было бы круто получить способности игровых героев в реале. И обсуждали, какой бы мы открыли удивительный ресторан, или магазин, или таверну. Ах, мечты…

— Рай, говоришь? — усмехнулся я. — А другие друиды и маги начнут призывать птиц и мелких элементальчиков, чтобы воровать ювелирку и грабить богатые дома. Какой-нибудь боевой маг подастся в киллеры. Маньяк-убийца получит невидимость и способность не оставлять следы, а любитель поджогов получит целую стихию огня в свои чокнутые руки, и станет пиромантом нового уровня. Всего и не представишь заранее, люди всегда что-нибудь придумают и удивят.

— Гадов тоже достаточно, — мрачно согласилась Мира.

— Всё это приведёт к конфликтам между властью и героями Башни. Сначала конфликты будут мелкие. Но первые арестованные сбегут из участка или даже из тюрьмы — прямо в Башню. Вот тогда и начнётся процесс деградации закона и власти в глазах всего человечества.

— А они могут сбежать?

— Конечно. Я прошёл инициацию, и теперь из любой камеры уйду за секунды. А когда лучшие из героев Башни прокачаются до 50-го уровня… я честно не представляю, какая у них будет сила. Думаю, уже на тридцатом один восходящий без труда завалит отряд спецназа и пару танков. А сколько надо дней, чтобы получить такой уровень? Учитывая, что я за вечер прошёл инициацию и два этажа… Думаю, максимум месяц. А кто-то за это время поднимется до 50-го. Так вот, через месяц часть героев однозначно пойдут против власти. Не в одной стране, так в другой. Начнётся со слабых стран, где закон шаткий, какое-нибудь Сомали. Но будет распространяться всё быстрее.

Я помолчал, прикидывая сроки.

— Даю нынешнему миропорядку максимум три месяца.

— Власти чего-нибудь придумают, чтобы всё взять под контроль, — уверенно сказала Мира.

— Да, в органах не дураки работают. Они быстро сообразят и начнут вербовать героев и посылать качаться своих спецагентов. Власти не могут физически ограничить вход в Башню и предотвратить раскачку людей, могут только начать следить за поведением и отлавливать всех, кто явно ходит в Башню или выдаст себя по косвенным признакам. Странные покупки, попытки сбыть неземной лут, и так далее. Поэтому мне сейчас важно себя ничем не выдавать. Ты никому не сдала, что я пошёл в Башню?

— Что я, дура, что ли? — возмутилась Мира. — Отцу сказала, что ты в банк убежал, снимать наличку и покупать золото.

Она помолчала и осторожно спросила:

— Яр, а ты прямо решил идти дальше наверх? Я понимаю, как это для тебя увлекательно, но Башня… это совсем не игра. Может…

— Ну, договаривай.

— Да не знаю я. Может, пойти к товарищу президенту и сказать, вот, я — невольный архитектор этой Башни, берите меня в главные консультанты. Тогда ты изначально будешь и пользу человечеству приносить, и качаться удобнее, с гособеспечением-то. И будешь не против системы, а за, не изгоем, а героем! Народным.

Мира была права. Конечно, сейчас стоит пойти на сотрудничество с властями.

Меня всегда раздражали герои в фильмах, книгах и сериалах, которые столкнулись с какой-нибудь невозможной фантастической жестью — и решили прятаться и всё скрывать. Что может быть тупее⁇ Да наоборот, блин, надо писать посты, выкладывать видео и придавать максимальную огласку, чтобы весь мир за сутки узнал о происходящих странных вещах. А не хранить бессмысленно тайну, ездить втихую по хайвеям, с переменным успехом убегая от спецагентов и прочих преследователей. Устраивать себе цугцванг и цейтнот вместо того, чтобы поменять правила игры на невыгодные для хранящих тайну. Нет, герои почти всегда играли по правилам врагов. Это такой неописуемый идиотизм, что диву даёшься, он редко в каких сюжетах реально оправдан.

Но в ситуации с Башней… что-то глубоко внутри меня требовало оставаться в тени. Я за один визит в Башню выяснил столько всего, а это даже не верхушка айсберга. Это первая снежинка.

— Мир, я полностью за то, чтобы не изгоем, а героем. Но вот прямо сейчас лучше немного подождать. Не надо сейчас никому знать, что я хожу в Башню.

— Ладно, — согласилась Мира таким покладистым тоном, сразу давая понять, что это моё решение, и она не хочет давить. — Но объясни, почему?

— Понимаешь… если бы прилетели инопланетяне, и я был единственный, с кем они вышли на контакт, я бы сразу всем рассказал. Если бы открылся портал в другое измерение у нас дома — тоже, устроили бы с тобой стрим. Только недалёкие люди и герои развлекательного кино станут хранить такие вещи в секрете. Эти секреты кончаются плохо.

— Вот-вот!

— Но Башня… Она слишком огромна. Это не какие-то зелёные человечки с конкретной планеты, соизмеримой с нами. Это мета-вселенная, и вся Земля в ней песчинка. По сравнению с Башней любые власти на Земле ничтожны. А мы теперь часть всего этого.

— Прежде всего мы часть нашей страны, — возмущённо воскликнула Мира. — И должны действовать по закону, а не как террористы!

Я покачал головой.

— Ну хорошо, вот я стал агентом правительства. Они решают, что надо начать гонку вооружений с другими странами. Собрать команды, чтобы хоть одна дошла до 100го уровня раньше американцев, в общем, идёт борьба за контроль Башни. Начинается шпионаж, саботаж, сражения на этажах и здесь. Ничего весёлого. А главное, вот даже если я выжил, если мы победили, убили конкурентов одних стран и объединились с союзниками из других. То что дальше? А дальше мы станем ударной силой войны в реале. Уровне на сотом. И в лучшем случае будем этакими ядерными авианосцами сдерживания, чтобы никто не осмелился начать с нами войну. А в худшем мне придётся крошить каких-нибудь французских солдат только потому, что так вырулила международная политика. Я не хочу быть машиной убийства, Мир. И не хочу быть солдатом без права собственных решений. Одно дело, если кто-то вторгнется к нам, тогда я всё брошу и пойду воевать и защищать. Но если мы будем теми, кто вторгся? Потому что так решат генералы?

Мира поёжилась.

— Вступая